ПРОМО АВТОРА
kapral55
 kapral55

хотите заявить о себе?

АВТОРЫ ПРИГЛАШАЮТ

Евгений Ефрешин - приглашает вас на свою авторскую страницу Евгений Ефрешин: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Серго - приглашает вас на свою авторскую страницу Серго: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Ялинка  - приглашает вас на свою авторскую страницу Ялинка : «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Борис Лебедев - приглашает вас на свою авторскую страницу Борис Лебедев: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
kapral55 - приглашает вас на свою авторскую страницу kapral55: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»

МЕЦЕНАТЫ САЙТА

Ялинка  - меценат Ялинка : «Я жертвую 10!»
Ялинка  - меценат Ялинка : «Я жертвую 10!»
Ялинка  - меценат Ялинка : «Я жертвую 10!»
kapral55 - меценат kapral55: «Я жертвую 10!»
kapral55 - меценат kapral55: «Я жертвую 10!»



ПОПУЛЯРНАЯ ПРОЗА
за 2019 год

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Дебошир

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Боль (Из книги "В памяти народной")

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать ГРИМАСЫ ЦИВИЛИЗАЦИИ

Автор иконка Роман SH.
Стоит почитать Читая,он плакал.

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Берта

ПОПУЛЯРНЫЕ СТИХИ
за 2019 год

Автор иконка Сергей Елецкий
Стоит почитать БЕС ПОПУТАЛ

Автор иконка Виктор Любецкий
Стоит почитать Знаешь, а это – точка!...

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать Попалась в руки мне синица

Автор иконка Alex Til
Стоит почитать И как могла ты полюбить?

Автор иконка  Натали
Стоит почитать Ушли года(романс)

БЛОГ РЕДАКТОРА

ПоследнееПомочь сайту
ПоследнееПроблемы с сайтом?
ПоследнееОбращение президента 2 апреля 2020
ПоследнееПечать книги в типографии
ПоследнееСвинья прощай!
ПоследнееОшибки в защите комментирования
ПоследнееНовые жанры в прозе и еще поиск

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К ПРОЗЕ

Евгений ЕфрешинЕвгений Ефрешин: "Я, к сожалению, тоже совсем не богат, свожу концы с концами на пенсии...." к рецензии на Помочь сайту

Колбасова Светлана ВладимировнаКолбасова Светлана Владимировна: "Юрий, огромное Вам спасибо, за то что обратили внимание на незаживающи..." к произведению Россия во сне.

KonstantinKonstantin: "Сайт не очень популярный, как видите, мало авторов заходит. Я бы помог..." к рецензии на Помочь сайту

Тихонов Валентин МаксимовичТихонов Валентин Максимович: "Вы совершенно правы, уважаемый Юрий. Дачи в советское время были и при..." к рецензии на Дача

Юрий нестеренкоЮрий нестеренко: "С интересом прочитал. Советские дачи достойны посвящений. Дачи ведь яв..." к произведению Дача

СлаваСлава: "Всё верно- собакам этой породы хвост не нужен." к произведению Хвост, который вилял собакой

Еще комментарии...

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К СТИХАМ

Колбасова Светлана ВладимировнаКолбасова Светлана Владимировна: "Очень красивое стихотворение! Спасибо!" к стихотворению Цветы в саду

Тома ФортунаТома Фортуна: "не знаю где ещё написать. думаю,что вы имели ввиду..." к стихотворению Всё относительно

Юрий нестеренкоЮрий нестеренко: "Короткая строчка хороша!" к стихотворению никого не люблю....

СлаваСлава: "Красиво создано. Браво автору!" к стихотворению Весенний ветерок

СлаваСлава: "Необычно и красиво. Браво!" к стихотворению Сыпешься

СлаваСлава: "Интересно написано. Понравилось." к стихотворению а

Еще комментарии...

Полезные ссылки

Что такое проза в интернете?

"Прошли те времена, когда бумажная книга была единственным вариантом для распространения своего творчества. Теперь любой автор, который хочет явить миру свою прозу может разместить её в интернете. Найти читателей и стать известным сегодня просто, как никогда. Для этого нужно лишь зарегистрироваться на любом из более менее известных литературных сайтов и выложить свой труд на суд людям. Миллионы потенциальных читателей не идут ни в какое сравнение с тиражами современных книг (2-5 тысяч экземпляров)".

Мы в соцсетях



Группа РУИЗДАТа вконтакте Группа РУИЗДАТа в Одноклассниках Группа РУИЗДАТа в твиттере Группа РУИЗДАТа в фейсбуке Ютуб канал Руиздата

Современная литература

"Автор хочет разместить свои стихи или прозу в интернете и получить читателей. Читатель хочет читать бесплатно и без регистрации книги современных авторов. Литературный сайт руиздат.ру предоставляет им эту возможность. Кроме этого, наш сайт позволяет читателям после регистрации: использовать закладки, книжную полку, следить за новостями избранных авторов и более комфортно писать комментарии".




Этта


Андрей Штин Андрей Штин Жанр прозы:

Жанр прозы Фантастика
2137 просмотров
1 рекомендуют
14 лайки
Возможно, вам будет удобней читать это произведение в виде для чтения. Нажмите сюда.
ЭттаКаждый их нас понимает - мы не одиноки во Вселенной. Но готово ли человечество к контакту с разумом, который отличается от нашего и превосходит наш на несколько порядков. Готовы ли мы, люди, к такому контакту?

Глава 1

 

Мой сон прервал резкий толчок, и какое-то время я приходил в себя от внезапного пробуждения. «Сейчас проснусь до конца, дойду до интеркома и выскажу Берзину всё, что я о нём думаю!» - пронеслось в голове. Такая встряска всего корпуса корабля означала только одно — мы вышли из гиперпространства и долетели до конечной точки нашего полёта.

 

Нет, конечно, всё это замечательно, но зачем так жёстко выходить из режима «прыжка», что мою голову чуть не разорвало на части? Берзин, хоть он и командир этого прекрасного шлюпа межзвёздного класса, и мой старый друг, а всё-таки мог не так резко перевести корабль в нормальный режим полёта. Но самым главным было то, что мы, наконец-то, долетели.

 

«Да уж, славная вечеринка была...» - вспоминал я вчерашний вечер, пока умывался и брился. А вспомнить было что! По давно заведённому обычаю мы отмечали первое назначение и первый полёт «птенцов» – выпускников Академии космофлота: Милы Чер и Гарольда Семакина. Мила до того распалилась, плюс горячительные напитки, что ненавязчиво, намёками, попросила проводить её до каюты, у дверей которой я не сдержался и поцеловал её в губы. Мои размышления прервал голос Берзина из интеркома, раздавшийся так внезапно, что я едва не порезался:

- Команде контрольной экспедиции собраться в головной рубке через двадцать минут.

Несмотря на весь технический прогресс, я предпочитал бриться опасной бритвой с лезвием. С Николаем Берзиным я был знаком уже девять стандартных земных лет. Мне вспомнился момент, произошедший ещё до того, как мы стали друзьями. Тогда он проходил выпускную практику пилотирования и прокатил меня вместе с очаровательными практикантками прямо над Ио, одним из спутников Юпитера. Мы летели в такой близости от его раскаленной кипящей поверхности, что чувствовали огненное дыхание этой маленькой планеты и жар её вечно извергающихся в открытый космос вулканов. На мониторах обозрения было видно, как огромные куски расплавленной породы пролетали мимо корабля, и, если честно, тогда я подумал, что Николай решил отправить нас на тот свет! 

После того случая Берзина хотели убрать из космофлота, но высокопоставленного отца одной из практиканток настолько убедили доводы дочери, что в итоге, после завершения практики, пилот-«хулиган» получил красивую умную жену и шлюп межзвёздного класса «Конунг». Позже он признался, что мы ничем не рисковали – на каждом корабле стоит система автоматического уклонения от столкновений. Что же, каждому своё, только в тот раз я едва не поседел и запомнил тот полёт на всю оставшуюся жизнь!

 

Когда я перешагнул порог головной рубки корабля, все были уже там.

- Паркс, мы вошли в гравитационное поле звезды XL17, есть контакт с базой разведчиков. У нас будет лишь несколько минут устойчивой связи, - доложил Берзин.

«Доложил» потому, что я и был руководителем этой экспедиции, но об этом позже. В проекционном поле появилась голографическое изображение человека лет сорока с проседью в волосах и в обмундировании Экспедиционного корпуса косморазведки. По знакам отличия было нетрудно догадаться, что это и есть майор Руд Кёртнин, командир разведчиков, работающих на экзопланете* XL17е. На правах командира корабля Берзин первым обратился к Кёртнину:

- Здравствуйте, рады вас видеть! Просим передать данные по квадрату для посадки модуля с членами контрольной экспедиции.

- Взаимно, я тоже рад встрече, но вынужден отказать в праве на высадку. Данными мне полномочиями я объявляю XL17е закрытой зоной. Вы не имеете права предпринимать какие-либо действия без согласования с нами и лично со мной, – сухо и с жёсткой интонацией в голосе ответил он.

Это был неожиданный поворот событий, и такая встреча нас удивила.

- Здравствуйте, майор, позвольте представиться: руководитель контрольной экспедиции Алекс Паркс, - вмешался я в диалог, который пошёл не так, как ожидалось. - Если вы забыли устав космофлота, могу напомнить: глава вторая, пункт двенадцатый. Теперь вы и ваши люди переходите под наше руководство. Как глава экспедиции, прошу указать место для нашей высадки.

После моих слов все почувствовали появившуюся напряжённость.

- Паркс, я знаю и отлично помню, что написано в уставе космофлота, но перед вашим появлением на планете произошли серьёзные изменения, мы не в силах их контролировать. Согласно той же главе, я имею право не допускать вас сюда ради вашей же безопасности. Я вышлю подробный отчёт чуть позже, и ещё раз повторяю: вам отказано в высадке, - парировал мои слова Кёртнин.

 

Ответить я не успел: корабль вышел из зоны приёма, и проекционное поле связи покрылось рябью помех. Ответ майора косморазведки удивил нас, но повернуть назад мы не имели права. Во время повторного контакта, Кёртнин всё-таки признал мои полномочия и пообещал связаться с нами через стандартные сутки. В оставшееся до следующего сеанса связи время мы готовились к высадке и выполнению главной задачи нашего полёта на XL17е: выдачи конечного заключения о готовности нового мира к приёму первых колонистов.

 

По сути дела, это была лишь формальность. Эту экзопланету открыли около двадцати лет назад. Типичная представительница «земной группы» она сразу же привлекла внимание поразительным сходством с Землёй. Вращаясь вокруг типичного жёлтого карлика** спектрального класса G2V, планета находилась в так называемой «зоне Златовласки», в «поясе жизни». Её орбита проходила на оптимальном расстоянии от звезды, что позволило сформироваться на планете условиям, подходящим для жизни людей.

 

Четвёртая по счёту от XL17, она идеально подходила для колонизации по всем параметрам: размером, составом атмосферы, наличием биосферы, силой гравитации и магнитного поля. Такие экзопланеты — большая редкость в известном нам космосе. Большинство из найденных ранее, чтобы подготовить их для полноценной колонизации, требовали долгой работы армии учёных, автоматических зондов и терраформировщиков, Нередко на создание условий, чтобы на планете возникла среда, где могла бы существовать пригодная для нас биосфера, могло уйти несколько десятков лет. Что касается XL17е, то на изучение её параметров ушло немного времени. Как только все данные подтвердились, было принято решение об отправке на неё специалистов из Экспедиционного корпуса косморазведки.

 

Это происходило по давно отработанной схеме. В новом мире высаживалась первая группа разведчиков. Многие из них зачастую больше никогда не возвращались назад: одни по своей воле, другие из-за гибели. За первой высадкой следовала вторая, третья, и так до тех пор, пока люди, используя накопленный опыт, не закреплялись на чужой, а иногда и враждебной территории. Они были теми, кто первыми входили в неизвестную среду, изучали и готовили её для будущих колонистов. По моему мнению, такие люди достойны памятника ещё при жизни – своими действиями, на личном опыте они показывали, что можно делать в новом мире, а чего не стоит!

 

По истечении определённого срока и после оценки полученной информации  о новом пространстве, туда направлялась контрольная экспедиция, в задачу которой входила проверка исходных данных и принятие окончательного решения о пригодности экзопланеты для колонизации. Этой же команде давалось право назвать её «именем», заменив им кодовое обозначение.

 

Такой экспедицией я и руководил в данный момент. Помимо меня, Алекса Паркса, в состав нашей группы входили: Сергей Зарубин – врач, штатный психолог и старый друг – это уже не первый совместный полет. Марк Карлен – планетолог и специалист по магнитным полям. Как говориться, это «старая гвардия» из уже опытных офицеров. Кроме неё в состав нашей команды вошли двое «птенцов», бывших курсантов, только-только окончивших Академию космофлота: Мила Чер – биосфера и гидроресурсы и Гарольд Семакин – геология и сейсмология.

 

И летели мы туда на шлюпе «Конунг», капитаном которого был мой старый знакомый Николай Берзин. Так что на компанию жаловаться не приходилось. На самой XL17е уже восемь земных лет жили и работали девятьсот тридцать косморазведчиков из Экспедиционного корпуса, которыми руководил майор Руд Кёртнин. Вот, пожалуй, и все действующие лица текущего повествования.

 

Вскоре наш корабль уже вышел на орбиту вращения XL17е вокруг звезды и лёг на траекторию сближения с планетой.

- Алекс, через несколько часов мы будем на месте, - обратился ко мне по интеркому Николай. - Зайди в мою каюту, я только что из отсека связи. Кёртнин вышел на контакт, и поставил условие, что будет говорить только с тобой. Возьми с собой Сергея, он психолог, пусть посмотрит со стороны на нашего «героя». И ещё, пришёл отчёт с обновлёнными данными, хочу, чтобы вы на это поскорее взглянули. Кёртнин ссылается на секретность и не хочет предавать эти данные огласке.

В этот момент мы как раз обсуждали план действий на планете, и я поймал на себе пристальные взгляды членов нашей экспедиции. Все слышали слова Берзина и ждали моей реакции.   

- Сейчас будем, Николай. Планы работ утверждаю. Вы всё правильно рассчитали, в том числе орбиты и последовательность запуска зондов по наблюдению за биосферой, - сказал я, и мой взгляд перешёл на Милу Чер.

 

Последними словами я обратился именно к ней. Я всегда был против того, чтобы такие девушки летали в дальний космос. И чего ей дома не сиделось?! Стройная, яркая… Она сама была как звезда и могла бы дарить свет и тепло окружавшим её людям. Когда я ловил взгляд её больших карих глаз, мне меньше всего хотелось думать о космосе...

- Я запускаю свои зонды? - спросила эта «бестия».

Беспощадная в своём обаянии, она поймала мой взгляд и уже не отпускала его, словно пытаясь мне что-то сказать. Сердце забилось в бешеном ритме, а в голове пронеслось: «Тот поцелуй был ошибкой!» Но сказать это я, разумеется, не мог и, пытаясь привести мысли в порядок, ответил:

- Да, Мила, конечно, а вы, Марк, начинайте готовить посадочный модуль к работе. Если появятся вопросы, мы всегда на связи. 

 

 

* Экзопланета - планета, которая обращается вокруг звезды, не являющейся Солнцем. XL17е — принятое на данный момент обозначение экзопланет, открытых у других звёзд, где XL17 - индекс звезды, литера «е» – индекс планеты. В принятом обозначении XL17 - непосредственно сама звезда, далее идёт обозначение планет по порядку букв латинского алфавита и удалённости их орбит от звезды, которая подразумевается под литерой «a;

** Жёлтый карлик G2V -  тип небольших звёзд главной последовательности, имеющих массу от 0,8 до 1,2 массы Солнца и  температуру поверхности 5000—6000 К.

 

                                         Глава  2

 

Николай и Сергей смотрели на меня так, будто я мог что-то изменить.

- Что ты решил? – нарушил повисшую тишину Николай.

- Пока ничего, а ты, Сергей, что скажешь?

- Не знаю. Давайте всё ещё раз просмотрим.

Мы заново включили запись связи с Кёртниным, тот, обращаясь к нам, спокойно говорил:

- Данные, которые вы сейчас увидите и услышите — информация первого класса секретности. Всё началось три дня назад, когда наши люди проводили исследования в районе пустошей в квадрате М11. В контрольное время на контакт они не вышли. Мы выслали поисковую группу, но она также пропала. Потеряв в общей сложности тридцать шесть человек, я принял решение об отправке автоматического разведчика. Высылаю запись его работы. Вы и ваша команда можете изучить все полученные данные, возможно, это объяснит, с чем мы столкнулись.

 

Всё это мы просматривали уже в третий раз. Изображение на первых кадрах сначала было не совсем чётким. Мешали хаотично носящиеся в воздухе пыль и песок, но вскоре дрон* снизился, и, наконец-то, появились чёткие очертания лагеря, точнее того, что от него осталось. С высоты, на которой аппарат завис над землёй, были видны остатки жилых и технических модулей, искорёженные машины и механизмы, чёрные пятна на песке, напоминающие не то вытекшее техническое масло из разбитой техники, не то запёкшуюся кровь. Автономный зонд произвёл посадку и выпустил «малышей»-дроидов**, оснащённых камерами, показывающими обзор с каждого аппарата. Виды открывались неутешительные, всюду царила унылая картина запустения. Внезапно брошенное оборудование указывало, что на момент атаки исследовательская группа занималась забором грунта из пробуренной скважины. Буровая машина была разорвана на части, и обломки деталей говорили, что, скорее всего, причиной взрыва стал её собственный реактор.

 

Следующий поисковик показал посадочную площадку лагеря и аэромодуль разведчиков. Крепёжные тросы были убраны, скорее всего, его готовили к взлёту — закрылки элеронов были переведены в состояние набора высоты, но взлететь он не успел. Да и не смог бы. Неведомая сила закинула на корпус модуля антенну спутниковой связи, которая его и придавила. О мощи неведомой силы говорили изогнутые части антенны. Жилые модули были искорёжены так, словно чья-то гигантская нога с яростью наступала на них и с ненавистью втаптывала их в грунт. На каждом виднелись следы попадания из оружия разведчиков, очевидно, косморазведчики отстреливались от напавших на лагерь. В том, что кто-то или что-то их атаковало, сомнений не было, но кто или что это было оставалось загадкой! На песке повсюду лежало брошенное оружие, виднелись тёмные следы запёкшейся крови и… ни одного тела! Наконец-то один из дроидов подобрался к «чёрному ящику» коммуникатора лагеря, подсоединился к гнезду блока памяти и снял все данные.

 

Они уже были у нас. Мы их скопировали, дважды просмотрели и прослушали, но сейчас ещё раз выбрали последнюю запись переговоров:

- Макс, начинаю забор проб грунта с глубины восемьсот. Пошли данные с «кротов», принимайте.

- Данные идут. Хоть и с трудом, но записываю их... Проклятье! Это не техника, а кусок бесполезных проводов! - прошло несколько минут, и тот же голос со злостью произнёс: - Ну вот! Я же говорил! Эльза, блок синхронизации приказал долго жить. Ничего не передавай, пока я его не заменю.

В этот момент раздался звук мощного взрыва. В ту же секунду послышался холодный женский голос автоматической системы речевого оповещения:

- Тревога! Опасность первого уровня! Красный цвет!

- Дождались! Этот реактор всё-таки рванул! Я уже два раза докладные писал!  Эльза, Макс, бегом оттуда! «Кротов» и буры потом достанем! 

- Нас атакуют! Я не знаю, кто это или что, но это идёт со стороны скважины!

- Отходите к центру! Экономьте боеприпасы! Они вот-вот окружат нас!

- Бейте двойным зарядом! Это их сдерживает какое-то время!

- Они уничтожили передатчик и антенну!

- Здесь их не сдержать! Отходим к модулю! Карл, готовь его к взлёту! Попробуем тебя прикрыть!

 

Я остановил запись и снова задумался. Что же там могло произойти? В квадрате М11 простирались степные пустоши, переходящие в песчаные пустыни, и, согласно имеющимся у нас данным по планете, такого просто не должно быть! Никаких крупных и опасных живых организмов там не обитало. Но тогда кто или что атаковало разведчиков?

 

Николай понял меня без слов.

- Мила, перешли в мою каюту данные с твоих зондов, будь так добра, - попросил он.

И тут произошло то, за что все мы так его ценили — Николай обладал каким-то странным чутьём. Вот и сейчас он не стал отключать связь, и наша троица услышала голос Милы, о чём та, разумеется, не догадывалась:

- Будь так добра, будь так добра! Да я и так добра, как зубы у бобра! Сказала бы я вам пару ласковых слов, три весёлых друга! А может мои данные будут интереснее, чем ваша запись.

- Марк?! – взвыл я в интерком.

- Слушаю, Алекс.

- Что там у тебя происходит?! Ты как за молодёжью следишь?!

- Я за ними не слежу. У меня и своих дел хватает. Посадочный модуль к высадке готов. А вот у Милы проблемы: из восьми зондов данные пришли только с трёх. Семакин уже сверил свою информацию с данными разведчиков. По его словам за последние трое суток произошли серьёзные изменения в движении литосферных плит, на планете резко повысилась сейсмическая активность. И не надо на меня кричать, - с обычным спокойствием ответил Карлен.

Он всегда был спокоен, за что его все и уважали.

- Прости, друг, не хотел тебя обидеть. Попроси Семакина оценить квадрат М11 на предмет геологических аномалий, - попросил я: - Мила, что у тебя с зондами?

- Связь с пятью потеряна, пытаюсь её восстановить и выяснить причину. С тремя остальными всё в порядке. Пока полученная информация сходится с данными Кёртнина. Новых форм жизни не обнаружено. Всё та же углеродная основа, но на планете могут быть ещё неизвестные нам организмы. Обновлённую информацию я выслала, принимайте, - ответила она.

 

В её данных мы ничего нового не увидели, за исключением того, что биосфера планеты внезапно начала проявлять повышенную активность, не отмеченную ранее в отчётах разведки. Нужно было срочно принимать какое-то решение.

- Где твой коньяк? – спросил я Николая, на что он и Сергей удивлённо посмотрели на меня. Я попытался ответить на их немой вопрос:

- Доставай, думаю, что рюмка разгоняющего кровь сейчас нам не помешает.

- Вот из-за этого женщины и уходят от тебя, Алекс, - попытался пошутить Сергей, наблюдая, как Николай достаёт бутылку коньяка и рюмки.

- Дурак ты и они дуры, - многозначительно ответил я, понимая, что этой шуткой он хотел поддержать меня, но сейчас было не до смеха. В моей голове созрел план дальнейших действий, и я решился:

- Вызывайте Кёртнина.

 

Перед нами вновь появилось голографическое изображение майора косморазведки. По его усталому лицу было видно, что он долгое время не спал и был уже на пределе своих сил.

- Майор, как у вас дела?

- Планета словно сошла с ума. Резко меняется скорость циркуляции атмосферных масс, метеорологические зонды не успевают отследить их перемещения. На контрольных точках зарегистрированы сильные подземные толчки. Потеряна связь ещё с пятью группами. Положение критическое, мы не можем понять, что происходит! Наших людей, словно заразная болезнь, начало поражать какое-то странное безумие. Они нервничают, если ситуация не изменится, я не уверен, что мы сможем её контролировать.

- Успокойтесь, подготовьте ваших людей к экстренной эвакуации. Никаких действий на планете не предпринимайте. Мы с вами свяжемся чуть позже, а пока... – изображение внезапно исчезло, и связь прервалась.

Это было неожиданно, к такому развитию событий мы не были готовы. Дело принимало уже совершено другой оборот.

 

Выходило, что на XL17e действует какая-то неведомая сила, долгое время ускользавшая от нашего внимания и себя не проявлявшая. Такое уже случалось в истории освоения новых планет. Я сам несколько раз сталкивался с подобным явлением. Самым верным решением было срочно эвакуировать с планеты людей, и проводить разбор ситуации, которая, как сказал Кёртнин, становилась критической. Точнее, уже стала! Мы связались с ближайшим кораблём, крейсером «Коалиция», находившимся в этой же звёздной системе, и вызвали его на орбиту планеты. С его помощью можно будет провести эвакуацию разведчиков. 

 

Но помимо этого необходимо было выяснить, что же происходит на XL17е, где и как люди просчитались.

- Высадка? – выдавил я из себя и взглянул на Сергея, ожидая его реакции.

- Высадка, - согласился он, задумчиво глядя в пустоту перед собой.

- Высадка, - повторил Николай, и тут уже мы удивлённо посмотрели на него.

Это было что-то новенькое.

- А кто будет командовать «Конунгом» и координировать вспомогательный десант с «Коалиции»? Ты, как командир корабля, должен остаться на борту и проследить за эвакуацией людей с планеты. Да и, кроме того, Николай, ты женат, и сам же говорил, что твоя благоверная в интересном положении, а у нас с Сергеем никого нет. А если там с нами что-то случится? – спросил я и стал искать дерево, чтобы три раза постучать по нему, но, разумеется, не нашёл.

 

- Да что вы говорите, мои несчастные, никого у них нет! И что же, из-за этого сразу бездумно рисковать? Это вы всегда успеете! Мой первый помощник справится с координацией "Коалиции" и эвакуацией людей не хуже меня, необходимый для этого опыт у него есть. Он тоже когда-то работал в Спасательном корпусе, как и вы. А из нас троих я — лучший пилот, и вы это отлично знаете, - он на минуту замолчал.

Нет, тут он, конечно, был прав. Наблюдая за тем, как мы призадумались, Николай продолжил:

- Да и к тому же, я прекрасно знаю тебя, Алекс. «Птенцов» ты оставишь на «Конунге». И это правильно, им ещё жить да творить. Опыта у них нет, а кто прикроет вас на планете? Кстати, господин «никого у меня нет», все давно уже заметили, как Мила на тебя смотрит. Ты бы всё-таки пригляделся к девушке, она так и тянется к тебе!

 

В первой части он, допустим, был прав, но что касается второй — это отдельный вопрос.

- Что ты хочешь этим сказать? – спросил я, хотя ответ и так был ясен.

«Только этого сейчас не хватало. Не разумно с её стороны влюбляться в того, от кого нормальные женщины уходят, как только узнают, что я снова собираюсь лететь в космос. Нет уж, довольно любовных приключений!» - пронеслось в голове, и я моментально вспотел от таких «разворотов».

- Да, да, Алекс, именно это он и хочет сказать, - ответил за Николая Сергей, словно прочитав мои мысли. - Девушка просто чудо и видит в тебе то, что ты сам не хочешь принять в себе. И если по-честному — это просто свинство не ответить ей взаимностью. Как психолог я же вижу, что она тебе тоже нравится.

- Боюсь я, Сергей. Боюсь, что между нами возникнет что-то серьёзное, а потом снова всё сорвётся, - тихо произнёс я, задумавшись над его словами.

- Дурак ты, Паркс, мучаешь себя, и в то же время хочешь, чтобы рядом появилась та, которая примет тебя таким, какой ты есть, - ответил он и, как всегда, попал в точку. Вот уж кого-кого, а Сергея, как психолога, сложно провести. Под конец он нанёс решительный удар:

– Нельзя вечно жить прошлым. Я тоже помню Этту и тоже был вместе с тобой на Ириде... Пойми, её уже не вернёшь, а жить дальше, дружище, надо!

- Знаю, Сергей, но до сих пор не могу отойти от того выстрела. Возможно, ты и прав, пусть прошлое останется в прошлом. Пора заняться делом, готовьтесь к высадке, – ответил я и покинул каюту Николая.

 

 

* Дрон — беспилотный летательный аппарат;

** Дроид — робот с искусственным интеллектом, самостоятельно передвигающийся по земле или иной поверхности.

 

                                        Глава 3

 

Оставшееся время я провёл, подготавливая экипировку и снаряжение к высадке и работе на планете, одновременно размышляя над тем, что сказал Зарубин. Конечно, он прав: нельзя вечно жить прошлым, но просто взять и вычеркнуть его из своей жизни тоже невозможно, и уж тем более, сейчас не время разбираться в отношениях с Милой. Первым делом, необходимо спасти людей и сделать свою работу, ради которой мы прилетели, а именно — выяснить, что происходит на XL17е. Однако из головы не выходили слова Зарубина про Этту, и я снова вспомнил тот роковой момент...

 

Это произошло два стандартных земных года назад. Тогда я уже долгое время работал в Спасательном корпусе космофлота, где и познакомился с очаровательной девушкой из медицинской службы Эттой Варшавской. Мы быстро сошлись, и между нами завязались серьёзные отношения. Работа спасателем была как раз на мой вкус, как говорится «из огня да в полымя». Ситуации, с которыми мы сталкивались, случались разные, постоянно приходилось искать нестандартные решения, и каждый случай учил нас новому и давал бесценный опыт. Я координировал поиск и участвовал в работах по спасению и эвакуации людей, а Этта оказывала медицинскую помощь пострадавшим на месте. Кстати, там же работал психологом и Сергей Зарубин. У нас с Эттой были большие планы на совместное будущее, но, как я уже говорил, ситуации, когда люди попадали в беду, редко повторялись. И произошла та самая, которая изменила меня и мою дальнейшую жизнь.

 

Произошло это на Ириде, третьей планете звезды ТС81, которая оказалась непригодна для полноценной колонизации. Хотя, благодаря устойчивому магнитному полю и относительно небольшому слою атмосферы, работать на ней было можно. Правда, без компрессионного костюма и резервного дыхательного аппарата делать там нечего. Людей она заинтересовала богатыми залежами иридиевых руд, отсюда пошло и название планеты. Начались промышленные разработки их месторождений. Но, как обычно и бывает, беда подкралась незаметно. С теми, кто долгое время там работал, стало происходить что-то необъяснимое. Люди начинали вести себя неадекватно, выводили из строя оборудование, становились агрессивными и почти всегда заканчивали свою жизнь самоубийством. И таких случаев становилось всё больше и больше, их число росло в геометрической прогрессии. После подробного изучения ситуации стало ясно, что работа и вибрация подземных механизмов вызывали так называемый «стон земли». Иными словами, однородная порода планеты начинала источать звуковые волны низкой частоты, которые не сразу воспринимались слухом, но разрушительно действовали на разум, сознание и психику людей. 

 

Было принято решение о замене рабочих на планете на дистанционно управляемую технику и переводе обслуживающего персонала на орбиту. Эту эвакуацию как раз и предстояло выполнить нашему Спасательному корпусу. Работа у нас сразу не заладилась. Многие из работавших на рудниках Ириды, которых мы должны были эвакуировать, бросались на нас с оружием и отказывались подчиняться. Но, благодаря работе Зарубина и парализаторам, почти всех удалось перевезти на орбитальные станции.

 

Остальные же, около пятидесяти человек, скрылись на территории одной из баз со штольнями. Их тоже надо было найти и переправить на орбиту. Тут-то всё и случилось. Мы локализовали беглецов и вступили в переговоры, но, как Зарубин ни старался, всё оказалось напрасно. Ответом на его слова были лишь выстрелы и отказ просто с нами поговорить! Оставался один выход – отвлечь их бдительность и пустить усыпляющий газ.

 

В течение часа, пока мы ожидали доставку газа, и всё ещё пытались договориться с неадекватными людьми, Выяснилось, что среди них есть тяжелораненые, многие из которых находились уже в критическом состоянии. Тогда Этта сказала, что пойдёт внутрь и будет оказывать нуждающимся помощь, иначе те погибнут. Как мы только её не отговаривали, угрожали списанием из корпуса, но она была непоколебима! Все, кроме неё, понимали, что такой поступок обернётся верной гибелью, она даже не дойдёт до этих людей живой. Они же её и застрелят. Понимая, что спорить бесполезно, я, не церемонясь, схватил её и, пытаясь удержать, потянулся за парализатором, но Этта, как кошка, вывернулась из моих объятий и выхватила из моей кобуры оружие. Отпрыгнув на пару метров в сторону, она посмотрела мне в глаза и сказала: «Я не смогу больше жить, зная, что не сумела им помочь! Прости, Алекс, я тебя люблю, но не могу иначе!» После этих слов она поднесла ствол к виску и нажала на спуск...

 

Когда я отошёл от парализаторов, мне рассказали, что после того выстрела я пытался убить спасённых нами же людей, но меня вовремя остановили, точнее, нейтрализовали. После недолгих разбирательств нас временно отстранили от работы. Меня из-за нервного срыва, Зарубина из-за того, что он, как психолог, не смог предотвратить случившееся, и нас отправили на переаттестацию. Спустя некоторое время мы ушли из Спасательного корпуса и начали работать уже в контрольных экспедициях. Но после того случая я стал другим человеком, и, как говорят старые знакомые, сильно изменился.  

 

Воспоминания прервал сигнал в дверь каюты. Интересно, кто вместо того, чтобы вызвать меня по интеркому, решил нанести мне визит?  Пока я гадал, кому я понадобился, просигналили ещё раз, уже настойчивее. Теряясь в догадках, я открыл дверь и растерялся. На пороге стояла Мила, и она была вне себя от злости.

- Почему?! – спросила она, как ураган влетев на мою территорию.

- Что почему?! – удивлённо спросил я в ответ.

- Согласно уставу космофлота в критических ситуациях десантная группа должна составлять не менее тридцати процентов от состава команды. Там всё чётко и ясно прописано! В нашем случае это три человека! Ты — это понятно! Ты  - руководитель экспедиции, – я сразу отметил, как она бесцеремонно перешла на «ты».

Всё-таки тот поцелуй у её каюты, похоже, и в самом деле был ошибкой. Она так же, не церемонясь, продолжала:

- Зарубин — он врач и психолог, но какого чёрта с вами летит командир нашего корабля?! Что происходит, Алекс? Туда должна лететь я, как экзобиолог, а не Берзин!

 

Всё-таки Зарубин оказался прав, когда говорил о ней в каюте Берзина. Она была особенно хороша сейчас: один в один разгневанная дикая кошка, которая готова расцарапать мне лицо! И нужно было срочно спасать его, как в прямом, так и в переносном смысле слова!

 

- Во-первых, Мила, соблюдайте субординацию, - попытался я охладить её пыл. – Во-вторых, в данный момент это уже не контрольная, а спасательная экспедиция, и у нас с Зарубиным есть необходимый для этого опыт. Берзин летит в качестве пилота посадочного модуля — он отлично пилотирует. Вы же не хотите, чтобы с нами там случилось что-нибудь плохое, или вы не согласны со мной?

Глядя на Милу, а вернее на то, что с ней происходит, я понял, что Зарубин и Берзин оказались правы относительно неё. Прелестное создание рыдало на моем плече, заливая его слезами! И это могло продолжаться очень долго, если бы не прозвучал сигнал вызова из интеркома. Пришло время заняться делом. Я мягко отстранил Милу и, нежно взяв её голову в свои руки, попытался успокоить:

- Не плачь. Все будет хорошо, поверь мне. Мы скоро вернёмся и тогда поговорим, обещаю тебе.

- Я, я... – она попыталась ещё что-то сказать, но время поджимало, я взял всё необходимое и вышел из каюты.

 

                                        Глава 4

 

Планета XL17е встретила нас не ласково. Сильные порывы воздушных масс пытались перевернуть посадочный модуль, бросали его из стороны в сторону, но безуспешно — им управлял Николай, а не кто-то другой. В родной стихии он был как рыба в воде и умело справлялся. Снизившись, мы приблизились к головной базе косморазведчиков. Стали видны крупные модули, сведённые в единое жилое и рабочее пространство, и посадочная площадка со стоящей на ней техникой.

 

Выбрав место для посадки, Николай пошёл на снижение. Как только модуль сел, мы вновь попытались связаться с базой, но безуспешно. В эфире слышался только шум помех. В наши души закралось нехорошее предчувствие. Единственное, что нас обрадовало: с «Конунга» сообщили: крейсер «Коалиция» уже вышел на орбиту планеты. Мы решили, что Николай останется в посадочном модуле и будет в резерве на случай, если нам понадобится помощь. Он обеспечит связь с кораблями и при необходимости скоординирует высадку вспомогательного десанта.

 

Облачившись в «экзоты»* и договорившись о частотах связи, мы открыли входной шлюз, вышли наружу и опьянели от свежести и чистоты воздуха нетронутой человеком планеты. Пришлось какое-то время к нему привыкать. И это было не удивительно. Одно дело — искусственный микроклимат на космическом корабле, где он постоянно регенерируется, и совсем другое — вдыхать воздух не испорченной атмосферы нового мира. Наконец-то мы пришли в себя — настало время заняться делом, связь с Николаем была устойчивой, постоянной и без помех, в этом плане бояться нам было нечего.

 

Подойдя к комплексу сооружений базы, мы попытались войти через центральный вход, но система безопасности не ответила на наш запрос. Универсальный исходный код не принимался, пришлось всё делать по старинке. Через какое-то время мы взломали коды защиты и открыли проход. Как только тяжёлые пластины входных ворот с мягким звуком раздвинулись, нашему взору предстало печальное зрелище: тела пяти разведчиков — двух мужчин и трёх женщин с оружием и в полной экипировке. Судя по снаряжению, они собирались выйти наружу к аэромодулям. Скорее всего, введённый ими код, до этого кем-то изменённый, искусственный интеллект комплекса не принял и, согласно директиве безопасности, выпустил газ на основе цианида, который и убил этих людей.

 

Осмотрев тела, Сергей сказал, что они мертвы уже около пяти часов. Оставалось только надеяться, что другие косморазведчики ещё живы, хотя, глядя на погибших, я уже начал в этом сомневаться. Возник резонный вопрос: «Почему они решили покинуть базу, ведь это отлично укреплённый и хорошо обеспеченный пункт, где можно долго держать оборону?». Как только мы вошли в коммуникационный центр, сомнений не оставалось — здесь произошло что-то нехорошее. Почти вся аппаратура была намеренно кем-то разбита. Несмотря на это, нам удалось скопировать с уцелевшего блока памяти основную часть данных и отправить её Николаю, чтобы тот, в свою очередь, передал эту её на «Конунг».

 

Изрядно потрудившись, мы смогли частично восстановить энергоснабжение и перезапустить систему жизнеобеспечения базы. Согласно её данным и вживлённым в тела людей датчикам биомониторинга, выяснилось, что шестьсот два сотрудника базы живы и находятся на втором подземном уровне. Они укрылись в ремонтном зале для геологических зондов-«кротов». Индивидуальные датчики каждого показывали, что все они в стабильном физическом состоянии, за исключением сорока шести работников комплекса, имеющих повреждения различной степени тяжести.

 

Можно было попытаться связаться с ними, но мы ещё не знали, что здесь произошло, и решили, что не стоит выдавать своего присутствия внутри комплекса раньше времени. По сути, нам осталось добраться до разведчиков и вывести их на посадочную площадку, где эвакуационные и медицинские модули с «Коалиции», координируемые Берзиным, уже должны заходить на посадку. Но сначала нужно дойти до этих людей через все помещения базы, а без связи с ними придётся работать «вслепую».

- Нервничаешь? – спросил Сергей, проверяя свою автоматическую винтовку Теслы, стреляющую мощным импульсом электромагнитного излучения.

- А как ты думаешь? Не боятся только дураки и мёртвые, а я не хочу быть ни с теми, ни с другими, - ответил я, думая о том, что же всё-таки тут произошло.

 

На людей с «Коалиции» и экипаж «Конунга» рассчитывать не приходилось, их готовили к другим ситуациям, а у наших «птенцов» ещё не хватало опыта для работы в такой сложной обстановке. Надежда оставалась только на товарищей, имевших опыт. Связываться с Центром и согласовывать что-либо времени уже не было, решение нужно принимать здесь и сейчас. И я лаконично ответил на немой вопрос Сергея:

– Разберёмся с разведчиками, а там видно будет.

 

Пройдя два отсека комплекса, мы отметили, что здесь активно применялось оружие, но кем и для чего – осталось загадкой. Когда мы подошли к лифту на нижние уровни, я услышал до боли знакомый голос, который всё ещё помнил и никогда не забуду:

- Здравствуй, Алекс.

 

Обернувшись, я вздрогнул и замер, меня как будто ударило током — передо мной стояла она! Да! Это была она! Этта Варшавская, та самая, которую я когда-то любил, застрелившаяся у меня на глазах на Ириде. Её униформа, причёска и макияж были такими же, как и в тот роковой момент. Только сейчас она смотрела на меня странным безжизненным взглядом. 

 

- Здравствуй и ты, Сергей. Я знаю, зачем вы здесь,  – ещё раз прозвучал родной для меня голос.

Она была живой, я даже чувствовал запах её духов! На левой ладони всё ещё виднелась так и не зажившая царапина. Она осталась, после того, как Этта случайно поцарапала руку перед той злополучной высадкой на Ириду. Та, которая стояла перед нами сейчас, была моей Эттой, и в то же время в ней было что-то чужое! Нечеловечески холодный, без единой живой искорки, взгляд пронизывал меня насквозь, и правая рука инстинктивно потянулась к кобуре с оружием. Заметив это, она слегка наклонила голову и сказала:

- Не стоит этого делать, другие пытались, теперь они мертвы. Не повторяйте их ошибок. Оружие вам не поможет. Я та, кто будет с вами говорить.

- Кто ты?! – спросил я дрожащим от волнения голосом, не сводя с неё глаз. Пытаясь прийти к какому-то решению, я отошёл на пару шагов назад.

Этта внимательно изучала нас взглядом и молчала.

- Алекс, это не она, – Сергей попытался вывести меня из оцепенения и легонько толкнул моё плечо стволом винтовки.

Я знал, что это не она, но хотелось верить в другое.

- А кого вы хотели здесь увидеть? Я взяла этот образ из вашего сознания, он близок тебе, Алекс, и тебе, Сергей. Вам будет проще говорить с той, которую вы когда-то знали и любили, –  продолжала неведомая «гостья» всё тем же мягким и до боли знакомым голосом.

Мне казалось, что я сплю и вижу всё это во сне. Но потом мне словно дали грубую пощёчину, чтобы я проснулся, а она продолжала говорить:

- Я не раз пыталась до вас «достучаться», но вы меня не слышали. Я могу уничтожить всех: тех, кто прячется на нижнем уровне, и кто придёт вслед за вами. Решайте! Всё зависит от вас. Уберите оружие. Я не желаю вам зла, но могу убить каждого, в том числе и вас, не верите?

 

В её руках появился импульсный пистолет, точно такой же, как и тот, из которого Этта застрелилась на Ириде.

- Алекс, это не она! Очнись! – крикнул Сергей и резко толкнул меня в сторону, но было поздно.

Заряд, выпущенный в меня пролетел в нескольких сантиметрах от моей головы. Я остался цел, а сущность, принявшая облик Этты, все ещё стояла перед нами. Через какое-то время я вышел из ступора.

- Мы тоже не хотим тебе зла, нам нужно забрать наших людей, – сказал я и снова посмотрел в её глаза.

Когда Этта смотрела на меня, я чувствовал, что она читает моё сознание, как открытую книгу. Осознав это, я смог лишь вымолвить:

- Мы тебя слушаем.

- Я знаю все ваши мысли, страхи и намерения, но они мне не понятны. Многие из них я не могу принять, – она посмотрела на Сергея, взявшего свою винтовку на изготовку. В глазах Этты сверкнул злой огонёк, и она продолжила всё тем же холодным голосом:

- Даже не думайте об этом! Вы пришли в мой дом со своими правилами и законами и не хотите слышать меня? Что же, это ваш выбор!

- Сергей, убери оружие, оно здесь не поможет, не стреляй! – прошептал я с удивлением.

Я почувствовал то, что нельзя объяснить обычными словами. Одновременно мной овладел естественный страх от осознания того, что сейчас происходило и восторг. Человечество долгое время искало в космосе иной разум, с которым можно было бы войти в контакт. Мы знали, что он где-то существует, и, похоже, мы его нашли! Глядя на Этту, я снова попытался привести мысли в порядок и спросил:

- Что с нашими людьми?

На какое-то время она задумалась и смотрела на нас всё теми же холодными глазами.

- Ваши люди будут живы, всё зависит только от вас, - тихим голосом ответила Этта и, внезапно встрепенувшись, кинула на Сергея, взявшего её на прицел, недобрый взгляд: -  Не стоит этого делать.

 

Я не успел что-либо предпринять, было уже поздно! Возможно, Сергей случайно нажал на спуск винтовки. Этта с быстротой молнии увернулась от заряда, и тот пролетел мимо. Сверкнув глазами, она так же бесстрастно вымолвила:

- Я говорила, не стоит этого делать! Я буду ждать тебя, Алекс! Ты знаешь, где меня найти, приходи один. С другими я говорить не стану. Уводи своих людей, пока я ещё могу сдерживаться.

Этта не ушла, как привидение из древних книг, она просто растворилась в воздухе. Однако витавший вокруг аромат её духов был так же реален, как и то, что творилось с Сергеем. Его резко подкинуло вверх, несколько раз перевернуло и бросило о стену с такой силой, что оружие вылетело из его рук.

 

Подбежав к Сергею, я потянулся в подсумок за медикаментами. И не зря! После того, как я ввёл ему обезболивающие, он пришёл в себя, и, скривившись от боли, поставил себе диагноз: вывих ноги, перелом левой руки и нескольких рёбер.

- Зачем ты стрелял в неё?! Это же был контакт! Как ты? – спросил я Сергея, поднимая его на ноги. Ему становилось лучше, и он ответил:

- Терпимо, жить буду. Алекс, это была не она! Ты же и сам это понимаешь, Да, это был контакт! Но этот разум, действуя на человеческое сознание, убил разведчиков в квадрате М11 и теперь тут, на базе, он также пытается воздействовать и на нас, - ответил Сергей. Он посмотрел мне в глаза и добавил, усмехаясь и кривясь от боли одновременно:

- А духи она так и не поменяла. Делай что хочешь, но одного я тебя здесь не оставлю!

- Толку-то от тебя сейчас, от раненного? Ты же сам, как врач, понимаешь, что тебе срочно нужна помощь. - ответил я и попытался вызвать Николая, надеясь, что связь не подведёт: - База вызывает модуль, Николай, это Паркс, ответь?

Мои надежды оправдались.

- Слышу тебя, что у вас? Эвакуационные модули с «Коалиции» уже сели рядом со мной. С тобой жаждет поговорить одна особа, все частоты забивает, требует тебя и всё тут! Не знаю, что у неё за дело к тебе, но поговори с ней или я за себя не отвечаю! – ответил он и переключил меня на другую волну.

 

- Алекс? Ты меня слышишь? Я проанализировала данные косморазведчиков и те, что получила с наших зондов. В них есть определённая последовательность, - голос Милы на секунду осёкся, словно она боялась того, что хотела сказать, но потом, не скрывая волнения, продолжила: - Это покажется удивительным, но такая последовательность свойственна поведению единого разумного организма, которым, скорее всего, является вся биосфера планеты! Как бы странно сейчас не прозвучали мои слова, но это похоже на проявление ещё не известного нам разума. Все данные говорят, что сама XL17е, возможно, и есть это разумное существо. За всю историю освоения космоса такого ещё ни разу не было! Как у вас дела?! Алекс, я должна тебе сказать то, что не успела перед вашей высадкой!

- Ещё успеешь, Мила, всё будет хорошо. Мы уже вышли на разведчиков. Скоро выведем их на поверхность и будем у вас, не волнуйся, - попытался я успокоить её, хотя у самого мысли путались всё сильнее и сильнее.

К чему, к чему, а к этому я не был готов. Меня волновало то, что мы вступили во взаимодействие с не известным нам разумом. Приняв образ Этты Варшавской, он мог запросто убить нас, но почему-то этого не сделал, хотя перед этим убил разведчиков в квадрате М11 и тут, на базе.

 

Поневоле я стал одним из участников полноценного контакта, первого за всю историю полётов людей в космос, и свидетелем эпохального события в истории человечества! Но, сейчас, в первую очередь, нужно вывести Сергея и оставшихся в живых людей к эвакуационным модулям с «Коалиции». И это было важнее, чем свершившийся контакт.

 

Переключив частоту, я снова связался с Николаем:

- У нас был контакт первого уровня. Не знаю, как это объяснить, но мы с Сергеем только что столкнулись с активным проявлением и действием иного разума. Мы локализовали косморазведчиков, нужна срочная медицинская помощь. Я в порядке, Сергей тяжело ранен. Мы идём к главному входу, пошли туда медиков. Сейчас я выведу Зарубина, потом будем выводить и остальных.

- Встретим вас у головных ворот. Паркс, ты же понимаешь, что такое контакт первого уровня, если это и в самом деле был он. Выводи Сергея, ждём вас, – ответил Николай.

Я, всё ещё находясь под впечатлением от встречи с Эттой, на какое-то мгновение забыл о раненом Сергее. Тот стоял, прислонившись спиной к стене и, тяжело дыша, уже начал бледнеть.

- Со мною всё нормально, только сломанные рёбра дышать не дают. Обезболивающее больше не ставь – сердце может не выдержать. Похоже, сегодня я тебе не помощник, это я уже понял. Алекс, не верь тому, что видишь, и запаху её духов тоже не верь, - сказал он, облокотившись на моё плечо.

Я тихонько повёл Сергея в сторону выхода.

- Ответь на один вопрос, зачем ты в неё стрелял? – спросил я, подумав о том, что всё-таки какая замечательная вещь «экзот».

Если бы не он, то нёс бы я сейчас на своем плече мёртвого, а не тихо ругающегося от боли Сергея.

- Это была не она, это была иллюзия, Алекс, - стиснув зубы от боли, ответил он.

- Эта иллюзия, как ты говоришь, могла убить и тебя, и меня, но не убила. Я верю тому, что мы с тобой только что видели. Не важно, кто или что это было. Знаю, что могу попасть под трибунал, но она обещала сохранить жизнь нашим людям. Всё-таки такой результат лучше, чем его не было бы вообще. Мы с тобой когда-то были спасателями, остаёмся ими и сейчас. Держись, Сергей, вот уже и выход, - и мы, наконец-то, вышли к головным воротам центрального входа на базу.

 

 

* «Экзот» – костюм-экзоскелет, предназначенный для работы в экстремальных условиях, увеличивающий силу мышц в несколько раз и защищающий тело гибкой, но прочной бронёй.

 

                                         Глава 5

 

Как только они распахнулись, несколько молчаливых людей из медицинской службы десанта сразу же приняли у меня Зарубина, уложили его в переносной медицинский модуль и унесли в сторону посадочной площадки. Ко мне подошли сумрачный Берзин и незнакомый офицер в форме со знаками отличия службы безопасности.

 

- Алекс, ты же понимаешь, что я обязан был доложить о твоём контакте, - сказал  Берзин тихим голосом, затем кивнул на стоявшего рядом офицера с «Коалиции» и добавил: - С тобой хотят поговорить. Прости, но я не мог иначе. Насчёт ваших данных не беспокойся, я передал их на «Конунг», больше сделать ничего не могу, прости.

Стоявший рядом офицер представился:

- Капитан Михаэль Рамос, служба внутренней безопасности. Сэр, я обязан вас арестовать: вы грубо нарушили устав космофлота – вступили в контакт первого уровня, не имея на то разрешения. Будьте благоразумны, сдайте ваше оружие, – сказал он и протянул за ним руку.

 

Сняв с плеча винтовку, я расстегнул на поясе кобуру, достал пистолет и, передавая всё это Рамосу, спросил:

- Вы так легко можете арестовать руководителя контрольной экспедиции? Оружие я бы и так сдал, против того, с чем мы столкнулись оно бесполезно. Я подчинюсь, но с одним условием: после того, как выведу с базы всех разведчиков.

- Могу, Паркс, вы же всё понимаете, – ответил он, принимая моё снаряжение.

Рамос передал его коллегам с «Коалиции» и спросил:

-  Уверенны, что эти люди ещё живы?

- Да, у нас мало времени. Мы локализовали их на втором подземном уровне в ремонтном зале для зондов-«кротов». Среди них есть тяжелораненые. Я понимаю, у вас свои инструкции, предлагаю сэкономить время, выслушайте меня. Предлагаю пройти вместе со мной и вывести с базы выживших разведчиков. Я от вас никуда не денусь, только вам тоже придётся оставить своё оружие здесь, на поверхности.

- Это ещё почему? – спросил он, и его рука потянулась к кобуре.

Я догадывался, что творилось в голове у Рамоса. Он чувствовал, что я прав, но с другой стороны, не мог отойти от должностных инструкций. Был только один выход — попытаться его убедить:

- Вы сами сказали, что я вступил в контакт первого уровня. Без меня люди, которые укрываются на подземном ярусе, будут обречены. То, с чем я вошёл во взаимодействие, наблюдает за нами и, поверьте, может убить любого из нас. Даю слово, как только мы выведем всех косморазведчиков, я подчинюсь, только уберите оружие. И те, кто пойдёт с нами, тоже должны сдать своё.

- Вы, Паркс, отдаёте отчёт своим словам, понимаете, чем это вам грозит? Если что-то пойдут не так, кто за это будет отвечать? – спросил Рамос, но всё-таки отстегнул кобуру и передал её подошедшим медикам. Задумавшись на какое-то мгновение, он посмотрел мне в глаза и ещё раз спросил:

– Хорошо подумай, ты готов ответить за своё решение?

- Да, помогите вывести людей, и я ваш, - всё, что я смог сказать.

- Хорошо, но помни – это твоё решение! - ответил Рамос, словно пытаясь снять с себя ответственность.

 

Он отошёл в сторону и долго с кем-то говорил по «спецсвязи». Мне были слышны только его «да», несколько раз «нет и «слушаюсь». Затем, поразмышляв несколько минут, он вернулся:

- Нам дали «зелёный свет». Но знай, у меня особые инструкции насчёт тебя и всех, у кого был контакт, или он мог в него вступить, включая косморазведчиков. Хочу, чтобы ты это знал.

- Спасибо за честность, я всё понимаю. Надеюсь, до этого дело не дойдёт. Нужно около семисот доз лёгких транквилизаторов, и всё оружие должно остаться здесь. Иначе с этой базы никто не выйдет живым.

- Жди здесь, я подберу команду, - Рамос опять испытывающим взглядом посмотрел мне в глаза, угадав мои мысли, он ответил: - Ваш Зарубин в порядке, его уже переправляют на «Конунг». Присядь, как только группа будет готова, выходим. Надеюсь, ты уверен в том, что делаешь, назад пути уже не будет.

- Я это знаю, ещё раз спасибо, - ответил я, присаживаясь на стоявший рядом ящик и понимая, что каждая секунда на счету, но другого выбора у меня не было. Первым делом нужно вывести людей и потом разбираться с остальным. Ожидая Рамоса, я погрузился в свои мысли…

 

Я снова вспомнил Этту, ту, которую когда-то знал и любил, и ту, что мы встретили здесь, на базе. Хотя Зарубин и отметил, что «духи она так и не поменяла», я увидел другое. У той, которую мы встретили, был нечеловеческий холодный взгляд. В её глазах не было тех искорок озорства, которые всегда поднимали настроение мне и окружающим.

 

Вспомнились слова Этты, которую мы встретили здесь, о том, что я знаю, где её найти, и ко мне пришла мысль: «Если я догадаюсь, где находится это место, дадут ли возможность попасть туда?» Ведь я и в самом деле грубо нарушил устав, вступив в контакт первого уровня, не имея на это разрешения. О возможном взаимодействии с иным сознанием столь высокого уровня, я, согласно инструкциям, первым делом обязан был доложить в Центр и не предпринимать никаких действий. Впрочем, оправданием моего поступка служила ситуация, которая сложилась на планете. Ожидая, когда группа Рамоса будет готова, я снова размышлял о том, что здесь произошло. Всё-таки это был первый контакт с неизвестным разумом.

 

Мои мысли прервал Рамос. Вернувшись, он поставил точку в моих сомнениях:

 - Наши люди готовы. Теперь всё зависит от тебя, но помни, я всегда у тебя за спиной.

       - Про это не забудешь. Вы всё оружие сдали?

       - Да, остальное тебя уже не касается. Ты должен проинструктировать тех, кто пойдёт с нами. Сделай это так, чтобы они вернулись живыми, - ответил Рамос и указал на собранную им группу десантников.

Передо мною чуть ли не по стойке «смирно» стояли подтянутые юноши и девушки лет двадцати. Все они были в «экзотах» и, как я и просил, без оружия. Окинув их взглядом, я отвёл Рамоса в сторону и, едва сдерживая злость, тихо  спросил:

- Прости, но, похоже, что ты не понимаешь, что там происходит. Куда мы с этими детьми?

- Эти «дети», как ты выразился, ещё дадут фору хвалёной косморазведке. Думаю, сейчас не время, чтобы спорить кто из нас прав. Решай сам, но других людей у меня нет. Не забывай, я уже и так превысил свои полномочия. Ты, Паркс, был там внутри, вот и проинструктируй их, - холодно и резко ответил Рамос.

 

Как только он это произнёс, мне сразу же вспомнилась Этта, настоящая, живая. Она как-то сказала: «Самое тяжёлое в нашей работе – когда приходится выбирать кто ты: человек или машина.» И я выбрал: выполнить свою работу и как спасателя, после ухода из Спасательного корпуса я всё ещё им оставался, и как руководителя контрольной экспедиции XL17e.

 

Я проверил снаряжение собранной группы, проинструктировал и предупредил каждого из десантников, чтобы они ни в коем случае не поднимали и не использовали оружие разведчиков, а действовали только парализаторами. В моём понимании они были ещё детьми: в десант набирали людей по другим критериям. В возрасте двадцати-двадцати двух лет они служили там, где нужна сила и ловкость, а не трудились в косморазведке, где для полноценной работы требовалось нечто большее. Однако, как сказал Рамос, других людей у него не было,  придётся работать с теми, кто есть.

 

Связавшись напрямую с «Конунгом» и Карленом, я в обязательном порядке и в официальной форме внёс свой отчёт в базу данных нашей экспедиции. В ответ Карлен порадовал тем, что с Зарубиным всё будет хорошо. В тот момент его уже оперировали. Сломанные рёбра и рука срастутся, серьёзных внутренних повреждений нет, и это самое главное!

 

                                       Глава 6

 

С группой, собранной Рамосом, мы вновь зашли на базу. Поставив электромагнитные метки, нам удалось пройти дальше, чем в прошлый раз, когда Этта или что-то в её облике не пустило нас с Зарубиным. Мы спустились на первый подземный уровень. Связь работала без помех, и волноваться вроде бы было не о чем, но всё внутри меня кричало: «Что-то тут не так!» И я не ошибся. Когда мы подошли к энергоблоку второго уровня, и я начал копаться с цифровым кодом, моего плеча коснулась рука Рамоса.

- Паркс, оглянись! – крикнул он дрожащим от волнения голосом.

                                                 

Я оглянулся и увидел десантников, прижавшихся к стене. Хотя вернее сказать — что-то вжало их в стену. В их глазах застыл ужас! Рамос стоял рядом и был явно растерян — где-то мы просчитались! Теперь эта ошибка могла стоить жизни не только нам, но и тем, за которыми мы спускались.

 

- Доставай транквилизаторы и вводи каждому! Быстрее! Теперь ты видишь, что здесь происходит?! – крикнул я и вернулся к энергоблоку системы защиты второго подземного уровня, цифровые коды которой я уже почти вскрыл.

Когда я снова оглянулся, то увидел Рамоса, он вводил десантникам транквилизаторы и Этту с её нечеловеческим взглядом. Она стояла невдалеке от нас и пристально смотрела мне в глаза, и в сознании прозвучали её слова:

- Я предупреждала! Что ещё сделать, чтобы вы меня услышали?! Я могу убить вас, но я этого не хочу.

- Это другие люди, мы идём на помощь тем, кто сделал ошибку. Позволь исправить её. Поверь нам, прошу!

- Я пытаюсь, но вы опять пытаетесь меня обмануть. У одного из вас есть оружие, и ты об этом даже не догадываешься. Как я могу говорить с тобой о том, чего ты не знаешь?! Они не доверяют тебе. Почему? Я не могу понять, неужели вы настолько не верите друг другу? Я рассчитывала на взаимное доверие, но не вижу его.

Этта повела головой в сторону. Не отрывая от неё взгляда, я крикнул Рамосу:

- У кого-то из вас есть оружие! Нас не пропустят дальше!

- У меня приписное, я не могу его так просто взять и бросить здесь.

- Разряди его, иначе дальше мы не пройдём, - попросил я и кинул на него испытывающий взгляд.

Он достал из-за пазухи пистолет, вынул обойму с зарядами и кинул её в сторону.

 

Как только он это сделал, я повернулся к Этте, но её уже не было. Что-то неведомое освободило десантников, и они, сползая со стен на пол, потихоньку начали приходить в себя. Через несколько минут все стали подтягиваться к нам с Рамосом. Когда они пришли в нормальное состояние, я отозвал того в сторону и спросил:

- Я же говорил, что оружие с собой брать нельзя. Почему ты меня не послушал? Из-за тебя могли погибнуть все мы и те, за кем идём. Ты хоть понимаешь, в какой мы сейчас ситуации?

Я немного замешкался и хотел продолжить, но Рамос резко меня перебил:

- Позволь теперь и мне кое-что сказать. У меня особые инструкции насчёт тебя и косморазведчиков. Но я только что своими глазами видел, с чем мы имеем дело. Это была она? Та самая Этта, которую вы встретили здесь? Не удивляйся, меня уже успели ознакомить с твоим отчётом в общих чертах. Так кто или что это было: девушка из твоего прошлого или что-то другое? – спросил он, имея на это полное право.

Рамос представлял службу внутренней  безопасности, и такие вопросы были частью его работы.

- Это и есть тот самый контакт первого уровня, за который ты меня арестовал. Если ты о том, что сейчас видел, с этим я ещё и сам не разобрался, но знаю точно – это другое сознание, абсолютно иной разум, который сам идёт нам навстречу, - ответил я, понимая, что ситуация на XL17e сложилась непростая.

Она была сложнее, чем та, что описана в инструкциях космофлота по контакту первого уровня.

- Хорошо, с этим позже разберёмся, ты проход на второй уровень открыл? Если да, то пошли дальше, - примирительно сказал Рамос и отошёл к подъёмнику, где нас ожидали уже пришедшие в себя десантники.

 

Вход я, конечно, уже разблокировал. Мы без труда открыли и запустили очередной лифт. Постепенно наша группа спустилась на этаж ниже и собралась у входа в ремонтный отсек. По данным индивидуальных датчиков биомониторинга, которые мы непрерывно отслеживали, разведчики находились на расстоянии шага от нас. Однако огромная дверь в отсек, где укрылись выжившие сотрудники базы, оказалась также заблокирована. По следам на её краях было заметно, что она, очевидно, была заварена с той стороны. Рамос подозвал двух девушек из своей команды, и они лазерными резаками начали вырезать проход. Наблюдая за их слаженной работой, я стоял в стороне и надеялся, что живых и адекватных людей в ремонтном зале будет больше, чем я ожидаю. Поводов для такого беспокойства было много. Во-первых, изменённый код на воротах комплекса, из-за которого погибли пятеро разведчиков, на чьи тела мы с Зарубиным наткнулись у входа на базу, во-вторых, намеренное уничтожение аппаратуры связи в коммуникационном центре, в-третьих, следы применения оружия внутри отсеков, да и эта запаянная изнутри дверь. Всё это не сулило ничего хорошего.

 

Пока я смотрел, как прорезают проход, кто-то дотронулся до моего плеча, и я обернулся. Передо мной стоял молодой человек, один из тех десантников, которых двадцать минут назад неизвестная сила вжимала в стену вместе с остальными.

- Спасибо вам, - тихо произнёс он, стараясь не смотреть мне в глаза.

- За что?

- За то, что вы делаете, - ответил он, всё так же отводя взгляд в сторону.

- А что я делаю?

- Это уже моя пятая высадка, я видел многое, но такого я не ждал... Когда мы подошли к этому месту, мои руки и ноги перестали подчиняться моему разуму, и я увидел… свою мать! Она умерла шесть лет назад по стандартному времени. Тогда я был в космосе, слишком далеко от неё, и не смог проводить её в последний путь! А сейчас она говорила со мной! Не знаю, как это объяснить, но она была жива — это не было галлюцинацией, психически я здоров. У нас с этим строго, вы мне верите? – парня трясло так, что пришлось взять его за плечи.

Пытаясь успокоить его, я вспомнил слова Этты, ту, которую мы встретили здесь с Зарубиным. Тогда она сказала: «Ваш разум открыт для меня, я вижу все ваши мысли, страхи и намерения…»

 

Кажется, потихоньку я начал понимать, что здесь происходит. Читая сознание людей как открытую книгу, то, с чем мы тут столкнулись, могло использовать против нас наши же мысли и страхи. Слова молодого десантника доказывали, что мои догадки верны, и разум, с которым люди встретилисьь на XL17e, превосходит человеческий на несколько порядков. Он абсолютно другого уровня, об этом говорило то, как он воздействовал на нас. Как сказала Мила во время последнего сеанса связи, возможно, сама планета и является этим разумным существом.

 

- Верю, успокойся и никому об этом ничего не говори. Как тебя зовут? – спросил я и внимательно посмотрел на парня.

Его до сих пор трясло, да так, что я подумал, не вкатить ли ему ещё одну дозу транквилизатора.

- Лейтенант Андрей Богданов, медслужба десанта. Я понимаю, вы старше меня по возрасту и по званию, но я по-человечески прошу у вас совета. Я только что  видел свою мать! Это была она, и она говорила со мной! Живая и во плоти! Вы мне верите?! - спросил он с недоверием.

 

Я не знал, что ему ответить, но надо было как-то успокоить парня. Постепенно мои мысли пришли в порядок. Всё-таки я оказался прав, на этой планете происходит полноценный контакт первого уровня между людьми и неизвестным разумом!

 

Наконец-то в моей голове созрел план дальнейших действий, но нужна чья-то помощь, и я, воспользовавшись моментом, обратился к Богданову:

- Андрей, успокойся, ты здоров. С тобой всё в порядке, но никому ничего не рассказывай. Сейчас необходимо спасти людей, это самое главное. Можно тебя попросить об одной вещи?

- О какой?

- Я тоже видел здесь нечто подобное. Возможно, ситуация сложится так, что понадобится твоя помощь. Я могу на тебя рассчитывать? - спросил я.

Появилась надежда, что на какое-то время всё-таки удастся уйти от контроля со стороны Рамоса.

- Конечно, - ответил Богданов с уверенностью, которая укрепила меня в моем решении.

Нашу беседу прервал Рамос. Как всегда, он тихо подошёл сзади. Оставалось надеяться, что он не слышал нашего разговора.

 

                                      Глава 7

 

- Мы вскрыли двери в ремонтный отсек. Паркс, ты входишь первым. Ты работал в Спасательном корпусе, думаю, ты знаешь, как нужно действовать, - по его интонации я так и не понял, то ли он попросил, то ли приказал.

Так или иначе, выбирать не приходилось. Я вошёл в отсек. Он оказался внушителен по размерам: около десяти метров в высоту и пятидесяти в длину и ширину. Как только я сделал несколько шагов, послышался твёрдый уверенный голос:

- Девяносто два! Брось оружие!

- Восемь! - крикнул я в ответ. - Я не вооружён!

Он состоял из разницы: сто минус девяносто два. Это был стандартный пароль, принятый при экстренных ситуациях на космофлоте. Им определялись и оценивались адекватность и состояние человека, его способность разумно мыслить и действовать. Спрашивающий мог называть любую цифру от одного до ста, а отвечающий должен был вычесть её из ста и быстро дать правильный ответ. За всю историю освоения космоса эта схема ещё ни разу не подвела. Хотелось надеяться, что это произойдёт и сейчас.

- Стой так, чтобы я тебя видел, - из-за контейнеров, удерживая меня на прицеле, показался человек в форме лейтенанта косморазведки, он приблизился и спросил: - Кто вы?

- Алекс Паркс, руководитель контрольной экспедиции XL17е, со мной люди с крейсера «Коалиция». Мы не вооружены, уберите оружие, - ответил я, надеясь, что его рука не дрогнет, и он не нажмёт на спусковой крючок. - Я пройду десять метров в вашу сторону и положу на пол свою идентификационную карточку, не стреляйте.

 

Когда я прошёл вперёд, то заметил, что не только этот лейтенант держал меня на прицеле, из укрытий в мою сторону смотрели стволы винтовок ещё трёх разведчиков. Стараясь не делать резких движений, я медленно достал удостоверение и положил его на пол. Потом тихо отошёл назад, надеясь, что никто из пришедших со мной не совершит ошибки, которая будет стоить нам жизни. Так же осторожно, как и я, офицер подошёл туда, где лежала моя карточка, поднял её, изучил мои данные и спросил:

- Кто с вами?

- Десантники и медики с крейсера «Коалиция». Я знаю — среди вас есть тяжелораненые. Мы здесь, чтобы помочь, - ответил я, благоразумно умолчав, что с нами капитан службы внутренней безопасности космофлота.

 

Вглядевшись в глубину отсека, я увидел ещё пятерых разведчиков, которые тоже целились в меня. Становилось не по себе от ощущения, что если сейчас я скажу что-то не то или сделаю не так — это будут последние мгновения моей жизни. Я мягко перешёл в наступление:

- Попросите ваших людей убрать оружие, и прошу вас, успокойтесь. Назовите свое имя и ваш порядковый номер. Я знаю — у вас произошёл контакт, о котором вы были обязаны доложить, но не сделали этого. Нам нужен ваш старший офицер — майор Руд Кёртнин.

- Антон Игнатьев, лейтенант Экспедиционного корпуса косморазведки, личный номер сто тридцать три, - представился он. - Майор Кёртнин скончался пять часов назад от внутренних повреждений. Мы не успели оказать ему помощь, в это время нас атаковали уже внутри базы. В момент нападения Кёртнин выходил с кем-то на связь из коммуникационного центра, скорее всего с вами. Кроме него погибло ещё двадцать два человека. Они тоже были тяжело ранены, и мы также не успели им помочь. Нам удалось собрать выживших, и мы укрылись в этом помещении. Попросите ваших товарищей первыми убрать оружие. Мои люди очень устали, все на взводе. Как бы не вышло беды. 

 

По взгляду Игнатьева было заметно, что он и, очевидно, остальные разведчики уже на пределе своих сил.

- Вы меня слышите, Антон? Ещё раз повторяю: мы не вооружены. Я руководитель контрольной экспедиции XL17е, согласно уставу космофлота, теперь вы и ваши люди переходите под наше руководство. Мы готовы оказать помощь раненым здесь и сейчас. Принято реше... Читать следующую страницу »

Страница: 1 2 3


8 октября 2016

Кто рекомендует произведение

Автор иконка Серж да Таран5



14 лайки
1 рекомендуют

Понравилось произведение? Расскажи друзьям!

Последние отзывы и рецензии на
«Этта»

Иконка автора АлессандроАлессандро пишет рецензию 4 января 6:30
И пятой части не прочел - заскучал. Жаль, но такие длинные рассказы и даже повести - не мое. Я любитель экшна.
Андрей Штин отвечает 6 января 10:42

Вы правы. Эта повесть не экшн, она о том, как важно оставаться человеком с большой буквы даже далёком космосе. Она больше носит философский характер.
Андрей Штин отвечает 6 января 10:46

Если Вам интересно, могу порекомендовать у себя более короткие произведения, рассказы-фантастику "Шабута" и "Сообшение с Европы".

С уважением, Андрей.
Алессандро отвечает 6 января 11:22

не премину посмотреть
Перейти к рецензии (4)Написать свой отзыв к рецензии

Просмотр всех рецензий и отзывов (5) | Добавить свою рецензию

Добавить закладку | Просмотр закладок | Добавить на полку

Вернуться назад








© 2014-2019 Сайт, где можно почитать прозу 18+
Правила пользования сайтом :: Договор с сайтом
Рейтинг@Mail.ru Частный вебмастерЧастный вебмастер