Поворот

                Забрали  меня  прямо    с  работы.   С  автомобильной  мастерской,

которую  держал  на  пару  с  приятелем.

                Двое  вежливых  зашли,  предъявили   удостоверения,  предложили 

пройти.   Десять  лет, с  момента  возвращения  из   этого  стреляющего  и

взрывавшегося  ада  Шматландии,  ждал,  когда,  наконец,  доберуться.  Добрались.

               Долгий  у  них  вышел  путь.   Нет, чтобы тогда,   когда  был  героем

страны, с  онемевшим  мозгом,   достигнув  совршенства   в  искусстве  выживания.

Впрочем,  нет.   В  те  времена  их ждала  бы  верная  мгновенная  смерть  от  моей 

руки.  Включился  бы сигнал  опасности,  и  поминай,  как звали.   

              Сейчас   отошел.   Семью  завел, жена,  двое  детей.   Работа,  а  то

наградные  и  боевые   заканчиваются  быстро.   Неплохо  удалось  вложить.

            Ну,  и  любовь,  конечно, страсть.   Хорошо  ли  ей  со  мной  было?

«Ты   прямо  зверь»,  -   доводилось   слышать.  Считал  комплиментом,   а  на

самом  деле,  кто  знает.   Мало  нежности   ей  давал,  с  полоборота   заводился.

            Дети   тоже   отогревали.   Просто   слезы  внутрь лились, когда видел, как

растут.    Сыну  девять,  дочери  три.  Милые.

           Без  меня  им  теперь  придется.  Разошлись  пути.  Десять   лет  длился  сон.

А  теперь  придется  проснуться.

          Доставили  сразу к  следователю.    Тот   был  предупредителен  и  вежлив.

          - Мне  самому  нелегко  от  такой  ситуации,  -   разводил он  руками,  - 

Но    государство   вынуждено  поступать так,  как  поступает.  Была  Всеславия,

стала  Новославия.  Мы  стремимся  вернуться   в   систему  Цивилизации,  которую,

 в   свое   время,  пришлось  покинуть.  Это  необходимо для  того,   чтобы  люди 

могли   нормально  жить.   Все  имеет  цену.  Кое-что  уже заплачено,   но   теперь 

требуется  показать,  что   мы  сами  осуждаем  то, что  начали    более   десяти  лет

 назад.   Нам   приходится  наказывать   исполнителей,  которых  еще   вчера 

 считали  героями.

         -  Список  большой?  - поинтересовался  я.

         -  Очень,  -   согласился  следователь,  -  Возможно,  придется  строить новую

«зону».    Специально  для  тех, кто  участвовал.

         -   Похоже, мне  быть там  новоселом?  -  жалкий  лепет    оправдания  стал

забавлять.

        -   Извините,- поник  головой  следователь,  - Предлагаю    приступить   к 

формальностям.

       Он   задавал стандартные   вопросы, я  отвечал.

         - Вы  раскаиваетесь  в   том,   что   совершали?,  -   неожиданно 

поинтересовался   он.

         -  Нет!   - уверенно ответил  я,  ощущая  восторг  самоубийцы, -   Был

мобилизован.   Делал  все,  чтобы не  погибнуть.   Судя  по   заслуженным  наградам,

в  этом  преуспел.

         - Беда  в  том,   что  подписали  контракт,  -   горько вздохнул собеседник,  -

С  того момента  вся   ответственность   легла  на  вас  лично.

        -   Да,  -  пришлось  согласиться, -   Сделал  глупость,  оказался  недогадлив,

считал простой  формальностью  и  очень  не  хотелось  в  тюрьму.

        -  Так   случилось,  что  государство   отказалось   брать  на   себя

ответственность   за   действия  своих  солдат,  -   сделал    вывод  следователь,   -

Вам   грозит   до    пятнадцати  лет,  -  предупредил   он,  -  Поэтому   раскаяние

очень важно,  несомненно,  учтут.    Подумайте  о своей   судьбе.      .

        -  А вы  раскаетесь,  когда  придет  ваша  очередь?  -   неожиданно  спросил  я.

        Собеседник    вздрогнул,  но  быстро    взял  себя   в  руки.   

       -  У  меня   табельный  всегда  при  себе, -   уверенно  произнес  он,  -   На

вашем   месте  постараюсь  не   оказаться.

       -   Вот  и   я  не   раскаюсь,  -   пора  было  закрывать   эту  тему.

       -   Жаль,  -  еще  раз  вздохнул   следователь,  -   Я сочувствую,   но  ничем

помочь   не  могу.   Вынужден  поступить  в  соответствии    служебному  долгу.

       Я  попросил  о телефонном  звонке  домой.   Он  согласился  с  такой

угодливостью,  что  выдал   внутреннее   чувство  соучастника  мерзкого  дела.

       Я  сказал  жене   снять   деньги  со всех моих  карт,  подать  на  развод, забыть

обо мне  и  заботиться  о   детях.  Мертвая  тишина  на  той   стороне   подтверждала,

что  все  поняла  и  сделает,  как  нужно.

       А  меня  ждала   новая  жизнь,  и  просыпался    спящий  зверь.    

 boris67