Бискупский

БИСКУПСКИЙ

В конце 2012 года бывший губернатор Брянской области, прозаик и публицист Юрий Евгеньевич Лодкин попробовал себя в драматургии издав отдельной книжкой (50 номерных экземпляров) пьесу, повествующую о трагической судьбе знаменитой  русской эстрадной певицы (меццо-сопрано), исполнительницы русских и «цыганских» романсов, артистки оперетты Анастасии Дмитриевны Вяльцевой, родившейся в Трубчевском уезде Орловской губернии. Анастасия Дмитриевна прожила недолгую, но очень насыщенную творческую жизнь, начавшуюся 1(13) марта 1871-го и закончившуюся 4 (17) февраля 1913 года. В многочисленных жизнеописаниях певицы много чего написано, и много чего можно отыскать. Вот и Юрий Евгеньевич внес свою лепту, поведав читателю о трагической судьбе Вяльцевой, о творчестве, о ее любви с будущим мужем Василием Бискупским…, благодаря которому постановка пьесы на театральной сцене, во всяком случае в ближайшее время, представляется весьма проблематичной.

В закономерно развивающемся историческом процессе, тем не менее, проявляются порой случайности и совпадения, которые иначе, как судьбоносными, что там для страны, - для мира, - и не назовешь. Так уж сложилась, но судьбы известной русской певицы, боевого царского генерала, и величайшего преступника всех времен и народов причудливо смешались в причинно-следственной обусловленности своих течений, в очередной раз доказывая существование причудливого переплетения детерминизма – «эффекта бабочки», введёного в 1960-х годах американским метеорологом и математиком Эдвардом Лоренцем, однажды задавшемся вопросом: «Может ли взмах крыла бабочки в Бразилии вызвать торнадо в Техасе?» Оказывается, может. Во всяком случае, последовательная причинно-следственная обусловленность действий в судьбах Вяльцевой, Бискупского и… Гитлера со всей очевидностью это подтверждает.

Но центральной фигурой в нашем повествовании остается, все же, Бискупский, о необычайно удивительной судьбе которого и хочется рассказать.

Почтенный род Бискупских

Фамилия Бискупский ведет свое начало от польского слова «biskup» - «католический епископ». Следовательно, таким образом фамилия отражает социальное положение и деятельность основателя фамилии – епископ - в апостольское время старший наставник отдельной общины последователей Иисуса Христа. В Энциклопедическом словаре Брокгауза и Ефрона упоминается Бискупский Яков — католический священник, автор сочинения "Rachunek summarjusza prawdy katolickiej etc." (1610 год). Сочинение это было запрещено духовной цензурой и вызвало ответ священника Войтеха Слупского.

Есть и другая версия, происхождения - от топонима Гмина Папово-Бискупе — сельская волость в Польше, входит как административная единица в Хелмненский повят, Куявско-Поморского воеводства. Можно предположить, что предок носителя фамилии Бискупский родился или жил в этой волости. Род Бискупских принадлежал к древнему шляхетскому роду.

Известен дед Василия Викторовича Бискупский Ксаверий Андреевич, родившийся  28 ноября 1795 в Слободско-Украинской губернии и умерший в сентябре 1857, в с. Подолянка (Романовка), Богодуховском уезде, Харьковской губернии. Из дворян Харьковской губернии. Помещик. В 1803 году поступил на службу в Польский уланский полк, через два года стал корнетом. Сражался в Аустерлицком сражении 1805 года. Участвовал в Войне четвёртой коалиции союзников против Наполеона.

Отличился как участник сражений Финляндской кампании. В период Отечественной войны 1812 года - в партизанских отрядах А.С. Фигнера и А.Н. Сеславина, действовавших в России в тылу французской армии. Воевал в армии князя Барклая-де-Толли. За годы войны участвовал в около 100 сражениях. Произведен в корнеты в 1807 года, затем - в майоры с 1813 года. В 1817 году вышел в отставку по ранению в чине подполковника. С 1818 по 1826 год К. А. Бискупский служил по гражданской части в Кронштадте, затем три года в Одессе и после этого поселился в своём имении. Слыл за человека весьма образованного по своему времени и оставил обширные мемуары «Письма полковника К.А. Бискупского».

В январе-марте 1818 года женился на Варваре Васильевне Белогрудовой. В семье родились 8 детей: 6 мальчиков и 2 девочки. Младший сын Виктор, родившийся 05.10.1838 действительный тайный советник, в 1896—1899 годах - вице-губернатор Томской губернии и стал отцом будущего генерала Василия Викторовича Бискупского.

Виктор Ксаверьевич (1838—1899 годы), По окончании в 1855 г. Петровского Полтавского корпуса поступил в Константиновский кадетский корпус, откуда в 1859 г. был выпущен корнетом лейб-гвардии в уланский полк его величества. В 1860 г. прикомандирован к Михайловской артиллерийской академии, которую закончил в 1862 г. В 1864 г. командирован в распоряжение учредительного комитета в царстве Польском и назначен членом Варшавской комиссии по крестьянским делам. В 1867 г. за отличие по службе произведен в ротмистры с переименованием в надворные советники и в этом же году избран участковым мировым судьей в Харьковской губернии и председателем съезда мировых судей. В последующие несколько лет служил в такой же должности в Радомском и Петраковском округах, в 1882 г. произведен в действительные статские советники. И в этом же году избран предводителем дворянства Богодуховского уезда Харьковской губернии и состоял где и состоял в должности до 1888 г. В 1890 г. был принят на должность непременного члена Харьковского губернского присутствия и служил в этой должности до направления в Сибирь. В Томске В.К. Бискупский служил почти три года:     с 1 мая 1896 г. по 17 апреля 1899 г. Был назначен членом Совета главнокомандующего гражданской частью на Кавказе с производством в тайные советники и выехал из Томска. Однако на Кавказе ему послужить не пришлось. 25 октября 1899 г. В. К. Бискупский скоропостижно скончался в Харькове от гнойного плеврита и был похоронен на городском кладбище. Супругой Виктора Ксаверьевича была Елена Васильевна Римская-Корсакова (1857-1931) из древнего русского дворянского рода. В семье было три сына и две дочери. Вся семья была православного вероисповедания.

Начало карьеры. Участие в боевых действиях.

Роман и брак с певицей Анастасией Вяльцевой

Василий Викторович Бискупский родился 27 июня 1878 г.

Окончил 2-й Императора Петра Великого Кадетский корпус и Николаевское кавалерийское училище с «занесением имени на мраморную доску» (1897 г.). Лихой и смелый кавалерийский офицер, Бискупский с молодости придерживался правых взглядов. Дослужив до корнета 3-го драгунского Сумского полка, он отправился добровольцем в Южную Африку, где принял участие в англо-бурской войне 1899-1902 на стороне буров.

Возвратившись в Россию служил в лейб-гвардии конном полку. В 1904 добровольно перевелся во 2-й дагестанский полк Гуссейна Хана-Нахичеванского в чине подъесаула, чтобы принять участие в русско-японской войне. в боях был тяжело ранен. Здесь стоит сказать, что от смерти его спасла Анастасия Вяльцева, буквально превратившаяся в сиделку тяжело раненного Бискупского в санитарном вагоне поезда, уносившего его от, казалось бы, неминуемой смерти.

Занимаясь жизнеописанием Василия Бискупского вольно или невольно втягиваешься в судьбу его возлюбленной Анастасии Вяльцевой «Чайки русской эстрады», «Королевы русского шансона» и «Золушки погибшей империи»…, наполненную драматическими событиями, любовью, творческим взлетом и трагическим концом, судьбу, в которой Бискупский сыграл очень важную роль, и которая в свою очередь органично отразилась и на жизни самого Василия Викторовича.

В этой связи нельзя не остановиться на фактах биографии самой певицы, коротко пересказав повествование на основе собранных и подготовленных сотрудниками Российского государственного архива кинофотофонодокументов (РГФД) материалов.

Анастасия Вяльцева родилась в 1871 г. в крестьянской семье, в деревеньке Алтухово Орловской губернии (ныне Брянская область). Мама – Мария Тихоновна – занималась хозяйством и воспитанием троих детей (у Насти было еще два брата – Дмитрий и Ананий). Отец служил лесничим в соседнем имении графа Орловского, но вскоре после рождения Насти погиб, оставив семью без средств к существованию. С детских лет Настеньке приходилось заниматься тяжелым крестьянским трудом: жать хлеб, ухаживать за скотиной, полоть в огороде, стирать в ледяной воде. Многие факты биографии А.Д. Вяльцевой остались окутанными тайной. Живет легенда, что Анастасия и ее брат Ананий были незаконнорожденными детьми кого-то из лиц, приближенных к графам Орловским. Никаких доказательств этого нет, но известна бесконечная жалость артистки к незаконнорожденным детям. Ежегодно Анастасия Дмитриевна давала концерты в пользу харьковского Ольгинского приюта и петербургского общества «Ясли».

В поисках лучшей доли мама Мария Тихоновна решила перебраться в большой город. Денег не было даже на самый дешевый железнодорожный билет и потому в ближайший крупный город - Киев - они отправились, сколотив с помощью соседей, плот. В Киеве мать устроилась на работу прачкой. Позднее газетчики ерничали: «Как Венера родилась из пены морской – Вяльцева родилась из мыльной пены прачечной!». Через знакомых мать пристроила восьмилетнюю Настю ученицей в портняжную мастерскую, где учили по началу не вышиванию - носилась с помойным ведром и половой тряпкой, да подавала горячие утюги работницам. Затем, сидя за шитьем, девочка часто напевала песенки и вскоре стала любимицей всех мастериц, прозвавших ее «нашей пташечкой». В 11 лет мать устроила дочь подгорничной в гостиницу на Крещатике, где любили останавливаться заезжие знаменитости. Место для девочки неподходящее, но зато там давали хорошие чаевые. Иногда актеры вместо чаевых расплачивались контрамарками, поэтому Настя часто бегала в театр. Каждую свободную минуту она старалась посещать концерты и спектакли, заучивала популярные песни и интересовалась судьбой кумиров. Девочке очень нравилась оперетта, у нее была хорошая музыкальная память и она быстро заучивала наизусть то, что слышала, а потом распевала во время уборки номеров. Вскоре Настя бросила работу в гостинице, нашла антрепренера С.С. Ленчевского и уговорила взять ее в опереточную и балетную труппу. И ее взяли – на роль безмолвного пажа, с жалованьем в 32 рубля в месяц.

В 16 лет она стала хористкой в Киевской опереточной антрепризе       И. Сетова и известного театрального режиссера А.Э. Блюменталь-Тамарина, где проработала 6 лет. В 1890 г. поступила в хор Киевского товарищества опереточных артистов А. Здановича-Борейко. Девять лет проработала статисткой в балетных труппах, выступая в провинциальных театрах, но больших успехов так и не добилась. Петь и танцевать у нее получалось плоховато, и бывали случаи, когда молоденькую певичку закидывали помидорами. Объехав с выступлениями ряд крупных городов, двадцати неполных лет она очутилась в Москве, где поступила на службу в театр «Аквариум». Именно здесь, а не в киевской гостинице, как пишут многие биографы «Несравненной», произошла ее встреча с «русской Жюдик», Серафимой Бельской. Услышав пение Анастасии Вяльцевой, прима посоветовала: «Вам надо учиться пению! Такой талант загубить, грех!». Настя и сама это понимала, но средств на достойную учебу у нее не было. Она решила поехать в Петербург, чтобы попробовать себя на подмостках столичной оперетты. В городе на Неве Анастасия сначала пошла в театр «Аркадия», а осенью – в Малый Петербургский театр, при котором была хорошая опереточная труппа. Взяли ее лишь в хористки. Надежда Вяльцева была красивой девушкой, с крепким и звонким голосом, с красивыми грудными нотами. Но она тогда была обыкновенной провинциальной артисткой – ни вокальной школы, ни школы актерского мастерства, – и сразу поняла, что на столичной сцене она может претендовать только на небольшие роли. Помог случай. В 1893–1897 гг. она выступала в опереточной труппе С.М. Пальма, исполняя незначительные выходные роли. В 1893 г. хозяин театра осуществил постановку оперетты «Цыганские песни в лицах», доверив нашей героине небольшую роль молодой цыганки Кати. Счастью Насти не было предела, ведь ей предстояло выступать на одних подмостках с «королем теноров» Сашей Давыдовым и «королевой оперетты» Раисой Раисовой, которые исполняли популярные романсы и модные городские песни. Цыганские романсы, из пригородных ресторанов вдруг стали необыкновенно популярными. Роль Кати была маленькой, но в конце последнего акта А.Д. Вяльцевой доверили легкое сольное исполнение. Роль, по началу, не давалась. Строгий А. Давыдов сковывал ее. Она пела робко, вызывая негодование наставника. После очередной перепалки, рассердившись, Анастасия запела, да так, что в восторг пришли все присутствовавшие на репетиции. Во время представления, пение стройной, привлекательной барышни с очаровательной улыбкой, которую потом назовут «вяльцевской», вызвало бурю аплодисментов. Этот вечер стал началом её карьеры. Потом судьбоносный романс «Захочу – полюблю» станет постоянным украшением её концертного репертуара. Об Анастасии Вяльцевой заговорили в свете. Это был успех! А.Д. Вяльцева поняла, что ее путь в жизни – это сольная исполнительская карьера. У нее были и красота, и молодость, и прекрасные голосовые данные – все задатки для того, чтобы стать эстрадной дивой. Но для триумфа нужны были деньги и люди, которые занимались бы ее продвижением. Поворотным моментом стала встреча с богатым модным адвокатом, меломаном и светским львом Николаем Иосифовичем Холевой. В его музыкальном салоне уже выступали знаменитые певцы. Он пришел на спектакль, чтобы посмотреть на молоденькую хористку. Увидел Анастасию – и влюбился! Ему было тогда за 40, ей - 22 года. Но она уже твердо знала, чего хочет от жизни. Анастасия стала, как тогда говорили, его воспитанницей, а по существу любовницей-содержанкой.  Она занялась своим самообразованием, на деньги мецената стала брать уроки пения у лучших педагогов по вокалу, в том числе у председателя Петербургского вокального общества профессора С.М. Сонки. Позднее она училась пению у других преподавателей и даже ездила учиться в Италию. Уже через год-полтора А.Д. Вяльцева стала появляться в музыкальных салонах и на эстрадных вечерах как исполнительница романсов. Вместе с Холевой они были всего 7 лет - вплоть до его неожиданной кончины в 1899 г. В 1897 г. артистка покинула Петербург, и, по приглашению известного антрепренера Якова Васильевича Щукина, перешла в московский театр «Новый Эрмитаж». Сотрудничество с        Я.В. Щукиным продолжалось к обоюдному удовольствию вплоть до 1909 г.

Каждый приезд А.Д. Вяльцевой в «Эрмитаж» можно было бы сравнить лишь с шествием венецианского дожа во Дворец… От ворот сада до своей артистической уборной она шла по дорожке, усыпанной живыми благоухающими розами. А.Д. Вяльцева очень любила цветы, и директор театра, оказывая дань уважения артистке, проявлял немало выдумки, чтобы придать встрече торжественный и праздничный вид. Артистическая уборная, обтянутая шелковой тканью, к приезду певицы была сплошь от пола до потолка украшена цветами и огромными пальмами. На полу, покрытом пушистым ковром, лежали гиацинты, фиалки и белые лилии. В 1902 г. Анастасия Дмитриевна отправилась в первую сольную гастрольную поездку– Орел, Курск, Киев, Харьков, Баку, Тифлис, Ростов-на-Дону… И хотя газетчики предрекали ей провал, первые же её гастроли по России вылилась в настоящий триумф. Покорив провинцию, она вернулась в Петербург уже звездой. Когда в 1901 г. миллионеры братья Елисеевы строили на Невском проспекте свой новый магазин (ныне Театр комедии), они просили архитектора предусмотреть в нем зал для концертов            А.Д. Вяльцевой.

Первые четыре года она ездила в гастрольные поездки: по сорок концертов ежегодно. Потом она гастролировала уже два раза в год – весной и осенью. За десять лет певица проехала с концертами всю Россию, вплоть до Владивостока. Путешествовала она в своем собственном железнодорожном вагоне с внутренней отделкой из карельской березы в стиле «ампир», построенном в Бельгии и отделанном по вкусу самой певицы. На концертах она пела много, не жалея себя. В Петербурге и Москве звонкая меццо-сопрано, она давала 2–3 концерта в год в Дворянском собрании, с прибылью до 20 тысяч рублей за вечер – сумма, невиданная даже для мировых знаменитостей. Остальное время пела в в операх «Буфф», чередуя сольные концерты с участием в опереттах, где по требованию публики тоже исполняла романсы. Именно они принесли ей звание – «Несравненной».

В 1904 г. в России начался граммофонный бум. Анастасия Дмитриевна стала королевой русского граммофона. Певица сделала около 100 записей на грампластинках, вся страна слушала ее романсы и песни. На ее концертах всегда был аншлаг, хотя билеты стоили в три раза выше обычной цены. Исполнительница романсов стала самой богатой певицей России. Такие гонорары, как она, получал только великий бас Федор Шаляпин… Во время ее выступления и в фойе, и в зале всегда находились полицейские чины, так как А.Д. Вяльцева на своих концертах доводила слушателей буквально до исступления.

После окончания концерта, когда певица уходила за кулисы, в зале начиналось что-то невообразимое, полицейские наводили порядок… И тогда она выпархивала на сцену и начинала петь на бис. За что ее так любили и называли «певицей радостей жизни»? Да потому, что она не пела те романсы, в которых были слезы, страдания, разочарования, смерть, в отличие от Варвары Паниной. Она пела о Любви и Жажде жизни! Певицу часто спрашивали: «В чем секрет ее успеха?» Она отвечала: «Все очень просто! Я пою то, что всем понятно». Враги и завистники говорили, что А.Д. Вяльцева на эстраде – капризная, кокетливая, жеманная, экзальтированная, игривая красотка, призывающая к свободной любви и заигрывающая с мужской половиной зала. Но когда певица выходила на сцену, весь зал был у ее ног!

Любопытно, что Анастасия Вяльцева, которой удалось вывести романс и цыганскую песню из ресторанов на большую эстраду, всегда мечтала петь в опере. Несколько раз она участвовала в оперных представлениях, в том числе и в Мариинском театре. Она спела Кармен («Кармен» Ж. Бизе), Амнерис («Аида» Дж. Верди), Далилу («Cамсон и Далила» К. Сен-Санса), пела в операх «Миньон» А. Тома и «Пиковой даме» П.И. Чайковского. Но оперной певицей она все же не стала.

В канун русско-японской войны на одном из концертов для высочайших особ судьба свела певицу с ротмистром Василием Викторовичем Бискупским. Статный, рослый красавец-офицер, сын вице-губернатора Томска, не смотря на разницу в социальном положении, серьезно увлекся Анастасией Дмитриевной. И она ответила ему взаимностью. В 1904 г. Василий Викторович принял участие в русско-японской войне. Когда с фронта пришло известие о тяжелом ранении возлюбленного, певица, не задумываясь, разорвала многотысячный контракт и отправилась на Дальний Восток. Выхаживая своего любимого, Анастасия Вяльцева стала рядовой «сестрой милосердия» во фронтовом госпитале и наравне со всеми врачевала солдат. Конечно, ее инкогнито вскоре раскрыли и упросили дать благотворительный концерт, который прошел с ошеломляющим успехом. Через пять лет, в 1910 г., все светское общество обсуждало потрясающее событие: певица Анастасия Вяльцева вышла замуж за Василия Бискупского, который был моложе ее на семь лет. Их брак был заключен тайно, дворянин В.В. Бискупский, обвенчавшись с «простолюдинкой-певичкой», вынужден был уйти в отставку в 1912 г. в чине полковника. По одной из версий он женился с личного разрешения Николая II, так как офицерам браки с актрисами были запрещены. Венчание, происходившее в Москве, было очень скромным, а потом они поселились в столице. Здесь они были счастливы. Злословили, что из-за разницы в возрасте с мужем, Анастасия Дмитриевна стала указывать годом рождения не 1871, а 1873. Что поделать, артистка! С того момента и практически до самой смерти певицы Василий Викторович Бискупский выполнял при ней роль распорядителя и устроителя концертов.

Певица по-прежнему много концертировала. Ее концерты нередко затягивались за полночь - Анастасии Дмитриевне приходилось петь на «бис» по 30 раз! Были случаи, когда публика отказывалась ее отпускать, тогда она, фактически, пела свой сольный концерт дважды за один вечер. Ей часто говорили: «Что Вы делаете? Вы себя убиваете! Не пойте так много, поберегите себя... Ведь публика – тиран ненасытный, безжалостный! Публика – зверь, однажды она вас разорвет…». Она отвечала: «Не имею права. Я слуга моей публики. Они пришли меня послушать, они заплатили деньги – я буду петь столько, сколько они попросят». После концерта публика ждала ее у выхода: на руках несли до кареты, отнимали перчатки, на кусочки разрывали шарф, накинутый на плечи – на память... Если же А.Д. Вяльцева выступала в провинции, то публика после концерта шла на вокзал, где на путях стоял тот самый ее личный вагон-салон, в котором она разъезжала с концертами по стране. Кстати, такой вагон в России был еще только у императрицы! Там был даже музыкальный салон, в котором стояло фортепиано, и можно было репетировать прямо во время поездки. После революции это «чудо инженерной» и дизайнерской мысли не обошли своим вниманием ни «белые» ни «красные». Сперва хозяином вагона стал адмирал А.В. Колчак, а потом – красный командир В.К. Блюхер. Случалось, примадонне боялись предоставлять залы, опасаясь ее «погромной славы». Например, в Москве, ее концерты не раз заканчивались беспорядками. Перед началом представления к залам, где должна была выступать А.Д. Вяльцева, стягивалась полиция, которая дежурила в фойе и в зале. После концерта студенты с галерки бросались по лестницам вслед за певицей, а если их не допускали к кумиру, начинали крушить мебель. Дошло до того, что владельцы залов стали брать с организаторов ее концертов залог за мебель. Никакой программы вечеров певица, как правило, не готовила и исполняла все те песни своего репертуара, о которых просила публика.

Существует версия, что основой миллионного состояния Вяльцевой стали все-таки не бесконечные гастроли (приносящие до 100 тысяч рублей годового дохода), а неожиданный сюрприз поклонника. Якобы во время концерта он подал ей на сцену роскошный веер, к которому были прикреплены дарственные на три доходных дома. Управлять «подарком» певица поручила родному брату Ананию. Состояние Примадонны современники оценивали в 2–2,5 миллиона рублей. Невероятная по тем временам сумма! Но некоторые исследователи жизни и творчества А.Д. Вяльцевой утверждают, что разговоры о миллионном состоянии певицы сильно преувеличены, даже работая на износ невозможно заработать такие деньги. К тому же, ее муж Василий Викторович, как и многие представители знати, оказался заядлым картежником и кутилой. Даже баснословных гонораров Анастасии Дмитриевны, бывало, не хватало на покрытие долгов супруга. Однажды в пьяном кураже Василий Бискупский со своим закадычным приятелем Павлом Скоропадским (тем самым, который впоследствии ненадолго стал украинским гетманом) разогнали похоронную процессию святого Иоанна Кронштадского...

Помимо творчества, Анастасия Дмитриевна активно занималась благотворительностью. Как настоящую патриотку, ее волновало все, что касалось России. Узнав, что Царское правительство отказало в помощи лейтенанту Г.Я. Седову, организовавшему экспедицию к Северному полюсу, А.Д. Вяльцева вместе с Ф.И. Шаляпиным и Л.В. Собиновым дали ряд благотворительных концертов в пользу экспедиции и этим положили начало всероссийскому сбору пожертвований для этой цели. Не забывала она и о родных местах. В Алтухово, где родилась певица, она на свои средства оборудовала приют для рожениц. В Виленской губернии на ее средства были восстановлены две сгоревшие деревни. Во многих городах ею устраивались крупные концерты в пользу голодающего студенчества. В Петербургском университете несколько одаренных студентов учились на средства певицы. 7 июля 1907 г. Всероссийское братское общество, оказывающее помощь при всех несчастных случаях, избрало Анастасию Дмитриевну своим почетным членом, и она активно участвовала в его работе, жертвуя средства для пострадавших. Сожалела она лишь о том, что Бог не дал ей детей, и всю свою нерастраченную ласку отдавала сиротам и обездоленным. Во время очередной поездки по стране А.Д. Вяльцева подобрала на обочине дороги малолетнюю нищенку и сделала ее приемной дочерью. К несчастью, долго девочка не прожила. На одном из концертов «Несравненной» поднесли несколько корзин с цветами, которые она увезла с собой домой, не подозревая, что в самой большой из них спал двухмесячный младенец, усыпленный маковым отваром. Через некоторое время корзина запищала. На плач ребенка сбежались все домочадцы. С удивлением среди цветов они обнаружили младенца, а в пеленках записку со словами: «Женя Ковшаров». Отдать ребенка в приют Анастасия Дмитриевна не пожелала. До самой смерти примадонны мальчик жил в ее доме. По завещанию ему отошло 40 тысяч рублей, которыми он так и не воспользовался, покончив вскоре после смерти А.Д. Вяльцевой, жизнь самоубийством.

Внимательной певица была и к прислуге. Некоторое время в ее доме служила молодая горничная по имени Анна. Анастасия Дмитриевна привязалась к скромной девушке и занялась ее образованием. Обладавшая природной музыкальностью Анна с жадным интересом слушала домашние репетиции хозяйки, и Анастасия Дмитриевна решила устроить свою горничную в хористки. Но строгий муж не позволил супруге «идти в артистки» и забрал ее из «барского дома». При расставании А.Д. Вяльцева сделала «Аннушке» подарок, символ достатка того времени – граммофон – и свои пластинки. Однако, какой поворот истории! Анна стала матерью знаменитого советского композитора Василия Павловича Соловьева-Седого, создателя песни «Подмосковные вечера» и десятков других, любимых народом песен! Театральный сезон 1912 г. не предвещал ничего необычного для примадонны. Лишь в сентябре, находясь в Крыму, певица почувствовала недомогание. Медики поставили диагноз – воспаление легких. Не выздоровев до конца, она отправилась в поездку. Отработала концерты в семи городах. На концерте в Курске Анастасия Дмитриевна потеряла сознание прямо на сцене. Несмотря на просьбы родных отменить гастроли, А.Д. Вяльцева отправилась в очередное турне. Она отработала еще с десяток концертов, но в Воронеже вообще не смогла выйти на сцену и, наконец, поняла, что больше петь не может. Только тогда певица вернулась в Петербург. В декабре она перестала выступать. Врачи поставили диагноз «острый лейкоз, рак крови». А.Д. Вяльцева была богатой женщиной. Ей срочно выписали из Швейцарии профессора Эндерлена. Врачи решились даже на новомодную процедуру тех лет: прямое переливание крови. Для этого вызвали доктора Плеша из Германии, донором выступил муж певицы – полковник Василий Бискупский. Но после переливания ей стало еще хуже. Тогда врачи не знали, что существуют разные группы крови…(то ли было уже поздно). После неудачной процедуры, которая чуть не завершилось смертельным исходом и для В. Бискупского, врачи отступились от больной. Когда возможности официальной медицины были исчерпаны, поседевший от горя Василий Викторович был готов на все, лишь бы хоть как-то отсрочить неизбежное. Приглашали модного тогда тибетского целителя Бадмаева, лечившего самого Григория Распутина. Но все было тщетно…

Интерес к судьбе певицы стал в те дни всенародным. Ходило много разговоров и слухов. В газетах не только Петербурга, но и других городов России стали печатать бюллетени о состоянии здоровья А.Д. Вяльцевой. Но, к сожалению, спасти ее жизнь не удалось. 18 февраля 1913 г. в Петербурге Анастасия Дмитриевна Вяльцева скончалась – в возрасте 42 лет, в расцвете творческих сил, в зените славы и популярности. Прощался с певицей весь город. Похороны сопровождались едва ли не большим ажиотажем, чем концерты примы. Петербург не знал ничего подобного ни до, ни после! В день похорон, по словам очевидцев, толпа, следовавшая за прахом покойной, с каждым шагом нарастала и скоро представляла собою сплошную лавину на протяжении от Морской улицы до Литейного проспекта. Последний выход примадонны на публику удался на славу – около 160 тысяч человек шли за гробом, покрытым белыми цветами! У гроба, сменяя друг друга, дежурили Матильда Кшесинская, Анна Павлова, артисты цыганского хора Шишкина, труппа Малого театра, столичная знать… Отпевание проходило в Лаврской церкви Святого Духа. Вся Россия оплакивала «Несравненную», «Королеву русского романса». Бискупский на похоронах так и не появился, то ли в связи с переживаниями, связанными с утратой любимой, то ли виня себя за неудачную процедуру переливания крови.

Так вышло, что Анастасии Вяльцевой не пришлось сниматься в кино. Но ее имя однажды все-таки появилось на афише синематографа – «Не пропустите премьеру сезона! Только в «Колизее» демонстрация документальной картины «Похороны Вяльцевой»!..».

Через несколько дней после смерти певицы стали известны подробности ее завещания - открыть в Петербурге больницу, туда же направить и средства, оставшиеся после продажи ее недвижимости с аукциона. Она дала городу четыре года на то, чтобы было принято решение: либо организовать больницу ее имени для рожениц, либо приют для внебрачных детей. В случае если город откажется от подобной благотворительной акции, А.Д. Вяльцева распорядилась продать дома и направить деньги в Санкт-Петербургский университет для учреждения стипендий крестьянским детям. Населению Петербурга прима оставила без малого 600 тысяч рублей, которые так и не поступили в кассу опеки. Дума согласилась принять дар певицы, но бумаги долго двигались по разным инстанциям, а потом началась Октябрьская революция 1917 г., и вместо больницы там открылся политический клуб для рабочих «Новая жизнь». В 1914 г. родственники певицы заказали скульптору Серафиму Николаевичу Судьбинину (учившемуся у самого О. Родена) мраморное надгробие. Через некоторое время стало известно, что памятник готов, но, так как он был изготовлен в Париже, он мог быть привезен в Россию только после окончания войны. Впоследствии след памятника затерялся во Франции, где С.Н. Судьбинин оказался в эмиграции.

Все стены квартиры Бискупского были увешаны портретами «любимой Настюши». На Никольском кладбище Александро-Невской лавры завершились работы по реставрации могильной часовни А.Д. Вяльцевой.

Деньги на реставрацию выделил губернатор Брянской области, все тот же Ю.Е. Лодкин. В Петербурге, где блистала талантом знаменитая певица, не нашлось ни одного благодетеля…

Сохранились написанные на немецком языке «Воспоминания» русской поэтессы Веры Иосифовны (Осиповны) Лурье (1901 – 1998 годы), жившей с 1921 года и до самой смерти в Берлине. В одной из глав поэтесса рассказывает: «…После окончания войны, которую русская армия позорно проиграла, мой отец пригласил несколько офицеров на завтрак с шампанским. Среди них был молодой и очень красивый гвардейский офицер Василий Викторович Бискупский, которым я ещё в возрасте пяти лет была увлечена. Он выглядел очень импозантно, был образован и умён, что в те времена среди гвардейских офицеров не всегда было правилом. Обычно они интересовались лошадьми и женщинами. Этими темами они ограничивались и в разговорах, так было принято. Некоторые из них проигрывались в карты так, что не оставляли семье ни кола, ни двора. Мое восхищение этим красивым офицером дошло до того, что я назвала мою куклу Иван Бискупский...

В свои студенческие годы мой отец жил в Киеве в одной квартире со своим старшим братом Ильёй. В шляпном ателье неподалёку работала хорошенькая молодая девушка, у которой был очень красивый голос. Её звали Анастасия Вяльцева. Дядя Илюша, который был большим поклонником красивых женщин, стал её первым возлюбленным.

Много лет спустя, мои родители только что поженились, тётя Маня, двоюродная сестра моей матери, которая брала уроки у известного учителя пения Сонкина, рассказала об одной молодой женщине с прекрасным голосом, которую она там встретила. Её провожал после занятий некий Стабеус, элегантный гвардейский офицер. Это женщина была Вяльцева, она пела русские романсы и цыганские песни в сопровождении фортепьяно и была в Петербурге знаменитостью. Одна из её песен называлась «Гей, да тройка!». Влюблённая пара едет на тройке, они целуются, и светит луна. А на обратном пути всё было уже совсем по-другому, не так как вначале. «Гей, да тройка!» – пела она, словно погоняя лошадей. Между тем офицер тот умер от сухотки спинного мозга (нейросифилис – С.Б.), и его место возле Вяльцевой занял Бискупский. Он жил на широкую ногу, как многие офицеры он тоже играл в карты и делал долги. Вяльцева должна была много работать, чтобы оплачивать такой образ жизни. В Петербурге поговаривали, что украшения, которые она надевала во время концертов, были фальшивые. Настоящие она, якобы заложила. Моя мать бывала у неё тогда часто, и она тоже приходила к нам иногда к вечернему чаю. Поскольку Вяльцева происходила из простого народа, то не могла появляться в салонах для гвардейских офицеров. Бискупский  вынужден был оставить гвардию, чтобы иметь возможность на ней жениться, и стал офицером регулярной армии. Когда Анастасии Вяльцевой было лет 40, она заболела лейкемией. Было всё предпринято, чтобы её спасти. Был приглашён специалист по этим заболеваниям профессор Эрлих из Германии, который делал ей переливание крови. Первым донором была младшая дочь Кирхнера, владельца большой бумажной фабрики в Петербурге. Но ничто не могло ей больше помочь. Мой отец, который знал её ещё с юности, часто садился у её постели и утешал. «Лурьеша», – так она называла моего отца, – не утешайте меня. Я знаю, что должна умереть». Она заранее всё расписала и отдала распоряжение относительно того, что после её смерти надо было сделать. Должен прийти парикмахер и сделать ей определённую прическу. Она выбрала платье, в котором хотела лежать в гробу. В день похорон Вяльцевой все улицы и балконы домов были полны народа, так популярна она была…»

Скончалась Анастасия Вяльцева 4 (17) февраля 1913 года в Петербурге. Согласно завещанию певицы все принадлежавшие ей   дома стали собственностью  Санкт-Петербурга. Рассказывают, что известная певица хотела  после своей смерти открыть в ее домах  больницу или детский приют, а также  учредить «Стипендию Вяльцевой» для тех студентов  университета, кто были  выходцами из крестьян.
В «Воспоминаниях»  Веры Лурье читаем далее: «…Несколько месяцев после её смерти (Анастасии Вяльцевой) Бискупский по приглашению моего отца жил у нас. Он страдал в то время плевритом и носил в квартире чаще всего красный халат в белый горошек. Наша квартира состояла из двух отдельных частей, которые были соединены коридором. Если надо было перейти из одной части в другую, нужно было перешагнуть через ступеньку. Бискупский жил во второй половине, и поскольку имелись две кухни, можно было для него отдельно готовить. К нему приходили друзья, и иногда мы не видели его целый день…»

В 1905 г. с личного разрешения Государя Николая II Бискупский вступил в тайный брак с Вяльцевой, который длительное приходилось скрывать, так как браки офицеров с «певичками» в условиях сословной организации российского общества считались предосудительными и грозили отставкой с военной службы.

4 февраля 1913 года после смерти жены Бискупский вышел в отставку в чине полковника (по другим данным, в апрель 1911 - уволен от службы в отставку с производством в чин полковника и с зачислением в конное ополчение (по Петербургской губернии), после чего непродолжительное время занимался коммерцией и организцией несколько акционерных обществ. Он купил земли на Дальнем Востоке России и острове Сахалин и начал производить разведочное бурение в поисках нефти. В некоторых статьях эти его поиски нефти на Дальнем Востоке расцениваются как «неудачные». Правда, по мнению других биографов, не столь, уж, и неудачными, к чему мы еще вернемся в дальнейшем повествовании.

В этом же году по Высочайшему повелению Бискупский был восстановлен на службе и зачислен старшим штаб-офицером в                     16-й Иркутский Гусарский полк, в составе которого с началом I Мировой войны выступил на фронт. В декабре 1914 г. назначен командиром 1-го лейб-драгунского Московского полка, в июне 1916 г. произведен в генерал-майоры. Был неоднократно ранен, имел несколько боевых наград. В январе 1917 г. назначен командиром 1-й бригады 3-й Кавалерийской дивизии, а в марте - командиром 3-й Кавалерийской дивизии.

Супруга генерала П. К. Ренненкампфа Вера Николаевна Эдлер фон Ренненкампф вспоминала: «Помню в Ковно одного раненого, вернее, разбившегося офицера. Это был полковник, впоследствии - генерал Бискупский. Оказалось, что он пострадал, исполняя поручение П. К. Ренненкампфа. Бискупский должен был во что бы то ни стало отвезти одно донесение. Дорога проходила через повреждённый мост — в середине его зиял большой пролёт. Бискупский, как я слышала, отличался находчивостью, удалью, храбростью и был отчаянным человеком. Он всегда шёл на риск и надеялся на своё шальное счастье. Бискупский разогнал автомобиль и благополучно проскочил эту дыру на скорости. Удача окрылила его: исполнив поручение и уже ничего не боясь, он повторил свой опыт, но на этот раз очень неудачно. Автомобиль проскочил дыру и повис, зацепившись за мост передними колесами, а Бискупский выпал из него, разбился и чудом остался жив. Его подобрали, и он с забинтованной головой лежал в госпитале».

За время службы в царской армии Бискупский был неоднократно награжден орденами, Аннинским и Георгиевским оружием:

- Св. Анны 4-й ст. (1905);

- Св. Станислава 3-й ст. с мечами и бантом (1905);

- Св. Анны 3-й ст. с мечами и бантом (1905)В. Бискупского;

- Св. Станислава 2-й ст. с мечами (1905);

- Св. Анны 2-й ст. с мечами (1905);

- Аннинское оружие - шашка (1905);

- Св. Владимира 4-й ст. с мечами и бантом (1905);

- Георгиевское оружие – шашка (ВП 13.10.1914);

- Св. Георгия 4-й ст. (ВП 10.06.1915 или 1916 г.);

- Св. Станислава 1-й ст. с мечами (ВП 27.01.1917).

Революция и Гражданская война

Весьма странной представляется позиция ярого монархиста, сторонника «русского фашизма» (по мнению некоторых биографов)          В.В. Бискупского в контексте воспоминаний барона генерала П.Н. Врангеля, монархиста, поддержавшего идею Учредительного собрания:

«Поставившим на революцию» оказался и бывший мой однополчанин, а в это время начальник 1-й кавалерийской дивизии, генерал Бискупский. Лихой и способный офицер, весьма неглупый и с огромным честолюбием, непреодолимым желанием быть всегда и всюду первым, Бискупский был долгое время в полку коноводом, пользуясь среди товарищей большим влиянием. Он женился на известной исполнительнице романсов Вяльцевой и долго сумел скрывать этот брак, оставаясь в полку. Такое фальшивое положение всё же продолжаться не могло, и за два года до войны Бискупский полковником ушёл в отставку. Он бросился в дела, основывал какие-то акционерные общества по разработке нефти на Дальнем Востоке, вовлёк в это дело ряд бывших товарищей и, в конце концов, жестоко поплатился вместе с ними. Овдовев, он поступил в Иркутский гусарский полк и, быстро двигаясь по службе, в конце войны командовал уже дивизией. В Петербурге он попал делегатом в совет солдатских депутатов от одной из армий. Он постоянно выступал с речами, по уполномочию совета, совместно с несколькими солдатами ездил для переговоров с революционным кронштадтским гарнизоном и мечтал быть выбранным председателем военной секции совета. Как и следовало ожидать, из этого ничего не вышло. Выбранным оказался какой-то фельдшер, и Бискупский вскоре уехал из Петербурга».

А вот какое существенное дополнение вносит исследователь деятельности В.В. Бискупского историк А.В. Серегин (внебрачный сын Фиделя Кастро и поварихи из Завидово):

«Революционная стихия Февраля 1917 г. открыла неожиданные, ранее скрытые, качества В.В. Бискупского. В официальном послужном списке он не стал скрывать своего участия в революционном процессе: «…после революции (февральской) - председатель (выборы) делегации от 6 армии в Петроград» [6, Оп.1 Д.3 Л.87]. Однако многие детали того периода кажутся фантастичными: «…ВВБ никогда не скрывал своих убеждений и после выборов произнес нашумевшую тогда речь, в которой он напоминал своим избирателям, что он помещик, дворянин, гвардейский офицер и царский генерал/…/Это не мешает ему, однако, ставить интересы своей Родины выше своих личных и классовых интересов. Привыкнув всем жертвовать для Ро-дины, вплоть до жизни своей, он, как все честные русские офицеры и дворяне, не может себе представить гибели Родины из-за братоубийства и классовой войны» [6, Оп.1 Д.3 Л.87-87об].

Участие В.В. Бискупского в Гражданской войне на стороне Белого движения описаны «телеграфным» стилем и оставляют ощущение недоговоренности: «…дивизия его оставалась в полном порядке до января 1918 г…была распущена им по домам в Донецком бассейне, т.к. создались совершенно невозможные условия/…/  

С 29 апреля 1918 г. Бискупский - командующий войсками своего старого приятеля гетмана П.П. Скоропадского в чине генерального хорунжего. С 20 июля 1918 г. — Командир 1-й конной дивизии, дислоцированной в районе Одессы. Объявил о сопротивлении отряду атамана Григорьева (более 1500 бойцов), двигавшемуся на Одессу под флагом Украинской директории Петлюры двумя колоннами. При этом Бискупский имел в это время в своем распоряжении несколько десятков гетмановских солдат против одной колонны отряда атамана Григорьева и около 100 — против другой. Колонны отряда атамана Григорьева (полторы тысяч штыков) фактически прошли «ряды» войск Бискупского, даже не заметив их присутствия, и подошли (со стороны Жмеринки и Вознесенска) к Одессе 09.12.1918, предъявив ультиматум о сдаче города. Одесса была сдана почти без боя.

Так сложилась и закончилась боевая деятельность генерала Бискупского в годы Гражданской войны в России.

Эмиграция

В 1919 году Бискупский эмигрировал в Германию. При эвакуации из Одессы ВВБ вместе со штабом генерала Шварца попал в Константинополь, оттуда в скором времени через Сербию и Чехию прибыл в Берлин.

В 1919 г. Бискупский выступил конкурентом генерал-лейтенанта князя П.Р. Бермондт-Авалова за пост руководителя Западной армии, действовавшей в Прибалтике в союзе с немецким кайзеровским генералом фон дер Гольцем и стремившейся возвести на престол «Балтийского гер-цогства» брата бывшего императора Вильгельма II - Генриха Гогенцоллерна. В.В. Бискупский не нашел поддержки кайзеровского военного командования, однако, это не помешало ему объявить себя «председателем Западного правительства в Мюнхене». В этот момент В.В. Бискупский выходит на арену эмиграции и внутренней политики Германии.

С июля по сентябрь 1919 возглавлял прогерманское «Западно-русское правительство», созданное в Берлине, и не признанное Н. Н. Юденичем и    П. М. Аваловым-Бермондом. В эмиграции проживал в Германии (с непродолжительным пребыванием в Константинополе и Белграде. Добивался передачи под его начало добровольческого корпуса, сформированного в Прибалтике немецким генералом Рюдигером фон дер Гольцем, обещая привести этот корпус в Москву. Занимал открыто монархическую позицию, активно поддерживал претензии Великого Князя Кирилла Владимировича на российский престол, был адъютантом Великого Князя. Выполнял функции его представителя в Германии, естественно видя в нём Императора    Кирилла I, участвовал в деятельности легитимистского воинского союза Корпус Императорской Армии и Флота (КИАФ), в церковно-приходской работе. Связей с деятелями «Западно - русского правительства» не прерывал. Находясь в Баварии, поддерживал контакт с баварскими монархистами. Распри и склоки царившие в Белом движении не дали генералу Бискупскому осуществить свою цель, и в сентябре 1919 г. правительство прекратило свое существование. По мнению историка А.В. Серегина отход В.В. Бискупского от политики внутри Германии ознаменовался активизацией работы в российском эмигрантском движении – борьбой с противниками лигитимистского движения – Высшим Монархическим Советом во главе с Н.Е. Марковым и представителем генерала П.Н. Врангеля в Германии генерал-майором А.А. фон Лампе, конфликтом с Союзом Русских Государевых Людей полковника Г.И. Дементьева. Видимо, с этим утверждением трудно согласиться, так как Бискупский всегда старался оставаться на гребне политики, а эмигрантские распри имели совсем другие причины, включая раскол легитимистов, а так же их противоречия с противниками монархии и сторонниками Учредительного собрания. Влияли и личные амбиции и корыстный интерес лидеров оппозиции. В общем клоака была еще та!

С самого начала Бискупский является одним из самых преданных сторонников Императора Кирилла Владимировича.

А между тем барон Врангель в 1924 году создал Русский общевоинский союз (РОВС), объединивший большинство участников Белого движения в эмиграции. В ноябре 1924 года признал верховное руководство РОВСа за великим князем Николаем Николаевичем (в прошлом - Верховным Главнокомандующим Императорской Армией в Первую мировую войну). Возможно этим в значительной степени и объясняется раскол русской эмиграции и неприязнь Врангеля к Бискупскому. Снова сошлюсь на       А.В. Серегина: «Существенную роль в дискредитации В.В. Бискупского сыграл Главнокомандующий Русской Армии (с сентября 1924 г. – председатель РОВС) генерал-лейтенант барон П.Н. Врангель. Будучи связанным с В.В. Бискупским совместной службой в частях Конной гвардии, П.Н. Врангель хорошо знал личные качества своего противника», которой характеризуется Врангелем в своих «Воспоминаниях», как «беспринципный политический конъюнктурщик-авантюрист и даже «финансовый мошенник». А вот еще несколько характеристик Бискупского:

«Бискупский был незаурядным хитрецом и интриганом высокого класса» (американский исследователь У. Лакер);

«Польская шикарность» (В.В. Шульгин);

«Он, несомненно, был самым выдающимся лицом в Мюнхене. Это был энергичный и предприимчивый человек» (Г.К. Граф, начальник канцелярии Его Императорского величества Кирилла Владимировича);

«Надо отдать справедливость, человек он интересный и рассуждает здраво. Нарядный, высокий, довольно интересной наружности, много видел, с многими говорит…Ефимовский прямо тает от Бискупского» (Генерал-майор А.А. фон Лампе, наблюдавший по поручению П.Н. Врангеля за работой Бискупского в Германии);

Г.К. Граф отметил сильное впечатление, произведенное на Викторию Федоровну В.В. Бискупским: «…произвел на нее хорошее впечатление ясностью мысли и напористостью. Идея Бискупского базироваться в своей работе на немецкие круги ей понравилась. Тем более, что у нее в Германии были большие связи».

Свято веря в торжество Государева дела, генерал-лейтенант Бискупский с большой энергией и активностью включается в работу Русского легитимистского движения. Он выполняет поручения Государя в Англии, Венгрии, Австрии и Германии. По мере сил заводит деловые контакты и находит финансовые средства для ведения монархической пропаганды. Именно он, по ряду свидетельств, убедил Блюстителя Престола Великого Князя Кирилла Владимировича, объявить себя в 1924 г. Императором Всероссийским в изгнании и тем самым возглавить «Государево освободительное дело». Понимая, что в политически активной эмиграции единство отсутствовало, a priori, генерал не боялся демагогических обвинение в ее расколе и действовал лишь ради сплочения здоровых сил под знаменами Легитимной Монархии. Все это делает его одним из ближайших помощников Императора Кирилла Владимировича, который производил Василия Викторовича в чин генерала от кавалерии. Генерал Бискупский – частый гость резиденции Императорской Семьи в Кобурге. Он присутствует как на радостных (например, свадьба Великой княжны Киры Кирилловны), так и на скорбных мероприятиях Царской Семьи (таких как, похороны Государыни Виктории Федоровны в 1936 г. и Императора Кирилла Владимировича в 1938 г.).

В этот же период, генерал-лейтенант В. В. Бискупский повторно женится, на дочери генерал-майора Н. Сомова Любови Николаевне, от брака с которой у него рождается трое детей: Виктор (умер в детстве), Василий и Наталья.

Будучи человеком правых взглядов и убежденным монархистом, Василий Викторович, принимает участие в попытке восстановить Монархию в Германии. В 1920 г., во время так называемого «Капповского путча», он является товарищем председателя Русско-немецкого клуба в Баварии и до ноября 1923 г. руководителем русской секции общества «Ауфбау», созданного с целью координации усилий русских и немецких правых. Тесные и дружеские контакты связывают его с немецкими правыми деятелями, такими как: генерал граф Р. фон дер Гольц, генерал                    Э. Людендорф, М. Э. фон Шейбнер-Рихтер, граф А. Гугенберг и многие другие.

13-17 марта 1920 участвовал в неудавшемся путче Каппа-Лютвица. Вот что отмечал глава венгерских монархистов граф Требич:

«Генералу Бискупскому была отведена при подготовке капповского путча особая роль: он должен был заняться организацией отрядов из русских военнопленных, которых предполагалось привлечь к участию в перевороте. Так как, однако, для этого нужны были деньги, то было решено начать печатать русские банкноты. Русские монархисты со своей стороны обязались признать эти банкноты, когда они придут к власти»

Впоследствии именно В.В. Бискупский больше всех преуспел в поисках германских союзников. Уже летом 1920 г. он с графом Требичем через капповца полковника Б. Бауэра вышел на контакт с главой немецких милитаристов генералом Э. Людендорфом. В июле 1920 г. в Будапеште был подписан трехсторонний договор об объединении усилий в деле восстановления монархий в этих странах. При этом В.В. Бискупский проявил недюжинную изворотливость в добывании денежных средств (в основном у регента Венгрии адмирала М. Хорти). Генерал-майор А.А. фон Лампе в секретном отчете о деятельности монархистов в Венгрии с удивлением отме-чал: «Перед венграми, монархистами по существу, в довольно короткий период промелькнули небезызвестные для русской эмиграции имена генералов Комиссарова и Бискупского/…/

Оба генерала взяли известные куши, второй в большем размере, чем первый, и скрылись с Будапештского горизонта»

После поражения путча бежал вместе с Людендорфом и пытался создать "Контрреволюционную армию" из немцев, русских, венгров, итальянцев, которая должна была, по его плану, восстановить монархии в Центральной Европе (в том числе – в России).

Известна смета расходов, представленная В.В. Бискупским венгерскому правительству на развитие деятельности «Военного Центра» (сумма указана в 300 тыс. марок в месяц), при этом указывалось, что общая сумма расходов, затребованная В.В. Бискупским, составляла 10 млн. марок, из которых на «поиск царской семьи» уже получен 1 млн. марок. Была опубликована информация о секретном плане Э. Людендорфа и                 В.В. Бискупского по формированию венгро-румыно-болгарской армии для восстановления монархий в Восточной Европе Публиковался текст поручения на имя Т. Лакатоса от 15 августа 1920 г. на ведение переговоров о возможности совместных действий с главным редактором миланской газеты «Popolo d‘ Italia» Бенито Муссолини и образец фальшивой сторублевой купюры, в выпуске которой обвинялся В.В. Бискупский.

В разгар скандала, связанного с публикациями в «Воле России»,      В.В. Бискупский вступил в контакт с остзейскими немцами из Риги, бывшими членами студенческого братства «Рубония» (М.-Э. фон Шейбнер-Рихтер, А. Розенберг, А. Шикеданц, М. фон Курсель). Результатом стало образования общества «Ауфбау» («Возрождение). Директор с немецкой стороны М.-Э. фон Шейбнер-Рихтер привлек финансы барона Крамер-Клетта, директор с русской стороны В.В. Бискупский - барона Б.Г. Кеппена (В.В. Бискупский был двоюродным братом жены Б.Г. Кеппена) и барона М.А. Таубе. В 1920 г. члены «Рубонии» вступили в Национал-социалистическую рабочую партию Германии (НСДАП) А. Гитлера. Союз действовал под негласным патронажем генерала Э. Людендорфа.

Однако альянс оказался непродолжительным, он скоро лишился как финансовой, так и политической поддержки. А.А. фон Лампе в письме генерал-лейтенанту Е.К. Миллеру в августе 1922 г. отметил кризисные явления в «Ауфбау»: «Кеппен, Таубе и Крамер уже давно отошли и в настоящее время действующими лицами являются Бискупский, Немирович-Данченко и Шейбнер-Рихтер».

Тем не менее, в 1921 г. общество «Ауфбау» выступило финансистом Съезда Хозяй-ственного Восстановления России в Бад-Рейхенгалле (Бавария), проходившего с 29 мая по 6 июня 1921 г. Съезд призван был, по мнению руководства «Ауфбау», стать партийной базой ле-гитимных притязаний Кирилла Владимировича и продемонстрировать поддержку консерватив-но-монархических сил Германии в борьбе с Веймарской республикой. В.В. Бискупский присут-ствовал на съезде как представитель уже сложившейся мюнхенской монархической организа-ции. Съезд не оправдал надежд «Ауфбау»: созданный на съезде ВМС вы-ступил противником династических притязаний Кирилла Владимировича, в докладе по между-народному положению барона М.А. Таубе содержались выпады в адрес бывшего кайзеровского правительства из-за финансирования большевиков. После Рейхенгалльского съезда В.В. Бискупский вступил в Мюнхенское монархическое объединение, но, убедившись, что в нем преобладают сторонники ВМС, в 1922 г. вышел из него. В частной беседе с А.А. фон Лампе он предложил военному руководству беспроигрышные приемы для контроля над его лидерами: «Бискупский считает возможным для Врангеля держать Высший Совет в руках деньгами».

Активно участвовал в деятельности организации «Возрождение» («Aufbau»), созданной прибалтийским немцем Максом Эрвином фон Шойбнер-Рихтером в 1920 из русских эмигрантов и «правых» немцев в качестве связующего звена между правым крылом белой эмиграции и «Национал-социалистическая немецкая рабочая партия» (НСДАП). Некоторые историки полагают, что Бискупский помог направить деньги Романовых нацистской партии.

Был руководителем организации до 9 ноября 1923 года.

Один из идеологов «русского фашизма» – одного из политических направлений белой эмиграции, что опровергается самим Бискупским, это видно из дальнейшего повествования. В современной отечественной историографии высказывалось мнение, что В.В. Бискупский являлся членом «Союза Русского Народа» (СРН) и восхвалял деятельность этой организации в эмиграции как предтечу фашизма и нацизма, однако это версия не подтвер-ждается ни мемуарной литературой, ни архивными материалами, считает историк А.В. Серегин.

В 1922 партнеры Бискупского (его заместитель С.В. Таборицкий и секретарь П.Н. Шабельский – Борк,; по некоторым сведениям агенты гестапо) попытались убить Павла Милюкова, крупного лидера эмиграции либерального толка. Убийцы пропустили свою цель, и случайно убили Владимира Набокова, отца писателя.

Бискупский финансировал Рейхенгальский съезд русских монархистов в 1921 году.

Здесь необходимо сделать некоторые пояснения относительно  материально-финансового положения Бискупского. Оказавшись в Германии Василий Викторович, как и большинство эмигрантов, перебивался с хлеба на воду. И вот, в один прекрасный день он получает письмо из Японского Консульства, где ему сообщают, что его уже давно разыскивают, так как на его участке на Сахалине обнаружены угольные залежи и японское правительство хочет эти земли купить. Предлагали, по тем временам, крупную сумму денег. Бискупский согласился, и благодаря этому смог дальше существовать припеваючи. Жил он в прекрасной квартире в Мюнхене.

Приход НСДАП к власти в январе 1933 г., естественно, приветствовался В.В. Бискупским. Однако весной 1936 г. он был неожиданно арестован по доносу и обвинению в организации покушения на жизнь фюрера. Оказавшись в отчаянном положении, после двухмесячного заклю-чения в криминальной тюрьме Мюнхена В.В. Бискупский обратился за содействием к Кириллу Владимировичу в Сен-Бриак, и лишь заступничество Императора Кирилла Владимировича, направившего письмо канцлеру       А. Гитлеру с просьбой разобраться в деле Бискупского, дает генералу долгожданную свободу.

Серьезной потерей для В.В. Бискупского стала смерть Кирилла Владимировича в октябре 1938 г. Он вновь прибыл на похороны в Кобург. Перспектива восстановления монархии в России виделась ему еще более туманной: «Бискупский откровенно сказал, что если он прежде был глубоко убежден, что национал-социалистическая Германия явится идейным врагом коммунизма, то теперь наблюдается рост шовинизма в Германии. Он должен признать, что если Германия вступит в борьбу с Советской Россией, что очень вероятно, и окажется победительницей, то она, прежде всего, использует свою победу в немецких национальных интересах. При этом Бискупский прибавил, что так, или иначе современная Германия будет стремиться свергнуть Советское правительство, а никакая другая страна во всем мире в это не захочет впутываться и по своему военному положению не в состоянии этого сделать. Поэтому нам все же выгодно иметь поддержку Германии, но мы не можем изменить ее замыслов. Кто знает, если Россия станет опять Россией, то есть восстановится монархия, то национальная власть сможет восстановить ее мощь и границы» [

Бискупский и Гитлер

Получив от японского правительства большую сумму денег за принадлежавшие ему земли на Сахалине, Бискупский жил в собственной квартире в центре Мюнхена, на которой после провала «пивного путча» в 2023 году непродолжительное время скрывался Адольф Гитлер.

Некоторые биографы подают эту историю следующим образом:

В один вечер, во время коммунистических беспорядков, к нему позвонил неизвестный человек и попросил убежища, так как его преследуют красные. Бискупский ответил, что пока он жив, любой антикоммунист в его доме будет в безопасности - и впустил человека, даже не спросив его имени. Через несколько дней, этот незнакомец поблагодарил и ушел. И только гораздо позже Бискупский узнал, что это был... Гитлер!

Правда, есть версия, что Гитлер скрывался на даче Бискупского, что опровергается тем фактом, что он был арестован полицией без сопротивления спустя некоторое время после провала путча на вилле около Штаффельзее. Но от Мюнхена до Мурнау-ам-Штаффельзее 58 киллометров по прямой. То есть, какое-то время Гитлер должен был скрываться и добираться до виллы. Возможно, это, действительно, с высокой долей вероятности, происходило в мюнхенской квартире Бискупского, учитывая дальнейшие благодеяния фюрера (включая освобождение после ареста и назначения). Главное, было пересидеть несколько дней, а когда страсти улеглись, можно было сдаться властям «без сопротивления» и риска для жизни.

Легитимно-Монархический Союз встал на защиту В.В. Бискупского, в январе 1924 г. специальным «Циркуляром» руководство движения опровергло предъявляемые генералу обвинения: «Временный Комитет Русского Легитимно-Монархического Союза считает своим долгом оповестить о следующей провокации, жертвой которой за последние дни едва не сделался один из активнейших деятелей легитимно-монархического движения генерал-лейтенант Василий Викторович Бискупский.

Воспользовавшись известными событиями 9 ноября 1923 г., противники нашего движения с разных сторон направили в Баварские административные учреждения доносы на генерала Бискупского, следствием чего 28 ноября 1923 г. В. Бискупский получил предписание в 48 часов срок покинуть пределы Баварии.

Генерал обжаловал это распоряжение в высшие Баварские инстанции и просил назначить специальное расследование. В итоге оказалось, что доносы, поступившие в большом количестве, шли из трех источников:

1. от кругов, близких к советской миссии в Берлине.

2. от польских политических организаций и

3. в наибольшем количестве от кругов, солидаризирующихся с Высшим Монархическим Советом.

Генерал Бискупский обвинялся в следующих взаимно исключающих друг друга преступлениях:

- по заявлению одних Бискупский являлся:

- агентом французского генерального штаба и сотрудником ультрамасонов,

- других - агентом польского штаба;

- третьих - агентом большевиков и германского генерального штаба.

Вполне понятно, насколько оказалось легким все эти вздорные обвинения опровергнуть (в настоящее время высылка отменена)…»

Эффект бабочки». Не спасла бы, выхаживая в санитарном поезде тяжело раненного Василия Бискупского, его возлюбленная Анастасия Вяльцева, - некому было бы приютить и спрятать Адольфа Гитлера, развязавшего самую кровавую Вторую Мировую войну (В этой войне участвовали 62 государства из 74 существовавших на тот момент (80% населения Земного шара), унесшую более 70 млн. человек. Может быть, его растерзали бы разъяренные мюнхенские рабочие или застрелила полиция? Германский реванш после поражения в Первой Мировой войне, конечно, имел свои политико-экономические и социально-психологические корни и был очевиден. Но может быть, предстоявшая новая война была бы менее кровавой, а то, ее и вовсе удалось бы избежать…

Не забыв оказанной ему услуги, Гитлер назначил Бискупского руководителем «Бюро русских эмигрантов» в Шарлоттенбурге, находившегося под наблюдением гестапо, а затем, в мае 1936 года, - начальником Управления делами российской эмиграции в Берлине (адрес Бляйбтройштрассе, 27, тел.: 91 11 86).

Этот Комитет оказывал помощь русским эмигрантам в Германии: выдавал стипендии, находил работу, выделял пособия, содействовал лечению. Комитет работал и во время Второй Мировой, но когда Гитлер увидел, что Бискупский не сочувствует немецкой политике по отношению к русским, - его отставил. Если Бискупский и просил денег, то не для себя, так как у него их было предостаточно. Его задачей на новом посту становится, прежде всего, помощь десяткам тысяч русских беженцев оказавшихся на территории III Рейха, с которой генерал справляется блестяще. Многие русские получают работу, жилье и социальную поддержку. Заместителем Бискупского становится Николай Федорович Фабрициус-де-Фабрис, представитель Государей Кирилла Владимировича и Владимира Кирилловича в Германии, секретарем поэт Петр Николаевич Шабельский-Борк, молодежным отделом заведует известный правый деятель Сергей Владимирович Таборицкий. Стараниями генерала Бискупского создается Комитет по сбору пожертвований на сооружение и украшение православного храма в Берлине, которому к июню1937 г. удалось собрать почти 5 тысяч марок, и вскоре немецкими властями разрешено возведение обора. С начала войны Бискупский пытается помочь советским военнопленным, отсюда его конфликты с Гестапо. И хотя с 1942 г. ведомство В.В. Бискупского вело работу по вербовке русских эмигрантов во вспомогательные части вермахта, в конце Второй мировой войны Гитлер отправил Бискупского в отставку за несогласие с гитлеровской политикой в отношении русских военнопленных.

Сохранились образцы документов служебной переписки Бискупского с разными официальными представителями рейха, в частности, с экспертами по "русскому вопросу" Георгом Лейббрандтом и Арно Шикеданцем. Вместе с тем, в официальных немецких документах того времени отображено подозрение в сотрудничестве Бискупского с представителями СССР через якобы советского агента, бывшего полковника лейб-гвардии измайловцев    А. Д. Хомутова (еще в 1920 г. продал нескольким иностранным посольствам секретные отчеты ликвидационных комиссий армии Юденича, а в следующем году по указке Москвы организовал Лигу борьбы с коммунизмом и масонством). В статье Википедии, посвященной Хомутову (по возвращении в СССР работал в НКВД; расстрелян в 1938 году), прямо говорится о том, что в 1920-х - 1930-х А.Д. Хомутов поддерживал контакты с легитимистскими организациями в Берлине, в частности с генералом            В. В. Бискупским.

Бискупский одобрил нападение Германии на СССР, но надеялся на замену Гитлера другим человеком, который понимал бы значение русской эмиграции для борьбы с большевизмом.

Находясь в Праге, он говорил: «Должен … сказать, что я монархист. Как монархист, я не могу быть нацистом, потому что идея монархии и идея нацистского государства не совпадают. Но меня лично примиряет с нацизмом факт существования опасного общего врага – коммунизма». Он верил что, «рейх, конечно, рано или поздно поразит мировой коммунизм, и его поражение будет означать возникновение русской монархии». С началом Советско-германской войны генерал Бискупский делает все от него зависящее, чтобы помочь свержению большевизма и оказать помощь советским военнопленным и «остарбайтерам». Эта деятельность вызвала резко негативное отношение со стороны русофобски настроенных деятелей руководства III Рейха. Как вспоминал эмигрант С.Л. Войцеховский, «Розенберг его ненавидел. Выходившая в Берлине под редакцией В. М. Деспотули газета «Новое Слово» это отношение послушно отражала. Генерал А.А. Власов видел в нем ретрограда дворянского толка, а сам Бискупский понимал, что, доколе Розенберг и ему подобные будут влиять на политику Германии, ни о какой русской освободительной борьбе с немецкой помощью речи быть не может».

Плоды нацистской политики убеждают его в необходимости устранения Гитлера, и он тесно связывается с группой немецких офицеров, составивших неудавшийся заговор 20 июля 1944 г. К счастью, причастность генерала Бискупского к попытке антигитлеровского переворота не была вскрыта Гестапо, поскольку дневник генерала фон Хасселя, где были подробно описаны разговоры с Бискупским направленные против Гитлера, был спрятан его женой.

Тяжелым ударом по здоровью генерала Бискупского, стало уничтожение его богатейшего архива после англо-американских бомбежек. Переживания вылились в частичный паралич.

Скончался Василий Викторович 18 июня 1945 года в занятом американскими войсками Мюнхене. Подтверждение этой версии приводит Анатолий Гурьевич Холодюк (с приложением фото могилы): «В Старой части Лесного кладбища (Waldfriedhof–Alter Teil; 217 сектор; Fuerstenrieder Str. 288 – городской район Laim) под высокой елью находится могила (номер&n... Читать следующую страницу »

Страница: 1 2