ПРОМО АВТОРА
Вова Рельефный
 Вова Рельефный

АВТОРЫ ПРИГЛАШАЮТ

Вова Рельефный - приглашает вас на свою авторскую страницу Вова Рельефный: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Дмитрий Выркин - приглашает вас на свою авторскую страницу Дмитрий Выркин: «"Вы любите читать прозу и стихи? Вы любите детективы, драмы, юморески, рассказы для детей, исторические произведения...Тогда Вы обязательно должны посетить мою творческо- литературную страницу!!!"»
Прохор Озорнин - приглашает вас на свою авторскую страницу Прохор Озорнин: «Если эти мысли полезны кому-то - они станут моими крыльями.»
Вадим Векслер - приглашает вас на свою авторскую страницу Вадим Векслер: «Нонконформизм, гос.измена и провокации»
kapral55 - приглашает вас на свою авторскую страницу kapral55: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»

МЕЦЕНАТЫ САЙТА

стрекалов александр сергеевич - меценат стрекалов александ...: «Я жертвую 50!»
стрекалов александр сергеевич - меценат стрекалов александ...: «»
стрекалов александр сергеевич - меценат стрекалов александ...: «Я жертвую 100!»
Андрей Жеребнев - меценат Андрей Жеребнев: «Я жертвую 100!»
Андрей Жеребнев - меценат Андрей Жеребнев: «Я жертвую 100!»

ПОПУЛЯРНАЯ ПРОЗА
Ноябрь-Май

Автор иконка Олег Букач
Жить под снегом

Автор иконка Андрей Штин
Верните крокозябру!

Автор иконка Dmitry Orloff
Без названия

Автор иконка Серж да Таран5
Отморозок

Автор иконка Веснянкина Варвара
Земная история

ПОПУЛЯРНЫЕ СТИХИ
Ноябрь-Май

Автор иконка Олесь Григ
Как звезды Маяковского

Автор иконка Зоя
Ревность

Автор иконка Геннадий Свистунов
Марс и Венера

Автор иконка Олесь Григ
Камелот

Автор иконка Andersen
О нашей жизни на планете

БЛОГ РЕДАКТОРА

ПоследнееИтоги конкурса фантастического рассказа
ПоследнееПоздравляем с Днем защитников Отечества!
ПоследнееАнализ литературного текста
ПоследнееВопрос к авторам и читателям
ПоследнееБорцам за правду посвящается
ПоследнееЧитатели рекомендуют или Что почитать
ПоследнееИзобразительно-выразительные средства языка

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К ПРОЗЕ

Дмитрий ВыркинДмитрий Выркин: "Довольно емкие и заставляющие анализировать поднимаемые темы строки.Сп..." к произведению Быть и казаться 1

ЦВЕТОК ПАПОРОТНИКА: "Дьявол, это часть, природы. Природа, не враг, человека. Также и Сатана..." к рецензии на Дьявол обитает в деталях.

НадеждаНадежда: "Будем стараться улучшать в дальнейшем, спасибо за объективную оценку..." к рецензии на Paranoia

Дмитрий ВыркинДмитрий Выркин: "Спасибо большое Вам Алексей. Благодарю, Дмитрий Выркин." к рецензии на 30 МИНУТ ОТДЫХА

Дмитрий ВыркинДмитрий Выркин: "Спасибо." к рецензии на КОМПЛИМЕНТ

БоксерБоксер: "Интересные факты. Написано отлично,слог легкий. Спасибо. Алексей" к произведению 30 МИНУТ ОТДЫХА

Еще комментарии...

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К СТИХАМ

Николай ЧапуринНиколай Чапурин: "Уважаемый Юрий, как хотелось бы Вас понять... Так ..." к рецензии на чёрный квадрат

Дмитрий ВыркинДмитрий Выркин: "Удивительно загадочное по своему содержанию стихот..." к стихотворению учись летать

Дмитрий ВыркинДмитрий Выркин: "Удивительно доброе и нежное стихотворение,это стих..." к стихотворению Мамины глаза...

Юрий КоскевичЮрий Коскевич: "спасибо большое за комментарий! "чёрный квадра..." к стихотворению чёрный квадрат

БоксерБоксер: "Да Николай,это здорово.Интересная рифма,красивая. ..." к стихотворению Мне ты женщиной снилась во сне

Николай ЧапуринНиколай Чапурин: "Спасибо Вам большое Алексей! Да, Вы правы, мам..." к стихотворению Мамины глаза...

Еще комментарии...

ПОЛЕЗНОЕ

СОВРЕМЕННАЯ ПРОЗА

"Прошли те времена, когда бумажная книга была единственным вариантом для распространения своего творчества. Теперь любой автор, который хочет явить миру свою прозу может разместить её в интернете. Найти читателей и стать известным сегодня просто, как никогда. Для этого нужно лишь зарегистрироваться на любом из более менее известных литературных сайтов и выложить свой труд на суд людям. Миллионы потенциальных читателей не идут ни в какое сравнение с тиражами современных книг (2-5 тысяч экземпляров)".

Читать подробнее »

Мы в соцсетях



Группа РУИЗДАТа вконтакте Группа РУИЗДАТа в Одноклассниках Группа РУИЗДАТа в твиттере Группа РУИЗДАТа в фейсбуке Ютуб канал Руиздата

О ЛИТЕРАТУРНОМ САЙТЕ РУИЗДАТ

"Автор хочет разместить свои стихи или прозу в интернете и получить читателей. Читатель хочет читать бесплатно и без регистрации книги современных авторов. Литературный сайт руиздат.ру предоставляет им эту возможность. Кроме этого, наш сайт позволяет читателям после регистрации: использовать закладки, книжную полку, следить за новостями избранных авторов и более комфортно писать комментарии".

Читать подробнее »

"У Серёжки убили бабушку"

Приключения

1432 просмотров
0 рекомендуют
0 лайки
Возможно, вам будет удобней читать это произведение в виде для чтения. Нажмите сюда.
Группа молодёжи решает бороться с несправедливостями жизни...

                                               У Серёжки убили бабушку…
                                                                (повесть)
   У Серёжки убили бабулю. Так сказала деревня, и он не усомнился. Мальчишка привык верить деревне, точнее, тем женщинам, которые заходили иногда к ним в дом и чьё мнение мама ежедневно приносила от колонки или из магазина. Когда помер Серёжкин отец, люди, заполнившие в день похорон двор и комнаты, говорили одно и то же: «Если б ночь была лунной, Васька остался бы жив». Мальчишке хотелось уточнить: почему бы папке не прийти домой засветло или даже не пить, когда на улице мороз, вьюжит и никто не чистит дороги? Но, во-первых, Серёжка догадался, что в этот день ему, как пострадавшей стороне, на которую все поглядывают с разной степенью жалости, правильнее будет молчать и не лезть к взрослым с разговорами. Он даже на младших сестёр и брата цыкал, если те забывались и начинали играть и шуметь. А во-вторых, про лунную ночь говорили едва ли не все, кто пришёл увозить на кладбище очередной деревенский труп, и Серёжке пришлось поверить в мудрость простого народа. С тех пор – а прошло почти два года – он всякий раз, едва стемнеет, проверял на небе наличие луны и с упрёком посматривал вверх, если над развалинами клуба поблёскивал вечный спутник Земли, на первый взгляд, такой безобидный и равнодушный. Впрочем, один раз он засомневался в своих астрономических обвинениях. Как-то они вместе с младшим, Мишкой, возвращались с горки, ещё разгорячённые и расхристанные, и Серёжка как мог посолиднее примерил к себе чужие слова:
   - Если б не эта Луна, папка был бы живой…
   И тут более вдумчивый Мишка, даже не догадываясь, что озадачит брата, кивнул и прибавил:
   - Спасибо ей: теперь он мёртвый.
   Васька, конечно, гонял семью. Пока не умер. Так было принято в деревне. Дед Тимофей, рассказывала бабуля, гонял её до своих шестидесяти пяти. Гонял бы ещё лет двадцать, да подарил их водке и отправился на кладбище, даже не успев отдохнуть на пенсии. У соседей через стенку тоже гоняли, и после криков-стуков оттуда едва слышно просачивался жалобный плач. У Павленок, что жили напротив, несмотря на новый железный забор, две машины и трактор во дворе, тоже случались приключения.
                                                                       1
Дядя Витя целыми днями скупал молоко, ходил за собственным хозяйством, уезжал торговать, но раз в три-четыре месяца внутри него как будто перегорал какой-то предохранитель, он напивался и превращался в сильного, остервенелого зверя. Тут уж пряталась не только семья, но и все окрестности до самого перекрёстка, становившиеся зоной боевых действий. Тётя Лена отсылала детей к родственникам, уходила из дому сама, часто к ним, потому что когда-то была одноклассницей Серёжкиной мамы, тихо сидела, и, бойкая в обычной жизни, переговаривалась только шёпотом, будто её голос мог быть услышан буянящим мужем и воспринят как сопротивление. Серёжка знал: тётя Лена ждёт, когда её супруг нашумится вволю и закончит какой-нибудь жестокой выходкой. Только тогда он резко успокаивался, надолго заваливался спать, и бес необузданности, тщетно потолкав храпящего мужика, уходил прочь. В последний раз дядя Витя застрелил собаку, которая, очевидно, посмела перечить хозяину. До этого он разбил телевизор, а попутно и окно, куда телевизор с позором вылетел. Дважды Павленко лупил соседей, дважды дрался с вызванным кем-нибудь участковым, но любимым занятием в такие периоды было у него поджигание своей техники – почти новой, ухоженной, такой, что завидовали все хозяйственные мужики в деревне. Потом он быстро всё восстанавливал. Быстро и дорого, как поясняла соседям тётя Лена. Один раз, правда, семья замешкалась: грузовичок пришлось сдать на металлолом и построить новый гараж, но обычно тётя Лена чутко улавливала момент развязки и выходила из укрытия вовремя. Зато после «побоищ» Серёжкин сосед становился молчаливым трудягой, у которого руки никогда не были свободны от руля, молотка или вил. Тогда, лунным вечером, Серёжка понял, что его младший брат находится в оппозиции к деревенскому обычаю, по которому мужик должен периодически воспитывать семью. Спорить не стал: Мишка жил своими убеждениями, несмотря на возраст. Не доказывать же, что у них был хороший отец. 
   Два года семья прожила мирно, всё так же с большим трудом решая главную деревенскую проблему – отсутствия денег. Богатых в селе не было. Даже глава администрации ходила пешком и в старом советском пальто – с песцовым воротником. Местный предприниматель, владелец двух магазинов, видевший наплыв посетителей лишь на Новый год и Пасху; отходники, работавшие где-нибудь на стройках, то срывавшие куш, то снова бедневшие; торговцы молоком и мясом, рвущие жилы на приличную машину и ремонт дома; педагоги; нелегальный сборщик металлолома и последний ветеран войны с хорошей пенсией – вот и весь средний класс Серёжкиной деревни. Остальные люди жили за счёт пособий, пенсий, домашнего хозяйства, летнего 
                                                                      2
сбора ягод и грибов и Святого Духа. В последнее время даже воровство сошло на нет: красть было уже нечего, и блатной мир перестал назначать в деревне смотрящего, хотя кандидатов хватало: половина местных мужиков в старые добрые времена отсидела за покушения на совхозную собственность или пьяные драки. Однако Серёжкина семья из самых бедных  была одной из беднейших. Бабушкина пенсия, детские и зарплата школьной технички, которую между родами получала мама, были в бюджете, как топор в пустом супе, - ни навара, ни гущи. Немного выручали с одеждой добрые люди – отцова сестра, живущая в городе, соседи и учителя, сослуживцы мамы, - которые отдавали то, что становилось маленьким для собственных детей. За всю свою пятнадцатилетнюю жизнь Серёжка помнил только две-три вещи, купленные конкретно для него. Всё остальное попадало в гардероб мальчишки после тщательных испытаний и проверок чужими плечами-ногами. Особенно выручало соседство. Та же тётя Лена, хорошо умевшая считать каждую копейку и с одержимостью предвыборного агитатора твердившая, что по рублику собирает дочкам на учёбу, Серёжкиной маме давать взаймы не отказывала, хотя хорошо знала, что у нас обещанного три года ждут. Действительно, иногда возврат долга затягивался и на полгода, и на год. 
   Впрочем, тётя Лена и вся её семья удивляли Серёжку вовсе не периодическими заскоками дяди Вити, а своего рода бунтом против естественных законов природы. Мальчишка точно знал, что если потратишь деньги, их не будет. Но соседка занимала им, иногда, возвращаясь из магазина и застав Серёжку на улице, могла сунуть булку хлеба: «Передай маме», будто о чём-то с ней договаривалась. Тётьленина Юлька, одноклассница Серёжки, требовавшая, чтобы сосед сопровождал её в школу и обратно – даром, что идти было километра полтора – то и дело совала мальчишке конфету или жевачку и, похоже, в её воспитание слово жадность вовсе не закладывалось. Сам дядя Витя, семейными деньгами и продуктами не распоряжавшийся, увидел прошлым летом, как Серёжкины малые восторженно гоняют по дороге старое колесо, достал с чердака сломанный велосипед и передал Сергею вместе с двумя порванными цепями, объяснив, как отремонтировать. Пацану оставалось только найти по друзьям пару клееных камер, и на речку пешком он уже не ходил. Старшая из сестёр, Валька, катается на том велике до сих пор. Однако при всех этих щедростях Павленки не беднели. Скорее наоборот. Этого Серёжка понять не мог. Когда очередной раз утекали денежные средства их семьи и бабуле больше нечего былоим дать, кроме пакетика крупы или сахара, жить приходилось на картошке и капусте, а нелюбимые малышнёй лепёшки на неделю-другую заменяли 
                                                                      3
магазинный хлеб.
   Но теперь, когда бабулю убили, будет ещё хуже. Деревенские, вскладчину похоронившие бывшую заслуженную доярку, увезли на кладбище не только её, но и пенсию, которая позволяла малым двигаться, улыбаться и подрастать. Не зная, чем утешить Серёжкину мать, женщины по нескольку раз повторяли ей, чтоб съездила в город за деньгами «на погребение», но по их тону Серёжка догадался: сумма такая, что мёртвому проще дойти до кладбища пешком и самому вырыть себе могилу. Вскользь упоминали ещё пенсию по потере кормильца, но оба папки в этой семье были случайные, неузаконенные.
   Мелкий, противный ноябрьский дождик не сочувствовал мальчишке, бредущему по обесцвеченным улицам города. Серёжка понимал, что ещё полчаса, и его куртка промокнет. Придётся возвращаться в общагу. Он мог бы задержаться дома после похорон,  но там сменилась хозяйка: вместо напившейся с горя матери, все комнаты заполнила холодная, прозрачная тоска, и Серёжка решил вернуться в училище. Валька пообещала накормить малых ужином, присмотреть за спящей мамой, и он уехал. Сестра вообще держалась очень храбро, будто решила, что теперь она бабуля семьи и берёт на себя половину всех забот, но Серёжку это не убедило: она была двенадцатилетней девчонкой, которая могла, засмотревшись в телевизор, не заметить, например, как самая младшая, Светка, открыла дверь и выползла во двор. Тётя Оля, главная в селе, прямо на кладбище сунула Серёжке тысячу – «от администрации и депутатов» - на учёбу, чтобы «не бросал и получал профессию», но он, давая Вальке прощальные наставления, не выдержал и прибавил к наставлениям деньги.
   Как красиво тётя Оля, Ольга Семёновна Мовчун, говорила о бабуле! Серёжка даже улыбнулся сквозь дождик, вспоминая, и спрятал улыбку от редких прохожих в сырой воротник. Ничего нового он не услышал: что-то упоминала прежде сама бабуля, что-то рассказывала мама, которой совхозная пора вспоминалась золотым временем. Просто в этом пятиминутном траурном митинге собрались воедино все осколки прошлого и прозвучали торжественным итогом жизни: орден Трудовой Славы, две поездки на ВДНХ, соцсоревнования… Некоторых тётьлениных слов Серёжка не понимал, но он ясно увидел на лицах хоронивших удивление. Удивление не от незнакомой информации. Другое. Будто все деревенские разом подумали: «Вот какими достойными людьми мы были, не стыдно помереть. И куда всё ушло?..» А через пару минут циничные копачи, для которых
                                                                      4
похороны интересны не процессом, а результатом – выпивкой и хорошей едой – начали большими глыбами сталкивать в яму раскисшую осеннюю глину, закапывая и гроб, и бабушкину пенсию, и советское прошлое. 
   Теперь и у Серёжки появилось прошлое. То, что отец не всегда пьёт, иногда находит работу и приносит кое-какие деньги, а в свободное время снабжает семью рыбой, пацан понял только после первых похорон. Теперь, после вторых, он боялся осознавать, что слабый, больной пожилой человек не только не допускал, чтобы внуки голодали или ходили раздетыми-разутыми, но всегда скапливал им денег на уголь и на подготовку к школе Серёжки, Вальки и Таньки. Будущее второй раз становилось хуже. Скоро будет третий. В училище…колледже, как говорили преподаватели, учёба у Серёжки не заладилась. Когда в июне мать сказала, что в десятом классе учёба трудная, не для его мозгов, а лучше поехать в город и бесплатно да ещё с социальной стипендией получать профессию, он сразу же согласился. Только вскоре оказалось, что мозги его в самом деле никудышные. Как Серёжка ни старался, но физика, математика и ещё куча предметов, включая специальные, оказались не по силам. Даже английский с физкультурой. Хорошо ещё англичанка попалась добрая, ставила тройки за мычанье и блеянье, засчитывая их как нерусские звуки. Более-менее у него получалось только с литературой и ОБЖ. Но Толстой с Пушкиным не были электриками и в будущей работе помощи не окажут. «Наследственность», - приговорила бабуля, когда Серёжка пересдавал экзамен за девятый класс, но он так и не понял, какая разница между его родителями и дядь Витей и тёть Леной, папой и мамой отличницы Юльки. 
   Серёжка, по третьему разу вспоминая во всех подробностях сегодняшние похороны, подумал о малышне и, как мокрую собаку, которая вот-вот начнёт трясти шерстью, прогнал от себя холодную мысль о том, что мать может начать пить уже серьёзно, а не по вдохновению, как было при бабуле. Тогда-то его учёбеточно конец, без всяких. Придётся летом горбатиться на чужих огородах, а зимой колоть старушкам дрова. И почему людям не платят пособия по потере бабушек? У Серёжки сразу трое одноклассников жили у бабушек, в то время как родители пытались устроиться где-то в городах и курсировали по временным квартирам и временным работам. Что будет, если эти старушки тоже помрут? Вон дядя Коля, сосед, работал где-то на стройке, купил машину, а потом вернулся в деревню и уже с год из всех сил пытается допить свою жизненную норму. Тёть Катя так и кричит ему на всю улицу:
                                                                     5
   - Хоть бы ты уже всю её выжрал и сдох, чёрт!
   Серёжкины мысли совпали с реальностью: трое парней лет двадцати вышли из магазина под дождь, и у одного из них порвался чёрный пакет. Двухлитровые пивные бутылки  покатились в лужи, одна, самая ловкая, исчезла под машиной. Парни начали шумно собирать своё добро, розовощёко и самоуверенно смеясь друг над другом. Все они были крепко сбитыми, одетыми в лёгкие курточки, и Серёжка, остановившись напротив, завистливо смотрел, как взбунтовавшиеся бутылки возвращались к сильным хозяевам и те, наплевав на погоду, нырнули в сухую и тёплую машину. «Крутая тачка», - привычно и без мысли сказал про себя Серёжка. Парни ему понравились. Он тоже хотел быть крепким, уверенным в себе, с деньгами в кармане, а лучше в кожаном бумажнике, как у Женьки, однокурсника, и – главное – обутым во что-нибудь более надёжное, чем это клеймо бедности – тряпочные спортивные тапочки, которые совсем не вписывались ни в ноябрь, ни в дождь, ни даже в ветер, который носился где-то по миру, нашёл гадкое место – этот город – и решил помучить здесь людей, деревья и вывески. 
   Ноги замерзали, но в общагу всё равно не хотелось. У соседей по комнате – традиционный вечерний сон, из-за стены пытают весь этаж одной и той же музыкой в стиле «долбимся о шкаф», за другой стенкой нюхают клей и заставляют себя громко хохотать. Оттуда, едва просочишься к себе в комнату, тут же припрётся Большой Вован, имеющий какое-то собачье чутьё, и начнёт наезжать типа «Малой, айда к нам, потащимся, чё ты народ избегаешь…» «Малой…» Большой Вован называет так почти всех, в том числе Серёжку, несмотря на его сто семьдесят сантиметров. Сам Вован, входя в комнаты, пригибается, но подаренные природой здоровье и богатырскую комплекцию старательно уничтожает и ничего не может сделать с «музыкантами» из 208-й, отмороженными пацанами, о родине которых, Демидовке, знали только, что «там своя власть, и даже мусора не могут туда доехать». Только и придумал, едва послышится нерусский рэп, мстить им шуткой: «Оба, снова пыточная заработала. В натуре, я когда-нибудь им…»
   В общежитии колледжа селились такие же деревенские недоучки, как и Серёжка, так что в плане жизненного опыта он не приобрёл ничего. Просто поменял место ночлега. Даже преподаватели здесь были какие-то свои, домашние и, как его прежние школьные учителя, смотрели на подопечных с жалостью и учиться не заставляли, а уговаривали. Да и сам учебный городок располагался на окраине, словно не решил, к чему он больше относится – к городу или району. Местные тоже поступали к колледж, их было, наверное,
                                                                     6
до половины от всех студентов, но многие прогуливали, занимались какими-то важными делами, и после торжественной линейки Серёжка не видел треть группы.
   Теперь надо идти туда – километров пять по заболоченным улицам, - промёрзнуть насквозь от гадкого ветра, без которого дождик просто стекал с козырька кепки и особо не досаждал, а потом объясняться перед каждым, почему не воспользовался отмазкой в виде похорон и не прогулял дня три. Серёжка стоял в углублении перед дверью обувного магазина, как актёр пантомимы, делал вид, что собирается войти, а сам размышлял, не купить ли ему какую-нибудь булочку в торговом центре напротив, богатом на пиво и прочие продукты. Он бывал там уже один раз, ещё в сентябре, когда они крикливой общаговской толпой отправились на городские танцы. Все были первокурсниками, все впервые шли по городу как свои, а не приезжие, и Большой Вован, утверждая авторитет, вдруг остановился у этих широких ступенек, покрытых мягким зелёным ковриком, и тоном командира сказал:
   - Идём брать коньяк за штуку баксов!
   Серёжка недоверчиво засмеялся вместе со всеми, но оказалось, что самогон в деревне не самая дорогая на свете жидкость. Они выстроились у длинного стеллажа с бутылками, опасаясь даже близко подходить к красивым этикеткам, коробкам и нереальным цифрам на жёлтых ценниках. Но Вован не стеснялся, и трудно было поверить, что он ничего не собирался покупать. Шутник громко прочитывал всю бутылочную информацию, советовался с приятелями, поднимал бутылки вверх, к свету, и убедительно повторял:
   - Короче, нам надо три приличных пузыря! Не чё попало, а серьёзный напиток!
   Охрана, конечно же, обратила внимание на шоу, но это был плюгавенький мужичок лет пятидесяти, и его тёмно-синяя форма выглядела куда более воинственно, чем её носитель. Пацанам самим стало неудобно, и они увели продолжавшего куражиться предводителя.
   Сейчас Серёжке вдруг захотелось по-музейному тихо побродить среди продуктовых шедевров, узнать, какая ещё еда водится на свете, а чтоб никто не подумал, что он просто шляется и прячется от дождя, солидно взять корзину и положить туда красивую пахучую булочку. Сколько она будет стоить? Если рублей двадцать, то это многовато, можно обойтись. Но перед возвращением в общагу ему обязательно надо где-то погреться. Эх, когда-нибудь он начнёт работать, накупит в этом магаз... Читать следующую страницу »

     Страница: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14


Шевченко Андрей Иванович Шевченко Андрей Иванович

19 июня 2015

0 лайки
0 рекомендуют

Понравилось произведение? Расскажи друзьям!

Последние отзывы и рецензии на
«"У Серёжки убили бабушку"»

Нет отзывов и рецензий
Хотите стать первым?


Просмотр всех рецензий и отзывов (0) | Добавить свою рецензию

Добавить закладку | Просмотр закладок | Добавить на полку

Вернуться назад




© 2014-2017 Сайт, где можно почитать прозу 18+
Правила пользования сайтом :: Договор с сайтом
Рейтинг@Mail.ru Частный вебмастерПоддержка, ведение и развитие сайта - вебмастер persweb.ru