ПРОМО АВТОРА
Игорь Осень
 Игорь Осень

хотите заявить о себе?

АВТОРЫ ПРИГЛАШАЮТ

Киселев_ А_А_ - приглашает вас на свою авторскую страницу Киселев_ А_А_: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Игорь Осень - приглашает вас на свою авторскую страницу Игорь Осень: «Здоровья! Счастья! Удачи! 8)»
Олесь Григ - приглашает вас на свою авторскую страницу Олесь Григ: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
kapral55 - приглашает вас на свою авторскую страницу kapral55: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
стрекалов александр сергеевич - приглашает вас на свою авторскую страницу стрекалов александр сергеевич: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»

МЕЦЕНАТЫ САЙТА

станислав далецкий - меценат станислав далецкий: «Я жертвую 30!»
Михаил Кедровский - меценат Михаил Кедровский: «Я жертвую 50!»
Амастори - меценат Амастори: «Я жертвую 120!»
Вова Рельефный - меценат Вова Рельефный: «Я жертвую 50!»
Михаил Кедровский - меценат Михаил Кедровский: «Я жертвую 20!»



ПОПУЛЯРНАЯ ПРОЗА
за 2019 год

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Солёный

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать Дворянский сын

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Боль (Из книги "В памяти народной")

Автор иконка Сандра Сонер
Стоит почитать Самый первый

Автор иконка Андрей Штин
Стоит почитать Во имя жизни

ПОПУЛЯРНЫЕ СТИХИ
за 2019 год

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать То игриво, то печально...

Автор иконка Виктор Любецкий
Стоит почитать Я ведь почти, что — ты?!...

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать Как с утра тяжелый снег похоронил

Автор иконка Виктор Любецкий
Стоит почитать Пусть день догорел — будет вечер?...

Автор иконка Олег Бойцов
Стоит почитать Осознание

БЛОГ РЕДАКТОРА

ПоследнееОшибки в защите комментирования
ПоследнееНовые жанры в прозе и еще поиск
ПоследнееСтихи к 8 марта для женщин - Поздравляем с праздником!
ПоследнееУхудшаем функционал сайта
ПоследнееРазвитие сайта в новом году
ПоследнееКручу верчу, обмануть хочу
ПоследнееСтихи про трагедию в Кемерово

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К ПРОЗЕ

Любовь КрасиваяЛюбовь Красивая: "А у звезд шоу - бизнеса есть скромность?" к рецензии на О поэзии и скромности

Игорь Храмов ТесёлкинИгорь Храмов Тесёлкин: "НЕуважаемый,к незнакомым людям следует обращаться на"Вы"! Плохо, ч..." к рецензии на О поэзии и скромности

Игорь Храмов ТесёлкинИгорь Храмов Тесёлкин: "Спаси Христос! Это у Вас для самых маленьких дитёнков - я так поня..." к произведению ДЕНЬ РОЖДЕНИЕ МУРАВЬИШКИ

Любовь КрасиваяЛюбовь Красивая: "У таких положительных героев все могло сложиться сразу. И без всяких ..." к произведению Учительница начальных классов

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Это точно, виртуальная реальность коварна... Вот что происходит при дл..." к произведению Добро пожаловать!

Любовь КрасиваяЛюбовь Красивая: "Здравствуйте, автор. С удовольствием почитала." к произведению Адам и Ева. Действие 2. В Санкт-Петербурге. Наши дни

Еще комментарии...

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К СТИХАМ

НаталиНатали: "Эльдар, спасибо за вниманиею" к рецензии на Зима

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Свежие, живые образы. Краткий стиль лучше всего вр..." к стихотворению Зима

Вова РельефныйВова Рельефный: "Хорошо, Весса, хорошо)))" к стихотворению Там, за морем-океаном

Игорь Храмов ТесёлкинИгорь Храмов Тесёлкин: "Спаси Христос на добром слове! С праздником..." к стихотворению Акафист иконе Б М Утоли болезни

НаталиНатали: "Что нам даровано судьбой, надо беречь!" к стихотворению Что нам даровано судьбой

НаталиНатали: "Вы очень точно подметили, люди познавшие кровь и с..." к стихотворению ПСЫ ВОЙНЫ.

Еще комментарии...

Полезные ссылки

Что такое проза в интернете?

"Прошли те времена, когда бумажная книга была единственным вариантом для распространения своего творчества. Теперь любой автор, который хочет явить миру свою прозу может разместить её в интернете. Найти читателей и стать известным сегодня просто, как никогда. Для этого нужно лишь зарегистрироваться на любом из более менее известных литературных сайтов и выложить свой труд на суд людям. Миллионы потенциальных читателей не идут ни в какое сравнение с тиражами современных книг (2-5 тысяч экземпляров)".

Мы в соцсетях



Группа РУИЗДАТа вконтакте Группа РУИЗДАТа в Одноклассниках Группа РУИЗДАТа в твиттере Группа РУИЗДАТа в фейсбуке Ютуб канал Руиздата

Современная литература

"Автор хочет разместить свои стихи или прозу в интернете и получить читателей. Читатель хочет читать бесплатно и без регистрации книги современных авторов. Литературный сайт руиздат.ру предоставляет им эту возможность. Кроме этого, наш сайт позволяет читателям после регистрации: использовать закладки, книжную полку, следить за новостями избранных авторов и более комфортно писать комментарии".




зеленые человечки


Борис Карташов Борис Карташов Жанр прозы:

Жанр прозы Драма
9242 просмотров
0 рекомендуют
3 лайки
Возможно, вам будет удобней читать это произведение в виде для чтения. Нажмите сюда.
Повествование об алкоголике, одном их тысяч в России.

только в больничной палате. Когда объяснил, откуда он, у врачей округлились глаза. Оказалось, в воде  был около трех суток.

Когда раненого спрашивали, как остался в живых, отвечал:

            – Спирт помог, – а перед глазами плавал труп солдата в бассейне, который они небрежно оттолкнули от борта и не вытащили на сушу.

 

                                               ЗАГРАДОТРЯД

 

           Эти солдаты пользовались дурной славой на фронте. Заградительные отряды существовали везде, где воевали солдаты бойцы из штрафных батальонов. В их обязанности входило расстреливать отступающих штрафников, если вдруг атака «захлебывалась». Об этом хорошо знали те, кто первыми врывались в окопы противника. Зла не держали, понимали: так надо, потому что наступать с одной винтовкой на двоих, ползти или лежать в открытом поле, когда пыль вокруг не успевает оседать от артиллерийских взрывов на землю, никакой смелости не хватит. И многие в панике бежали под пули своих соотечественников.

           …Они вошли в этот небольшой городок через пару часов после того ,как его атаковали штрафники. Выждали, чтобы удостовериться – немцев нет. Двигались группами. Вначале город казался пустым, но чем глубже проникали на улицы, тем явственней было видно – город жив. То здесь, то там мелькали люди, которые при виде военных торопливо прятались в подворотни или в дома. Затем стали появляться штрафники (они были без знаков различия), шныряющие по улицам в поисках то ли недобитых фашистов, то ли чего-нибудь стоящего и нужного для них в данный момент. И что странно, многие из них были навеселе, а то и вообще пьяны. Наткнулись на такую группу штрафников: они в руках несли кто котелки, кто ведра, – в общем, емкости чем-то наполненные емкости. Поинтересовались, что это? Оказалось, спирт. Его было много на железнодорожной станции в цистерне. Слух о нем разнесся уже по всему населенному пункту, так же как и то, что охранялся он символически - пьяным солдатом. Не сговариваясь, повернули к вокзалу, на ходу изыскивая подходящие емкости. У цистерны мирно посапывал часовой, рядом из дырки текла живительная влага. Наполнили все, что можно было, и двинулись искать свою роту, вернее, место, где ее штаб мог располагаться. Нашли, доложили командиру о происшествии. Похвалив за сообразительность, капитан приказал подыскать соответствующее жилье, в котором можно не только отдохнуть, но и переночевать. Надвигалась ночь.

           Отдыхали тихо, но основательно. Вначале пили разбавленный спирт, затем чистый. Чем все кончилось, никто не помнил. Очнулись ночью, спали вповалку в каком-то частном доме. В кромешной темноте, кряхтя и чертыхаясь, капитан по рации расспрашивал позывной «Пион», где  они находятся, далеко ли немцы, кто впереди, сбоку, сзади? В общем, полную дислокацию.

           Послышалось бряцание кружек, глубокий выдох и риторический вполне закономерный вопрос – утверждение.

           – А ведь немцы могли вырезать нас простыми ножами. Это надо же было так нажраться.

           Война продолжалась, и будет она длиться еще два года. Но этот случай

запомнился надолго – ведь как просто, по собственной глупости, можно потерять самое дорогое – жизнь!

 

                                   ДЕНЬ ПОБЕДЫ

 

           В палате он создавал много шума: то кипятил в кружке чай, приглашая всех присоединиться к нему, то начинал разговаривать громко, не выбирая выражений, то ревизировал свою тумбочку, разыскивая колоду карт. которой впоследствии играли в «тысячу». В общем, был находился в центре больничной жизни. Судя по разговору, он вроде бы был участником Великой Отечественной войны, но специфический блатной жаргон, присутствовавший в его речи, смущал, позволяя предположить, что войну он провел в местах не столь отдаленных.

           …Его откровенный монолог о жизни солдата, а потом зека случился как бы само собой. Просто возник предмет разговора. Им оказалась война. И назавтра было 9 мая – День Победы.

           – Мне сразу не повезло: попал во 2-ю ударную армию под командованием Власова. Воевали, а вернее сказать, выживали трудно. Поверишь, вместо боевых, выдавали деревянные гранаты, покрашенные в черный цвет. Винтовка была одна на отделение. Повезет, убьет твоего товарища, может, и достанется тебе боевое оружие, нет – будешь ждать следующего боя, и если тебя не убьют, то…

Был вторым номером у пулемета «максим». Да, вот пришлось подержать это чапаевское оружие в руках. В общем, через несколько дней боев я был уже экипирован по полной программе. Но тут убили моего первого номера и, как говорится, не было бы счастья, да несчастье помогло, отправили меня на переподготовку в тыл. За это время армию объявили предательской,  оставшихся в живых солдат отправили на переформирование. Так я оказался уже на Ленинградском фронте. Трижды был ранен, валялся по госпиталям, кормил вшей в окопах. Всякое было. К концу войны оказался недалеко от Берлина. А когда объявили об окончании боевых действий, решили с корешами широко отметить это знаменательное событие. Выбрали небольшой магазинчик в городе, взломали двери и стали пьянствовать прямо в помещении. Через какое-то время потянуло на девочек. Их нашли в соседнем доме. Они не отказывались, кажется, даже довольны были. На третий или четвертый день (все происходило в пьяном угаре) проснулись, а спиртное кончилось. Полезли за ликером, там в основном ликер был, такой сладко-приторный. Тут нас и прихватил военный патруль. Как уж так получилось, не знаю. Однако, приписали нам по полной: самовольный уход из части, грабеж и разбой гражданского населения, изнасилование. Видимо, кому-то нужна была показательная кампания. Впаяли всем по совокупности – по 10 лет, лишили наград и званий (жаль медаль «За отвагу») и отправили этапом в далекий город Лабытнанги, что  у Ледовитого океана. Вот так я отметил День Победы. Отсидел полностью. Вскоре залетел опять на 7 лет и тоже по пьяни. Получил инвалидность. Вот с тех пор – или по подвалам, или теплотрассам бичую. В перерывах отдыхаю в больнице, когда невмоготу. Ни о чем не жалею. Жизнь прожил, а хорошо или плохо – не мне судить. Это дело божье.

           Он ловко одной рукой, вторая отсутствовала, выдернул из-под матраца колоду карт:

            – Сыграем, что ли? – и стал раздавать карты.

 

                                               БАНКЕТ

 

           Он появился на банкете, когда убеленные сединами и одетые в праздничные наряды, увешанные орденами и медалями дедушки и бабушки, уже чинно сидели за столами, уставленными различными яствами, которые они не только видели впервые, но и не слышали никогда их названия. Одет человек был в телогрейку, которые сейчас никто не носил, ботинки на липучках, явно чужие, и вязаную шапочку. Возраста был неопределенного в силу грязного, давно небритого лица и нестриженых волос. К нему торопливо подошел организатор празднеторжества, чтобы выяснить причину появления непрошеного гостя.

           Было видно, что гость пьян. Не отвечая на вопросы, он подошел к крайнему столику, налил в пластмассовый стаканчик водки и выпил. Возмущению представителя власти не было предела. Он пытался произнести обличительную речь, но его остановил старик, сидящий за этим злополучным столиком.

           – Отстаньте от него! Это тоже участник войны. Сосед это бывший мой. Уже несколько лет как живет то в теплотрассах, то на дачах, в общем, бомжует. Из дома ушел – семейные неурядицы. Кстати, два ордена Отечественной войны у него. Первой и второй степени. Офицером был на фронте. А пить-то стал последние годы. Так пьяный, наверно, и помрет…

           Он налил в стакан еще водки, подал фронтовику. бывшему солдату. Тот, пьяненько улыбнувшись, выпил. Бутылку с остатками спиртного поставил в карман и, ничего не сказав присутствующим, вышел на улицу, где его ждали товарищи по жизни, такие же, как он,  бомжи.

 

                                                                                                                      АРМЕЙСКИЕ

 

                                   СОЛДАТСКАЯ  СМЕКАЛКА

 

           Всем известно, что солдатская смекалка всегда помогала в суровой воинской жизни. Будь то в служба, на отдых или в других какие-то экстремальные условиях ситуации.

           Сержант Вотюков обладал владел этим качеством в совершенстве. Он первый освоил отдых под днищем автомашины, имитируя ремонт двигателя или ходовой части. Делал это довольно просто и в то же время оригинально: стелил под машину бушлат, залазил под нее, привязывал руки к кардану и спокойно засыпал. Если его тревожил офицер, недовольно бурчал, что мешают заниматься ремонтом, тогда как командир роты требует, чтобы радиостанция была через пару часов готова к выезду. Вылазил перепачканный солидолом и грозился пожаловаться капитану. А когда его оставляли в покое, повторял свой трюк.

           Однажды Его смекалка стала впоследствии легендой, передаваемой солдатами из призыва в призыв.

           В предпраздничные дни офицерский состав круглосуточно бдил на предмет приобретения спиртных напитков рядовым и сержантским составом. Он выражался в повальном шмоне личных тумбочек, каптерок, всяких укромных уголков в казарме, столовой и т.д. Кроме того, по приказу командира части резко сокращалось число солдат праздно шатающихся по гарнизону около магазинов. Военный патруль постоянно курсировал по «Шанхаю» – району, где проживало гражданское население и была возможность приобретения самогона или браги. В общем, командование пыталось свести это пагубное деяние явление к минимуму.

           Но сержант Вотюков все-таки умудрился приобрести пару бутылок водки. Однако, подходя к КПП, понял, что тайком пронести не удастся: тут дежурил не только командир роты, но и начальник штаба майор Дубинкин. Выход из создавшегося положения  сержант нашел  даже быстрее, чем у него созрел окончательно план. Он на ходу сорвал пробки с бутылок, обхватил за горлышко каждую ладонью  и бесстрашно двинулся к проходной.

           Проходя мимо майора, он сделал вид, что пытается отдать честь офицеру, но поскольку руки были заняты бесценной ношей, повернул голову вправо, как положено в таких случаях, и строевым шагом прошел мимо.

           – Что несешь? – строго спросил Дубинкин.

           – Водку, товарищ майор, – бодро отрапортовал Вотюков, покрываясь испариной.

           – Ну-ну, пошути мне еще, что это? – майор расслабился.

           – Дистиллированная вода для аккумуляторов, – сержант продолжал автоматически двигаться в сторону автопарка к радиостанции.

           Когда скрылся в кунге, Здесь он обессилено опустился на топчан.

           – Пронесло, – только и вымолвил.

           А укромное место, куда была спрятана водка, у него было отменное. Тайник никто не мог обнаружить.

 

                                   ВРАЧИ ТОЖЕ ЛЮДИ

 

           Младший сержант Серега Верещагин в роте связи был телефонистом. Нет, не тем, что сидел за коммутатором и соединял абонентов, а тем, кто обслуживал телефонные линии: восстанавливал порванные, сломанные или вышедшие из строя столбы, ремонтировал телефоны в квартирах и т.д. Все это давало ему право гулять по гарнизону, где угодно и когда угодно, что позволяло считать службу в армии чуть ли не работой на гражданке. Отсюда знакомств у Сереги было много, что среди офицеров, их жен и прочих гражданских лиц. Частенько он мог придти в расположение части подшофе, а иногда и на ушах – угощали ведь по-русски, от души - за восстановленную телефонную связь.

           Везло Сереге – он ни разу не попался начальству на глаза в непотребном виде, поскольку приходил тогда, когда, как правило, в расположении   части офицеров уже не было. Но однажды, видимо, поверив в свою неуязвимость, приперся днем, в разгар рабочего дня. С виду младший сержант был здоровый детина, под два метра ростом, поэтому определить выпивший он или нет, было трудно. Но тут, видимо, перебрав, ему стало плохо,   выпитое и съеденное на халяву полезло наружу. Ароматный запах привлек не только гарнизонных собак, но и проходящего мимо дежурного по части старшего лейтенанта Курского. Увидев солдата, блевавшего на угол казармы, унюхав знакомый запах (офицер сам частенько грешил выпивкой) поинтересовался, где это тот так нажрался.

           – Кто? Я? – Верещагин вытер лицо рукавом. – Никогда. Это я рыбными консервами отравился в обед. Видимо, были несвежие.

           Дежурный по части обалдел от такой наглости, хотя мелькнула мысль, что действительно в обед кормили окунем-терпугом в томатном соусе. Да и рвало сержанта именно этими же отходами. Но сивуха… ее запах он не мог ни с чем спутать. Может быть, он и простил бы сержанта, если бы тот честно  все рассказал или, по крайней мере, повел себя не столь нагло.

           – Ты что мне заливаешь! – взвился старший лейтенант. – Я что не вижу, в каком ты виде, еле на ногах стоишь!

           – Нет,– уперся телефонист, – отравился.

Вокруг уже собрались любопытные. Отступать ни тому, ни другому было некуда.

           – Хорошо, – Курский сделал паузу, – пойдешь в медпункт и принесешь справку, что ты трезв.

           Серега не возражал и отправился туда, куда его направили. Через некоторое время он вернулся и торжественно вручил офицеру бумажку, где черным по белому было написано, что алкоголя в крови не обнаружено.

Старлей не верил своим глазам.

           – Не может быть. Где взял справку? Небось, спер ее в медпункте. Пойдем снова туда.

           В медсанбате их встретила миловидная женщина, представившая дежурным врачом.

           – Да, действительно, младший сержант отравился рыбными консервами. Ему сделано промывание желудка и сейчас  ничего не угрожает, но дежурному по части надо внимательно следить, какими продуктами кормят солдат, – свою речь лейтенант медицинской службы категорично сопровождала укоризненным взглядом и категоричностью. – Я доложу об инциденте вашему командиру части, – добила она Курского.

А Серега, сделав страдальческое лицо, отправился спать, т.к. ему прописали постельный режим.

           На протяжении всей нашей службы старшего лейтенанта подкалывали, как это он опростоволосился, отравившегося консервами не отличил от пьяного вдрызг сержанта. И он периодически приставал к Верещагину.

           – Ну, сознайся, ведь ты был пьяный? Я не мог ошибиться. Сивухой перло со всех дыр!

           Но последний был непоколебим. Отравился и точка. Так продолжалось до дембеля младшего сержанта. Провожая нас на железнодорожный вокзал (а мы уезжали первой партией) Курский взмолился:

           – Серега, сознайся, ведь ты был пьяный? Чего уж там, ты же домой едешь, а то я умом тронусь.

           – Эх, лейтенант, – Верещагин панибратски похлопал его по плечу, – ведь врачи тоже люди, им ласка нужна, да и мужик иногда.

           С этими словами полез в машину, отвозившую нас далеко от места, где провели мы два незабываемых года. А лейтенант медицинской службы, как признался нам Серега уже в поезде «Пекин – Москва», была его подругой, мечтавшей выйти за него замуж и уехать из этого забытого богом места.

Но это уже другая история.

 

                                   ЧТОБЫ НЕПОВАДНО БЫЛО

 

           Рядовой Дмитриев был пойман с тремя бутылками водки, которые он прятал под гимнастеркой, прямо на КПП части. И поймал его никто иной, как капитан Золотухин, по прозвищу – Лоб Федорович. То ли Санька был самонадеянный, то ли капитан был бдительный, но факт остается фактом: водка была изъята и предъявлена общественности в лице солдат и сержантов, в данный момент находящихся рядом. А так как капитан любил проявить себя перед народом, то и тут решил провести показательное зрелище.

           – Значит так, Дмитриев, бери спиртное и пошли на спортплощадку, будем физкультурой заниматься. Да так, чтобы неповадно было водкой увлекаться.

           Ничего не понимающий неудачный выпивоха, собрав бутылки в охапку, поплелся за офицером на спортплощадку, состоящую из турника, брусьев, каната и щитов с кольцами для баскетбола. Капитан отмерил 10 шагов и приказал Дмитриеву:

           – Бери бутылку с водкой и бросай ее в щит, да так, чтобы она разбилась. – Смотри! – И он с размаху запустил одну из них в цель. щит. Осколки стекла и запах спиртного тут же распространились по округе.

           – Давай, теперь ты, – Лоб Федорович самодовольно хмыкнул, – не стесняйся.

           Санька взял бутылку, размахнулся и бросил ее в щит. Та, не долетев до цели щита, упала на землю, не разбилась.

           – Ты чего, сил что ли нет или водку жалко?

           – Конечно, жалко, – Дмитриев исподлобья взглянул на Золотухина.

           – Давай, подбери  и кидай снова.

           Солдат поплелся за бутылкой и когда взял ее в руки, вдруг резко сорвал пробку и стал большими глотками поглощать содержимое. Лоб Федорович, оторопело смотрел на Саньку, опустошавшего бутылку. Пока он соображал, Дмитриев допил водку и под хохот собравшихся, подбежав к третьей бутылке,  метнул ее в щит. Та разлетелась вдребезги.

           – А это чтобы вам не досталось, – пьяно захохотал он.

           Семь суток гауптвахты от имени командира части он отсидел полностью. Работал на строительстве капониров. Только над капитаном все посмеивались – опять Лоб Федорович отличился. «Чтобы неповадно было», –  передразнивали его сослуживцы. А солдаты одобряли поступок Дмитриева: зачем национальный русский напиток уничтожать таким варварским способом.

 

                                               МУРАВЬИНАЯ КУЧА  

 

           Полевой учебный центр  находился  в 30 километрах от города. Это был обычный солдатский городок со всеми военными атрибутами: казармой, классами, стрельбищем, спортивной площадкой. И все же одна особенность у него была. Вокруг не было забора. То есть, конечно, он был, но совсем не такой, какой мы привыкли видеть в своей альма-матер – железный, двухметровый. Здесь он представлял собой метровой высоты столбики с проволокой. Скорее, для обозначения границ городка, нежели охраны личного состава и имущества. Так что ни для кого это сооружение не было преградой.

            В  километре от него находилось небольшое село. Туда и бегали в самоволку солдаты за самогоном. Зараза, вкусным. Народная тропа, что называется, не зарастала. Однако пьяных среди нас никто никогда не видел. Рота знал меру.

           …Этот уникальный случай произошел в последний день нашего пребывания на учебном пункте. Валерка Гусев – наш  здоровяк, попросил одолжить три рубля. Ему и Лешке Андрейцову уж очень захотелось отметить последний день пребывания на полигоне. Но денег у них не было. Из конфиденциальных источников они узнали о моей денежной заначке от полученного недавно гонорара за статью в дивизионной газете. С  настойчивостью следователей стали уговаривать ее отдать. Много не просили – всего три рубля. Обещали, что через неделю возместят убыток вдвойне. Я не хотел им одалживать деньги. Нужны были самому. Ребята не сдавались.

           Неожиданно в голову пришла шальная мысль.

           – Валерка, дам трояк, но за определенное представление.

           – Согласен, – сразу согласился Гусев.

Знаешь муравьиную кучу, что стоит  у дороги?

           – Конечно.

           – Так вот. Если сядешь на нее голой задницей и просидишь десять минут – деньги твои.

           Наш разговор тут же стал предметом споров. Одни утверждали, что в этом проблемы нет. Надо только не шевелиться на муравейнике. Мол, тогда насекомые будут вести себя спокойно, не покусают. Другие наоборот: всячески отговаривали от не обдуманного поступка. Но тем и другим было интересно, чем закончится, образно говоря, представление. Я вытащил из кармана гимнастерки вожделенные три рубля, показал окружающим.

           – Готов отдать. Начинай, Валерка!

           Гусев посмотрел на муравьиную кучу, обошел ее вокруг, как бы примеряясь к предстоящему рекорду, затем озабоченно сказал:

           – Только б муравьи  не полезли в глаза и уши.

           – А ты их обирай,    если устремятся в неположенное место. Садись!

           – Садись, садись, – с хохотом стали выкрикивать сторонники шоу. зрители.

           Валерка повернулся в пол-оборота, в долю секунды ловким движением руки расстегнул  брючный ремень, и его белая задница аккуратно коснулась муравьиной кучи.

           На мгновение  смех и шутки прекратились. До последней секунды никто не верил, что Гусев решится на этот поступок.

           – Вот это, да! – только и могли вымолвить ребята. – Человек слова!

           Прошла минута, другая. Все молча наблюдали за происходящим.шедшим. Затем  наперебой возбужденно заговорили, засмеялись, засуетились. Один только наш герой сфинксом замер на куче. Однако это нисколько не озадачило насекомых. Они с завидным упорством облепляли его гимнастерку, шею, лицо. Валерка кряхтел, сопел, осторожными движениями рук смахивал их.

           У одного солдата в руках защелкал затвор фотоаппарата.

           – Ставь выдержку на 60, снимок будет контрастнее – стали  советовать мальчишки. парни.

           – Нет. Надо на 120. Лучше открой  диафрагму на полную…

Боец делал снимок за снимком, меняя каждый раз светосилу фотоаппарата.

           – Все! Наконец-то, – сказал он, – пленка закончилась. Снимок исторический получится.

           Истекала последняя минута испытаний. К этому времени наш герой, похоже, освоился с нестандартной обстановкой, стал даже отвечать на реплики товарищей.

           – Время истекло, – я показал ребятам на часы.

           Гусев поднялся. Но натягивать штаны не спешил. Сел в траву, зачищая  одежду от насекомых.

           – Держи! – я протянул ему деньги. – Заработал честно.

Ни на кого не глядя, тот взял  смятую трешку, положил ее в карман гимнастерки. Через минуту, прихрамывая, пошагал к казарме. Следом семенил Леха Андрейцов.

            – Вот гульнут теперь, – то ли с завистью, то ли с сожалением  сказал им вслед Васька Сехин, любитель горячительного.

 

РЫБАЦКИЕ

 

СПОР

 

В прошлые времена на  речку мы добирались, как придется. Если повезет, с оказией. Нет – добираешься на перекладных. Приходилось ездить на бортовых, грузовых, даже на лесовозных машинах. Частенько шли пешком. Что поделаешь – рыбацкая страсть!

… На этот раз нам с Григорьичем, моим соседом и страстным рыбаком,  повезло. Знакомый водитель  согласился взять нас с собой до самой реки. Но, как говорится, мы предполагаем, а Бог располагает.  На полпути порвался ремень вентилятора в двигателе. Запасного не оказалось. Что поделаешь – русское «авось», оно везде в России «авось». Куковали на дороге час, когда на трассе появился уазик. В нем ехал секретарь райкома. Он курировал нашу газету. Не сговариваясь, все трое мы упали перед машиной на колени, взмолились:

– Возьмите!

Его водитель начал, было, ворчать, мол, куда посажу такую ораву, но партийный босс  был другого мнения:

–  В тесноте, да не в обиде. Садитесь!

 Разговор в машине, как обычно, зашел о рыбалке. Кто и сколько поймал? У кого была самая крупная рыбина? Как – то так получилось, что самыми ярыми спорщиками в машине оказались секретарь райкома и наш заместитель редактора. Они пытались выяснить, кто из них удачливее  на рыбалке? В итоге заключили пари: кто больше сегодня поймает рыбы, тот и выиграет. Проигравший выполняет его любое желание.

На берегу произнесли тост «с полем» и остограммились. Через десять минут  разбрелись по речке в поиске уловистых мест. Клев был хороший. Правда, крупной рыбы было немного. Тем не менее, секретарь райкома остался доволен. Его пайва быстро наполнялась добычей. Так незаметно прошло несколько часов.

Возвращались к машине затемно. Недалеко от нее, около лунки, в полушубке из волчьего меха спал замредактора. Рядом  валялись удочка и пустая  бутылка из-под  водки.  На снегу лежали с десяток окушков и ершей.

Партработник посмотрел строго на напарника  спящего и глубокомысленно произнес:

– Если бы он не устал, наверняка, бв обловил. Но спор все равно проиграл, поэтому на следующей рыбалке будет бурить нам всем лунки.

– В следующее воскресенье  опять возьмете нас с собой? – недоверчиво поинтересовался я.

– А куда деваться? Должен же журналист отработать проигрыш.

На очередную рыбалку  для нашего зама мы с товарищами приобрели аж две бутылки спиртного…

 

                        НЕЧАЯННАЯ ВСТРЕЧА

 

 Середина июля самые теплые дни в Западной Сибири. Мы на этот раз  расположились на луговой полянке, в устье небольшой протоки – и рыбалка рядом.

          Во второй половине дня,  выбрав плав поглубже, начали сплавлять сеть. Через полчаса подсчитали улов. Он хотя и оказался не ахти какой: три язя и две небольшие нельмы, однако на уху и малосол хватало. Поэтому дальнейшую рыбалку решили оставить на утро. Развели костер, включили транзисторный приемник. Полилась окрест легкая музыка. Под нее Григорьич и начал священнодействовать у костра.

– Сегодня  уха  будет по – хантыйски, – поставил он  в известность.

– Это как?

– Узнаешь!

Я стал внимательно наблюдать за напарником. Вот он очищенную рыбу  порезал на большие куски, тщательно промыл их и стал отдельно  колдовать над потрохами. Рыбий пузырь, молоки, кишки, ополоснув, положил в кипящую воду. Добавил лаврушки. В последнюю очередь бросил в бурлящее варево рыбу. Картошку не крошил. По его глубокому убеждению, если ее положить, уха не получится. Рыбный суп будет.

 Когда все было готово, дед выложил в отдельную миску  вареную рыбу и круто посыпал ее солью. Юшку с потрохами разлил в большие кружки. Рыбу  мы ели, запивая ароматным наваром, под песни,  раздающиеся из транзистора. предусмотрительно прихваченный мною.

Вечером я первый забрался в палатку и захрапел. Во сне приснились женщины. Они сидели у нашего костра  и смеялись. Когда я открыл глаза, женские голоса не исчезли, они явно были рядом. Не доверяя слуху, высунул голову из палатки. Ба! Рядом с Григорьичем сидели две женщины. Я тут же выбрался из палатки и подсел к ним. Молодухи  наперебой стали объяснять мне, что два дня назад их мужья уехали на рыбалку. В какой – то момент им стало скучно, вот они и поплыли к своим рыбакам. Проходя мимо нашего стана, услышали музыку. Решили посмотреть, кто это ночью  на берегу таежной речки так веселится.

– Вот познакомились с Григорьичем – хороший мужик, водки налил! – сказала одна из них

Мы стали расспрашивать их: откуда они, где работают. Так за разговорами и просидели до утра.

– Надо хоть с часок поспать, – сказал украдкой напарник. Проводи гостей...

Пришлось молодухам намекнуть, что  загостились. С большой неохотой подружки  оставили нас.

            Перед обедом пошли снимать сети. Поймали два мешка  сороги.

            – Не зря с женщинами провели ночь, – улыбался Григорьич.

            На берегу  тут же занялись засолкой пойманной рыбы, сушкой сетей.  За делами не заметили, как прошел день. Решили остаться еще на одну ночь. Тем более, что спиртное еще не кончилось. Вечером, по обычаю, включили транзистор.

            - Опять баб накличишь, – заворчал Григорьич. - Отдохнуть не дадут.

            Слова напарника оказались пророческими. В полночь затарахтела у берега моторка. В свете костра мы узнали наших старых знакомых. С ними были еще две женщины.

            – Мы вам своих подружек привезли. У них тоже мужики куда – то подевались.

            – Своих – то не  нашли?

            –  Зачем?  Сами найдутся.

             Пришлось вновь организовывать гостям закуску и выпивку.

            – Я тебе говорила, что мужики добрые, – толкнула в бок подружку знакомая  хантыйка, – давай помогу водку разлить по кружкам, – и она по – хозяйски стала руководить застольем.

 Так прошла еще одна ночь: с музыкой, песнями, интересными  рыбацкими рассказами. К утру,  водка  закончилась.

            – Подождите, мы сейчас сгоняем  в поселок за спиртным и вернемся.

Не дожидаясь  ответа, подружки сели  в лодку и тут же исчезли за поворотом.

            – Слава богу, отвязались,– облегченно вздохнул  дед, – давай домой собираться.

            Через полчаса мы благополучно причалили к лодочной станции. К своему удивлению, здесь опять наткнулись на  знакомые лица.  Увидев нас, женщины бросились к нам:

            – А  мы к вам собрались. Вот уже затарились, –  показали рюкзак с водкой и продуктами.

– Что будем делать? –  я посмотрел на Григорьича.

            – Как что? Конечно, гулять! Нельзя обижать женский пол!

            Возвращались на старую стоянку двумя лодками. Праздник продолжился. Мы в компании веселых женщин ловили рыбу, варили уху, слушали музыку, пели песни. Расставались, словно родные, клялись  встретиться снова. К сожалению, больше своих товарок не встречали. А жаль. Веселые были бабы.

 

 

СУДЬБУ НЕ ОБМАНЕШЬ

 

В июле, что называется, на Оби «мертвый сезон». Рыба не ловится. Отметав икру, она жирует на заливных лугах. Зная об этом, товарищ то и дело нашептывал мне, что де на песчаных косах нет – нет, да попадает морская нельма. Морской ее называют местные жители, потому что в это время она  из бассейна Карского моря идет  в наши края на нерест. Наконец, я не выдержал:

            – Уговорил!

            … Прошли  острова «Овечки», «Аист».  На Оби все рыбные места называются оригинальными именами. Например, «Овечка», «Аист», «Турпан».

            С высоты птичьего полета они действительно похожи на животных и птиц. Неожиданно на крутояре увидели  в тальнике лодку. На ней виднелся мотор «Хонда – 60». Очень мощный лодочный мотор.

            – Вот это фокус, – присвистнул я, – как же ее угораздило?

            Причалили к берегу. Поднялись в гору. То, что мы увидели,  напугало и насмешило нас: за рулем сидел вдрызг пьяный мужик. Все лицо его было в ссадинах и крови. Увидев нас, он жалобно выдохнул:

            – Мужики, снимите меня отсюда. Меня черт затащил сюда, - немного подумав, добавил: – нет, скорее водка. Помню – плыл, затем поворот к острову… и очнулся уже здесь. Заберите бутылку у меня, а то выкинуть самому сил не хватает.

            Мы помогли бедолаге стащить лодку  на воду и с чувством выполненного долга забрали у него спиртное. Не прощаясь, тронулись дальше.

             – Плохое начало, – ворчал Григорьич, – не будет нонче рыбалки.

            Так оно и случилось. Первым же сплавом сели на задеву. Пока снимались, порвали сеть. Вторым  сплавом собрали, казалось, весь мусор, который был в реке. В результате почти всю ночь напролет трясли провязы. Наконец, сети вычистили, но к утру так умаялись, что легли спать прямо на берегу под корягой.

            Проснулись часа через два. Быстро попили чаю и снова  на плав… Однако день, видимо, был не наш. До вечера промаялись безрезультатно. Григорьич, расстроившись совсем, предложил двигать в сторону дома.

            – Может, выспимся сначала, – возразил я ему, – ведь толком уже вторые сутки без сна.

            – Ерунда, – отмахнулся старый рыбак, – бывало и по три ночи не спали и ничего. Сейчас по соточке накатим и махнем на лодочную. Как раз успеем  к утреннему поезду. Сейчас белые ночи, так что все будет нормально.

            Спорить с товарищем  не стал. Быстренько сгоношили стол, налили заработанные сто граммов, закусили и –  в обратный путь. Вначале весело переговаривались, шутили, пытались даже петь песни. Но усталость брала свое: глаза слипались, руль слушался плохо. В какой – то момент я на секунду закрыл глаза и тут же почувствовал удар о берег. Посыпалась земля, мотор заглох. Чертыхаясь, выбрались из лодки. На дне полно земли, лобовое стекло разбито вдрызг,  дыра выше ватерлинии. Стараясь, не глядеть друг на друга, до утра чистили плавсредство. Наконец, усталые легли отдохнуть.

            Проснулись, когда солнце клонилось уже к закату. Приготовили обед. Я достал остатки водки и вопросительно посмотрел на Григорьича. Тот, молча забрал у меня бутылку и вылил содержимое в костер. Я опять не возражал.

             Проплывая мимо «Овечки», не сговариваясь, повернули голову в сторону аварии коллеги: берега.  Там никого не было.

            – Да, бутылка – то оказалась и нам лишней, – резюмировал Григорьич, – всегда почему – то думаешь, что несчастный случай может быть только с соседом, а не с тобой. Ан, нет! Судьбу не обманешь.

            Эту заповедь я  усвоил на всю жизнь.

 

СИБИРСКИЙ АИСТ

 

Весной отправились по протоке в сор, где ловился неплохой карась и было кормовое озерцо, куда всегда садились утки отдохнуть – сезон весенней охоты еще не закончился. Взяли знакомого, который очень хотел побывать на обских просторах. Место было обжитое: останавливались там несколько раз.  Смастерили стол, установили таган, расчистили территорию под палатку.

Обустроились, поставили сети и разошлись по скрадкам попытать удачу в охоте. К вечеру стало ясно, что утятиной полакомиться не удастся. Стаи летели ходом – то ли были уже напуганы другими охотниками, то ли присмотрели другое озеро. Довольствовались ухой из пойманных карасей и домашними припасами, которые обычно берем в дорогу на первое время.

Поскольку дел оказалось немного, решили расслабиться по русскому обычаю. После очередной рюмки, Григорьич завел свою коронную байку о прошлой жизни, когда рыба сама выпрыгивала из воды в руки рыбаков, дичь можно добыть прямо в собственном огороде, а люди были все бессребренники. Чуть позже, обидевшись, что его плохо слушают, отправился проверять сети. Вернулся на гребях – мотор никак не хотел заводиться.

Виновато пробормотав, что утро вечера мудренее, залез в палатку и захрапел. Почертыхавшись, мы тоже забрались отдыхать, понимая, что в данное время ничего изменить не можем.

Утром не обнаружили деда в палатке.

– Чай, небось, готовит. Чувствует вину за вчерашнее, – толкнул меня в бок сосед.

Однако,  у костра Григорьича не было. Не было его и около лодки: подумалось – ремонтирует мотор. Сонное состояние быстро улетучивалось. А когда я не обнаружил его и в скрадке, заволновались. Конечно, ничего плохого не предполагали – тот слыл опытным таежником и бывал в ситуациях покруче. Но все же выстрелив из ружья, стали ждать.

Совсем рассвело. Оглядываюсь вокруг –  все как обычно. Тот же бор напротив протоки, блестит на утренней зорьке поверхность озера, одинокая береза покачивает свои ветки, на которых набухают почки. Стоит банка, наполненная за ночь березовым соком.  Поднял глаза на макушку дерева, там много лет пустует громадное гнездо местной достопримечательности – орлана белохвоста. 

Гнездо показалось мне не таким, каким должно быть. Подойдя поближе,  не поверил себе. Свернувшись калачиком в нем сопел… Григорьич. И это на высоте более трех метров!

– Дядя, ты чего там - яйца высиживаешь? – поинтересовался я.

Сопение прекратилось.

– Вы так храпели, что сбежал, – как ни в чем не бывало, спускаясь на землю, промолвил пропавший.

– Как же ты залез туда?  И зачем?

– Бзик у меня такой – на дерево тянет, когда разнервничаюсь, – по секрету поведал он, – поэтому частенько сплю у дерева, а тут гнездо такое манящее…

Вскоре отремонтировали мотор и спокойно вернулись домой.

 

ДРУГ НАВЕК

 

 За два дня  рыбалки добыли по рюкзаку  белорыбицы (так Григорьич называл ценные породы рыб) и  несколько мешков налима. 

 С вечера из нельмушных голов и хвостов  сварганили  котелок ухи, но одолеть его  не удалось. Много! Утром остатки ухи дед взял с собой в лодку.

– Пригодится, если задержимся в дороге, –  резюмировал он.

Плывем на лодке вдоль луговой стороны  Оби. На берегу неожиданно увидели мужика с  двумя закидушками. Рядом  стоял шалаш из веток. Мы подошли к берегу.

.– Мужик, слышь, хочешь ухи из нельмы? Осталось полкотелка. Выливать жалко.

Рыбак недоверчиво посмотрел на нас – откуда такая благотворительность?

– Тащи емкость.

Рыбак мигом принес  трехлитровый бидончик, и  наше варево  благополучно перекочевало в его посудину.

– Ребята, у меня выпить есть, может, по рюмке? Мы были не против.

Через  полчаса стали, друзьями навек.

–  Вася, – так звали новоиспеченного знакомого, – может, налимов возьмешь?

– С  удовольствием. А то за целый день ничего не поймал.

– Забирай  мешок.

– Серьезно? Вот это подарок. Да я, я …, – от избытка чувств рыбак не мог ничего сказать.

– Теперь три дня буду пировать, а  дома   рассказывать, как налимов на закидушки ловил.

Расстались  друзьями навек.

 

 


7 мая 2015

3 лайки
0 рекомендуют

Понравилось произведение? Расскажи друзьям!

Последние отзывы и рецензии на
«зеленые человечки»

Иконка автора Николай ТауНиколай Тау пишет рецензию 9 мая 8:01
Алкогольная тема раскрыта полностью. Пока читал, чуть сам алкашом не стал. Андроповка зеленая стоила 4,70 кажется. Я ишо застал. Самогонку больше не пью, как в деревне траванулись. Зеленые человечки канешно жесть...
Перейти к рецензии (0)Написать свой отзыв к рецензии

Просмотр всех рецензий и отзывов (1) | Добавить свою рецензию

Добавить закладку | Просмотр закладок | Добавить на полку

Вернуться назад






© 2014-2019 Сайт, где можно почитать прозу 18+
Правила пользования сайтом :: Договор с сайтом
Рейтинг@Mail.ru Частный вебмастерЧастный вебмастер