ОПТИМИЗАЦИЯ ШТАТА

                 Иван Петрович был в неоправданно приподнятом настроении, сновал по коридорам бывшего НИИ и расплёскивал ценные указания.

 

- Веники убрать! Чайники спрятать! На перерыв никому не выходить! К нам едет комиссия!

- Иван Петрович, а на перерыв-то почему нельзя? Что ж мы сегодня – без обеда останемся?

 

Шеф притормозил. Уничтожающе посмотрел на дородную сотрудницу Машу и процедил:

 

- А я на Вашем месте без обеда и завтра бы остался.

 

Не дожидаясь, когда из прекрасных глаз Маши польются навернувшиеся было слёзы, Иван Петрович помчался дальше по коридору, попутно заглядывая в каждую дверь и бросая в комнаты, что-нибудь ободряющее: «Эй, кадры, пошевеливайтесь – вы не в сауне! Живо навести порядок! Убрать со стола все чашки – это не кафе, чёрт возьми, а солидное предприятие!»  

 

- Нет, ну вы слышали?! –  Маша смахнула слезу и развернулась всем своим могучим телом к коллегам. - Он бы на моём месте и завтра не обедал. Умник! Да с такой зарплатой странно, что я вообще не голодаю. 

 

Все, кроме Толика, согласно закивали, поддерживая Машино негодование и сочувствуя едва не голодающей сотруднице. 

 

- И вообще, - продолжала Маша. – Я уже почти села на диету.

- Ну вот - как раз повод сесть окончательно, - съязвил Толик.

 

Маша запустила в него скотчем, не попала, и обиженно замолчала. Толик открыл рот, чтоб продолжить тему, но неожиданно замер, уставившись на дверь. На пороге стоял замдиректора Павел Никодимович. За ним виднелись субтильная фигура уборщицы тёти Наташи и широкий, как дверь, охранник Степан. Он едва удерживал в руках огромный картонный коробок, до верху заполненный несвежей посудой.

 

- Посуду всем сюда! – прорычал в пустоту коридора зам, ткнул пальцем в коробок и резво зацокал каблуками в сторону кабинета директора.

- Давайте, народ, кладите. Только аккуратнее – дно хилое, - пробубнил Стёпа, осторожно обходя каждый стол.

 

Тётя Наташа со скоростью чемпиона по кёрлингу, заелозила перед охранником шваброй, размазывая грязь по полу.

 

- Да Вы бы лучше за мной подтирали…

- Не учи учёного! – сердито оборвала Стёпу уборщица, и швабра замелькала ещё быстрее.

 

Охранник остановился возле Маши.

 

- Не отдам! – неожиданно взвизгнула она и прижала к девятому размеру чашку с искрящимися розочками.

- Ну и дура! – бесцеремонно заявил Степан. – Никодимыч велел, значит, лучше отдать по-хорошему. Съедят её что ли, кружку твою?

- Не съедят, так разобьют. Не отдам! – «отрезала» Маша и спрятала чашку в самый дальний угол нижнего ящика стола.

- Как знаешь, - пожал плечами охранник и продолжил сбор посуды.

 

Остальные сотрудники безропотно сложили чайно-кофейные принадлежности в коробок, и Стёпа удалился.

 

- Как вы думаете – что это за комиссия? – подал голос Толик.

- Я всё время говорю, что ты на работе дрыхнешь, - усмехнулась Маша. – Иван Петрович ещё на прошлой неделе ВСЕХ(!) предупреждал – приедет комиссия. ТАМ – Маша многозначительно подняла указательный палец - хотят убедиться, что нас всех заменили роботами.

- Это те манекены, которых в прошлом году прислали из Японии? – уточнила Зинаида Семёновна, взглянув на Машу поверх очков.

- Они!

- И на фига нам роботы? – Толик так поразился, что даже утратил способность шутить.

- Ты не правильно ставишь вопрос, - вмешался Сергей Владимирович. – Нужно спрашивать не «на фига НАМ роботы», а на фига МЫ роботам?

- То есть? – парень растерялся.

- Толик, Маша права – ты спишь что ли на работе? - принялась  укорять его Тамарочка. - Шеф нам все уши прожужжал про эти штуки. В целях повышения производительности ряда предприятий оптимизируют производство и штат сотрудников. Московское руководство закупило партию программируемых станков и несколько роботов. Станки заменят рабочих, а роботы нас – людей умственного труда.

- Ну, рабочих ладно, - согласился Толик. – А как они нашу бухгалтерию заменят роботами?

- А очень просто, Толик. Тем более, что такого «крутого» программиста как ты можно и обезьяной заменить. Её хоть чашки можно научить мыть, а от тебя всё равно проку никакого.

- Ну, Машенька, конечно, зато ты у нас незаменимый засовыватель скрепок в принтеры и стиратель ярлыков с рабочего стола.

- Да тихо вы! – прикрикнула на молодёжь Зинаида Семёновна. – Идёт кто-то.

 

Действительно, в дверях возник Павел Никодимович. Придирчиво оглядел комнату, задержал взгляд на каждом сотруднике и остановил на Маше.

 

- Мария Станиславовна, вы ежегодный профосмотр проходите? У Вас здоровье не хромает?

 

От столь неожиданного вопроса Маша сперва не нашлась, что ответить, потом взяла себя в руки и гордо произнесла:

 

- Я абсолютно здорова!

- Не думаю, - усомнился Павел Никодимович. – Со слухом у Вас плохо – я же сказал, сдать ВСЮ посуду.

 

Маша залилась краской, нашарила в ящике чашку и нехотя протянула заму.

 

- Вы с ума сошли? – неожиданно завизжал Павел Никодимович. – Я что по Вашему – носильщик?

 

Он выхватил чашку и с размаху грохнул об пол. Маша вскрикнула, закрыла лицо ладонями, чтоб не смотреть на осколки, и разрыдалась. Но кружка мужественно устояла.

 

- Тьфу! – сплюнул виновник Машиных слёз. – Этого ещё не хватало – плакать. Отнесите свою лохань Степану, а остальным – взять ВСЕ личные вещи, собрать ВСЁ со стола, поднять одно место и отнести завхозу на склад! Вас, Мария, это тоже касается.

 

Маша не могла поверить своему счастью – любимая чашка осталась в живых. Она мигом схватила её, достала из сумочки супермаркетовский пакет, сгребла туда мелочёвку со стола и радостная выскочила из комнаты.

 

- Дисциплинка тут у вас..., - прошипел Павел Никодимович и удалился.

 

Сотрудники, поохав, принялись выполнять приказ зама.

 

К вечеру усилиями начальства бухгалтерия представляла собой нетронутый человеком образцовый, практически выставочный офис - идеально чистые столы, у края столешницы которых на одинаковом расстоянии красовались ровные стопочки бумаги, и безупречно прямые спины сотрудников, уставившихся немигающими глазами в мониторы, перечерченные, словно молниями, графиками. Зам делал завершающий обход.

 

- Всем понятно – сидеть, не шелохнувшись?

- А если я шевельнусь? – жалобно спросила Маша.

- Тогда завтра Вы будете шевелиться уже дома.

- Не буду! – испугалась Мария и застыла, как статуя.

- Я истуканом долго не высижу, - сказал Толик.

- Ещё один! Знаете что? – побагровел Павел Никодимович и обвёл недобрым взглядом комнату. – Не желаете подчиняться моим правилам, уберётесь отсюда все. Следовало бы давно вас всех к чёртовой матери...   

 

Внезапно затрещал его сотовый. Павел Никодимович послушал секунду трубку, потемнел, отбился и сурово посмотрел на подчинённых.

 

- Все поняли? – хоть один поведёт себя, как человек, вылетит сегодня же!

 

В следующую секунду зам отступил в сторону, почтительно уступая дорогу толпе азиатов, материализовавшихся в дверях. За ними шествовал директор. Процессию замыкала строго одетая девушка – переводчица.

 

- Ну вот, -  Иван Петрович широким жестом обвёл комнату. – Это и есть ваши, то есть теперь уже наши роботы. Конечно, мы немного трансформировали их внешность – адаптировали, так сказать, к российским реалиям – но начинка осталась неизменной.

 

Члены комиссии одобрительно закивали, по очереди подошли к каждому «роботу», старательно помяли, пощупали и удовлетворённо захмыкали.

 

Один из прибывших что-то спросил у директора.

 

- Почему они тёплые? – механическим голосом перевела вопрос девушка.

 

Иван Петрович вопросительно посмотрел на зама.

 

- От работы нагреваются – находчивый Павел Никодимович даже улыбнулся, гордясь столь быстро отыскавшимся объяснением

- Разве вы не установили охлаждатели? – переводчица рассеянно посмотрела на зама и снова, не моргая, уставилась на ближайшего члена комиссии.

- Да, разумеется. Но... Они работают так усердно...

- Странно… Наша переводчица – тоже робот и очень усердствует в работе, но можете её потрогать – она абсолютно холодная. Конечно, она – другая модель. Вы полагаете, нужно улучшить систему охлаждения?

- Да... пожалуй... – Павел Никодимович замялся.

- Тогда мы заберём на доработку... вот этот экземпляр, - гость указал на Машу. Нужно отдать ей должное – самообладание Маша не потеряла. Лишь в глазах промелькнул ужас и тут же потух.

 

- Так сразу? Забрать? – растерялся Павел Никодимович.

 

Тут шефа осенило:

 

- А зачем забирать-то? Систему переделывать? Может быть, дешевле поставить мощные сплиты в кабинете?

 

Комиссия задумалась, а шеф решил не сбавлять обороты:

 

- Мы купили бы у вашей компании такие. Если возможно, конечно…

- Да, да, можно купить у нас, - гости радостно закивали.

- Может быть, продолжим обсуждение, в моём кабинете? Там уже всё готово, - намекнул директор.

 

Члены комиссии с готовностью развернулись к выходу, как вдруг кто-то чихнул... В комнате повисла плотная удивлённая тишина. Директор и зам, как по команде, уставились ненавидящим взглядом на виновника шума – Толика.  Гости кольцом обступили источник нехарактерного для робота звука. Толик старательно таращился на экран. Один из членов комиссии достал платок и принялся щекотать им нос администратора. Тот держался изо всех сил.

 

- Больше не чихает, - озвучила переводчица улыбчивого гостя.

 

И тут вся комиссия, хохоча, принялась совать в нос парня кончики платков и обрывки бумаги. Толик мужественно крепился, лишь покачиваясь под напором многочисленных тычков.

 

Павел Никодимович решил прийти на выручку и предприятию, и Толику.

 

- Господа, господа, это бесполезно. Мы запрограммировали робота на однократное чихание, чтоб вас повеселить.

 

Переводчица озвучила зама. Комиссия довольно зацокала языком и зааплодировала.

 

- И так, приглашаю всех в кабинет директора. Прошу!

 

Когда комиссия ушла. Толик выхватил платок и принялся безудержно чихать.

 

- Каково а? – возмутилась Маша. – «Почему тёплая, почему тёплая?» Что я труп, что ли? Истыкали всю сволочи…

- Да уж, вам с Толиком досталось, - посочувствовала Тамарочка. – И как вы сдержались? Я бы так, наверное, не смогла.

- А куда бы ты делась? – спросила Зинаида Семёновна.

 

Сергей Владимирович, молча, вытряхивал валидол на ладонь. Руки дрожали.

 

*****

 

Часа через три комиссия в приподнятом застольем настроении высыпала в коридор. Бухгалтерия, услышав голоса, замерла в ожидании второго пришествия. К счастью шаги протопали мимо, и по кабинету пронёсся вздох облегчения. Неожиданно дверь приоткрылась и в комнату скользнула переводчица.

 

- Выручайте, девчонки! Дайте что-нибудь для критических дней!

 

«Девчонки» секунду оторопело взирали на «робота», потом Тамарочка с Машей дружно полезли в ящики стола – сумки-то тоже отобрали.

 

- Умоляю! Быстрей! Пока эти гады не заметили, что меня нет.

- Вот! – Маша торжественно извлекла на свет гигиенический пакет и помахала им как флагом. – Держи! Туалет в конце коридора.

- Спасибо! – переводчица мигом испарилась.

 

Некоторое время коллеги потрясённо молчали.

 

- Я так и не понял, - Толик решил прояснить ситуацию. – Это так далеко у них техника шагнула, или она – одна из нас?

- Не из вас, Толик, а из нас, - уточнила Маша. – И вообще меньше болтай об этом. Давайте лучше чаю попьём. Иди, Толик, к Степану, тащи обратно коробок с нашими чашками.

 

Озадаченный происшедшим Толик без возражений принёс посуду.

 

Оставшиеся до конца работы два часа бухгалтерия с наслаждением пила кофе. 

Ольга Сатолес
2015-05-27 15:45:42


Русское интернет-издательство
https://ruizdat.ru

Выйти из режима для чтения

Рейтинг@Mail.ru