Следующий!

Утро выдалось погожим. А здесь и не выдавались другие утра, дни или вечера – земной рай, да и только. И в остальном здесь тоже все было устроено крайне удачно, учтены все пожелания, как явные, так и тайные, и ничего не стоило – ну, или почти ничего, по меркам здешних жителей, - получить еще что-то в придачу.

Водитель в униформе предупредительно распахнул дверцу, Иван сел в обшитый белой кожей салон лимузина, дверь с тяжким «ффампфф» закрылась. Водитель молодцевато оббежал длинную машину, лимузин бесшумно тронулся, и за стеклами потекли зеркальные витрины, величественные фасады и парки, фонтаны, дворцы и снова парки.

Зазвонил телефон, Иван ответил и узнал голос управляющего. «Будет ли вам угодно узнать состояние дел?», - осведомился управляющий с интонацией, которая давала понять, что любой ответ – «да», «нет» или «отбой» - безмерно его осчастливит.

- Угодно, - ответил Иван, и тут же услышал привычные сводки об успехах, победах и достижениях. Да, здесь не случалось неприятностей, поражений или хотя бы неожиданностей – кроме, разумеется, приятных. Иван положил трубку и откинулся на широком сидении. Он смотрел в окно и улыбался, едва заметно, только кончиками губ. Здесь все так улыбались.

Иван подписал Контракт и обосновался на Острове около года назад. Остров этот представлял собой чудо во всех отношениях. Созданный посреди тропического моря усилиями лучших инженеров, Остров усилиями лучших юристов превратился в де-факто независимое государство. Здесь все – климат, природа, рельеф, культура, экономика – было искусственным, спроектированным и сооруженным международной корпорацией «Остров, Инк» - однако ничто природное, естественное и натуральное не могло состязаться с островными достижениями.

Лишь очень немногие земляне, избранные, прошедшие сложный и требовательный отбор и тщательную проверку, могли поселиться на Острове. Счастливчикам предлагали подписать Контракт, по которому Корпорация взваливала на себя бесчисленные обязательства по обеспечению «эксклюзивных условий проживания» на Острове, включая состояние экономики, правопорядка, погоды и окружающей среды, а на нового островитянина возлагалась только одна обязанность: проживать на Острове и вести свои дела только через банки и конторы Острова.

- Да, и еще одна, – веско произнес Представитель Корпорации, поставив указательный палец с квадратным ногтем на переплетенный в кожу фолиант Контракта. – Вы обязаны, - Представитель сделал многозначительную паузу и испытующе посмотрел на Ивана, – быть счастливым! – почти выкрикнул он и рассмеялся сочным рокочущим смехом.

Был в Контракте пункт, который несколько смутил Ивана: в случае самоубийства островитянина все его имущество переходит в собственность Корпорации. Собственно, этим погожим утром Иван заехал в офис Корпорации, чтобы это условие обсудить. Иван вопросительно взглянул на Представителя.

- Потому что это единственная случайность, которую мы не можем предупредить, - пояснил Представитель. – А самоубийство – плохая реклама для нашего Острова, который, мы уверены, скоро вырастет в новый континент. Вот мы и предусмотрели такой пункт: люди даже после смерти расстаются со своей собственностью весьма неохотно.

- А что произойдет в случае банкротства Корпорации? – спросил Иван.

Представитель с широкой улыбкой смотрел на Ивана и молчал. Иван тоже молча улыбался в ответ. Но вот улыбка Представителя начала таять и оплывать, лицо Представителя сжималось, темнело, и через несколько мгновений перед Иваном сидел тощий старик в синем грязном комбинезоне и несвежей клетчатой рубашке. Лицо старика было маленьким и узким, кожа темной и морщинистой, и оттого его лицо казалось еще меньше, чем было на самом деле. А лоб старика был таким широким и массивным, что казалось, будто это и не лоб вовсе, а каска, нависающая над его кустистыми бровями. Этот старикан неприязненно глядел на Ивана. Вдруг старик треснул по стулу жилистым кулачком и завопил, разбрызгивая капли слюны во все стороны:

- Сибирцев, ты меня достал! Какое еще банкротство? Какая еще к чертовой матери корпорация? Иди работай, на седьмом участке опять прорыв! - Старик повизжал так еще некоторое время и обессилено замолчал.

Иван закрыл глаза, сделал глубокий вдох, медленно выдохнул и снова открыл глаза. Перед ним по-прежнему сидел гадкий старикашка. Он пучил свои глазки на Ивана и, похоже, наливался новым зарядом воплей и слюны. «Спокойно, спокойно», произнес про себя Иван, стараясь не потерять самообладания, снова закрыл глаза и трижды повторил дыхательные упражнения.

О том, что упражнения не помогли, Иван узнал еще до того, как раскрыл глаза: старик снова начал вопить, называя Ивана почему-то «Сибирцевым», а также бранно поминая всех его кровных родственников. Когда Иван раскрыл глаза, рядом с ним стояли какие-то мрачные типы в спецовках. Старик сказала им:

- Опять Сибирцев работать не хочет! А ну-ка, отведите его на седьмой участок, да посмотрите, чтобы он там не филонил. И в прозодежду этого урода переоденьте, вырядился, как фраер!

И мрачные типы выволокли упиравшегося Ивана из кабинета. Дверь захлопнулась.

Представитель погладил пухлой рукой переплетенный в кожу фолиант Контракта и довольно улыбнулся.

- Вероятность банкротства Корпорации весьма невысока, - произнес Представитель, пряча Контракт в сейф. – А вот вероятность самоубийства растет каждый день… Но самоубийства технического персонала на репутацию нашего Острова не влияют.

Представитель удобно и прочно устроился в своем кожаном кресле, нажал кнопку на селекторе и произнес в микрофон своим глубоким сочным голосом:

- Следующий!

2013

 Максим Федорченко