ПОВТОРЕНИЕ СУДЬБЫ (Глава 17)

                        Аля Хатько & Олег Вайнтрауб

     П О В Т О Р Е Н И Е   С У Д Ь Б Ы

Глава 17. Как же расстаться?

Я видела по страницам дневника, что Инна пролила много слёз, когда писала эти строки. В каждом слове, в каждом предложении был один и тот же вопрос, вернее, он угадывался: “Как же нам расстаться после всего, что случилось?”

Уже с огромным волнением читала я дальше:

-Мы ушли из дома, приютившего нас на это короткое время и давшее нам обоим такое счастье, которое мы не испытали за всё время нашей разлуки. Мы проехали несколько километров, и Кузьма решительно свернул с асфальта в лес. Словно мы не виделись целую вечность, он набросился на меня с жадными поцелуями. Я отвечала на них своими опухшими от ночных поцелуев губами. Потом снова мы слились этой сладкой для обоих муке. Опомнились только ближе к обеду.

-Меня уже, скорее всего, разыскивают через милицию, - сказал Кузьма. У меня в машине необходимые позарез запчасти, прости меня, Инна, но мы должны расстаться. Но я обещаю, что найду время, чтобы побыть с тобой снова.

Только теперь я спохватилась, что сделала большую ошибку. Не надо мне было сбивать женатого мужчину с правильного пути. Я взяла на душу огромный грех. Я знала, что расплачиваться за него придётся обязательно.

- Кузьма, милый, я понимаю, что тебя дома ждёт жена и дети, они волнуются.

-Ты совершенно права, милая. Это меня тоже беспокоит. После нашей с тобой встречи, я уже не смогу быть в прежних отношениях со своей семьёй. Я всё время буду искать предлог, чтобы встретиться с тобой, но ты так далеко от меня…

.Я видела, что на глазах у Кузьмы появились слёзы и он еле-еле сдержал себя, чтобы не заплакать.

-Кузьма, дорогой мой человек! Не надо меня искать, не надо ничего менять в своей жизни. Мы сами виноваты в том, что произошло. Будем жить, как велено сверху.

-Инночка! Никто нам сверху не велел жить с нелюбимыми, это же мы сами так захотели.

Я только покрутила в знак несогласия головой. Меня ещё бабушка учила, что ничего в жизни не делается без веления Божьего. Но я не стала это доказывать любимому человеку. Я попросила подвезти меня к родителям. Кузьма кивнул в знак согласия. Оставшиеся к дому моих родителей мы ехали молча, словно набедокурившие школьники. Каждый думал о своём. Расстались, не доезжая где-то с полкилометра к дому, чтобы никто не видел, чтобы не поползли по деревне сплетни. Наш поцелуй был таким жарким что я снова чуть взлетела за облака, но Кузьма вовремя прервал наш прощальный поцелуй. Я пошла к дому родителей не оглядываясь, а Кузьма не уезжал, он смотрел мне вслед. И только, когда я скрылась за кустарником он завёл свой грузовик. Гул мотора болью отозвался в моём сердце. Дома была только мама. Я с облегчением вздохнула. Мне не хотелось, чтобы Игнат Иванович видел моё состояние. А с матерью я поделилась своими переживаниями, своей радостью и болью после встречи с первой любовью. Я видела, что она очень переживает за меня, но ни словом не обмолвилась, ничем не упрекнула меня, а просто молча утирала бежавшие по щекам слёзы. Она накормила меня и уложила спать. Я никогда ещё так сладко не спала как этим днём. Вечером проснулась, поужинала вместе с родителями и снова завалилась в постель. А утром мне надо было уезжать. И снова Игната Ивановича дома не было, а мама проводила меня к автобусу, крепко обняла и благословила своими словами. Потом сказала:

-Инна, не спеши принимать какие-то решения. Помни, что Кузьма имеет деток. Люди говорят, что он в них души не чает. Если вдруг он разведётся с Соней, то дети останутся при ней, а значит, частица его души тоже останется там. разве тебе нужно такое половинчатое счастье? Ты сама себя не простишь никогда за такой грех. То, что вы встретились, выяснили отношения – это хорошо. А вот дальше – думай. Мы люди взрослые и будем говорить по-взрослому. Разве тебе было хорошо, когда в школе за твоей спиной говорили всякие нехорошие слова о твоей матери? Вот также будет нехорошо и его детям.

Я крепко обняла маму, поцеловала в морщинистую щёку и пообещала, что ей никогда не будет за меня стыдно. Больше с Кузьмой мы не встретимся. Нет никакой надобности. Не знаю поверила ли мама в мои слова, но сама я была твёрдо в этом уверена.

К полудню я приехала домой. Степан был на работе. В доме царил беспорядок. Так было всегда, когда меня долго не было дома. Я медленно начала приводить квартиру в порядок. В спальне витали незнакомые запахи, но сегодня я не искала никаких следов пребывания посторонней женщины в нашей квартире. Я просто сгребла постельные, вытряхнула с балкона одеяло, подушки, застелила свежее бельё. На кухне перемыла посуду, заглянула в пустой холодильник. Всё было, как всегда, после моего отсутствия. Но было сегодня одно «но». Сегодня на всё это я смотрела сквозь пальцы. Я просто была безразлична. Сегодня у меня были воспоминания о той прекрасной ночи. Я знала, что это останется теперь со мной навсегда. Я сходила в магазин, купила продукты, приготовила ужин, накрыла стол и села в ожидании мужа, листая журнал. Вскоре появился Степан. Надо сказать, что он очень обрадовался моему появлению и выразил свою радость крепкими объятиями и поцелуями. Мы распили с ним бутылку Каберне, которую откуда-то извлёк Степан, поужинали. Он рассказал новости, которые произошли за время моего отсутствия на работе, а я рассказала, как прошла сессия. Я видела, что Степану очень не терпится лечь в постель. Мне же этого совсем не хотелось, и я всячески оттягивала это время. Но сколько не крутись, а всё-таки пришлось идти в душ. Там я долго плескалась, хотя совсем не хотелось смывать со своего тела следы любви Кузьмы. Ничего нового в эту ночь Степан мне не преподнёс. Только вот во мне что-то изменилось. Я прислушивалась к себе стараясь вызвать те ощущения, которые испытывала с Кузьмой. И о чудо! Впервые за наш брак я испытала оргазм. Он был не таким бурным, как с Кузьмой, но всё-таки был. Это почувствовал и муж. 

-Дорогая, теперь я верю, что ты действительно соскучилась по моим ласкам.

 Я ничего не ответила. Просто положила голову ему на плечо и зевнула. Вскоре мы оба уснули. Утром Степан повторил свой опыт и надо сказать, что он прошёл удачно. Мы шли на работу счастливые, как и подобает счастливой семейной паре.

Прошло почти два месяца после моей встречи с Кузьмой. Со Степаном всё шло хорошо, но я не забыла той ночи, проведённой с любимым человеком в чужой избушке. Вскоре поняла, что я беременная. Гинеколог подтвердил мою догадку. Степан был на седьмом небе от счастья. он совершенно преобразился. Теперь он вовремя приходил с работы убирал в квартире, развешивал постиранное бельё, ходил в магазин. Он просто носил, если так можно сказть, меня на руках. Он ждал этого ребёнка, молил Бога, чтобы это был сын. Но Бог распорядился по-своему. Я в феврале родила девочку. Я с любопытством рассматривал свою кроху, когда принесли первый раз на кормление. Медсестра, патронажная сестра сразу сказали, что девочка, как две капли воды похожа на меня. Я видела, что из-под пеленки выглядывают черные кудряшки, на щёчках были мои ямочки. А вот глаза были голубые. На меня смотрели глаза Кузьмы. Моя догадка подтвердилась, когда я приехала с малышкой домой, и стала купать дочь. На шейке сзади на затылочной ямке отчётливо виднелась родинка. У девочки она была небольшая, как льняное семечко. А вот у Кузьмы оно было на том же месте только в два раза больше. Я в душе радовалась, что родила от любимого человека. Но решила никому, даже маме не говорить о своём открытии. Кузьму с того времени, как мы встретились в дороге, я больше не видела. Мама тоже ничего о нём не говорила. Степан любил дочь, всячески баловал её и ничего не подозревал. 

Я глубоко в себе похоронила эту тайну. Решила пусть всё идёт так, как идёт.

А дальше дневник заполнялся периодически. И заметки шли краткие. В основном, о дочери. В каждом эпизоде читалось об отношениях отца и дочери. Инна описывала, как Степан баловал маленькую Аллу. Меня очень развеселил один такой эпизод, где Инна пишет так:

-Аллочке было 9 месяцев, Степан купил её шёлковое платьице. Платье было белоснежным, а по этому белому полю были разбросаны красные горошинки. Он попросил меня нарядить дочь в это платье. Конечно, оно оказалось ей велико. Степан подхватил дочь на руки поднял высоко над головой и заговорил с малышкой, как со взрослой:

-Аллочка, я хочу, чтобы ты скорее подросла. Я надену на тебя это платье, возьму тебя за руку и поведу в самый большой магазин с игрушками. А ты скажешь: «Папа, купи мне вот эту куклу». Доченька! Я куплю тебе всё, что ты только пожелаешь».

Потом, когда Алле было три годика, она заболела ангиной. Инна пишет в своём дневнике, что именно Степан поехал с дочерью в больницу. Весь медперсонал приходил смотреть на папу, который не выпускал дочь из рук. Он контролировал каждый укол, каждую таблетку. Он не спал, когда дочери было плохо. Он таскал её на руках, убаюкивал, говорил, чтобы немного потерпела, а завтра боль пройдёт. И девочка верила, успокаивалась и засыпала у него на руках.

Записи в дневнике становились короче и реже. И вот последняя запись:

-Я уезжаю в Германию. Долго не могла решиться на этот шаг. Оказывается, моя родная мама, которая оставила меня в 5 лет, всё это время помнила обо мне, а перед смертью наказала своему сыну, чтобы отыскал меня непременно и сам лично передал мне материнское наследство. Значит она всё время помнила обо мне, но обстоятельства не давали возможности дать хотя бы весточку. Она боялась за меня, за своих родственников. Только после своей смерти она смогла хоть как-то загладить свою вину.

Только и мне тяжело очень расставаться со своей дочерью. Степан категорически против того чтобы я ехала в Германию с Аллой. 

-Инна! Езжай одна и утрясай свои дела. А дочь останется со мной. если она дорога тебе, то ты постараешься приехать как можно быстрее, а мы будем тебя ждать с нетерпением.

И вот я уезжаю через неделю в Берлин. На всякий случай,  этот дневник и письма сводного брата я отдам на хранение моей приёмной матери.

Меня после этих слов бросило в пот: всё-таки есть какая-то интуиция, коль Инне не хотелось уезжать, оставлять малышку с отцом. Да и благодаря этой интуиции я сегодня имела возможность прочесть этот дневник, который полон откровений. Я закрыла тетрадь и задумалась: а смогу ли я узнать продолжение этой истории? Что-то тётя Даша, когда отдавала мне дневник, очень плакала. Непременно надо узнать, что же случилось с ней и остальными героями. Но на дворе стояла глубока ночь. Хозяева крепко спали. Завтра будет день, будут и вопросы.

                     (продолжение  следует) 

 Вадим Винолозов

x

Иллюстрация к: ПОВТОРЕНИЕ СУДЬБЫ (Глава 17)