он так и не узнал...

  Спать хотелось очень. Глаза закрывались, а всё еще бодрствующий мозг умолял прекратить надругательство над схемой бытия жаворонка. Однако выбора не было, потому что он всё для себя решил. Такси подъехало точно по графику, в 4 утра.
   Таксист был меланхоличен. Хороший парень, который не придумал ничего лучше. Но есть для кого  и экономить на одежде. Это важно, позавидовал он, и уложив между ног черный рюкзак, захлопнул дверцу. Корейская вариация джипа поехала по адресу.
   Он волновался, смотрел в окно и волновался. Экзамен по вождению самолета в Мячково, прыжок на лыжах с вертолета в Альпах, бомбежка в Сухуми. Это всё были обстоятельства и самолюбование, а сегодня он шел на поступок. Бессмысленный и глубокий, беспощадный и поверхностный. Очень поверхностный и очень глубокий.
   До цели оставалось метров двести, он накинул на голову капюшон и опустил руку в рюкзак. Цилиндры внутри рюкзака чуть нагрелись. Было ощущение, что понимают что им предстоит сегодня. Этот мир требует взрыва. И он его получит. По его сценарию такси должно было остановится на безопасном расстоянии и потушить фары. Если всё сложится удачно, спустя минут двадцать он бы хотел вновь очутиться в кресле пассажира рядом с сорокалетним на вид меланхоликом и отправится восвояси. Впереди была широкая автострада, по ней можно будет уходить на хорошей скорости. Он стал одевать перчатки и посмотрел на шофера: "Вот здесь остановите, пожалуйста". Машина остановилась у цветочного ларька. С особой бережностью он надел на спину рюкзак и снова посмотрел на водителя. Мелькнуло сомнение, что вдруг денег будет недостаточно, чтобы таксист выполнил свою задачу точно. Ведь, слава Богу, остались в этом мире не проститутки и не клиентооринтированные люди. Вдруг человек за рулем не захочет стать его подельщиком за хорошую сумму денег. Вдруг он путает гражданскую позицию и гражданскую оборону. Он снова скинул капюшон и посмотрел на водителя: 
- Мне сорок пять, я сильно провинился перед женой и она ушла к своей маме. Сегодня я хочу сделать нечто такое, что заставит ее вернуться. Вот только это не совсем законно. Мне нужно чтобы вы выключили фары и подождали меня минут двадцать. Если я не поднимусь к машине вон от того подъезда, уезжайте. 
Шофер смотрел на него странно и молча. Странность состояла во внимательности и в нечто похожем на понимание.
- Мне сорок. Я вас понимаю. Вы хотите забраться к ней в окно? Какой этаж?
- Восьмой...
- Вы уверены?
- Мне без нее не жить, да и в горах я с детства...
- Удачи Вам, вы молодец...я вас жду...
   Идти на такой поступок с чувством стыда перед обманутым водителем оказалось как-то неловко. Но нужна была машина, готовая нырнуть в московскую ночь, а гадать какая версия правды не напугает таксиста времени уже не было.
   Он шел вдоль стены дома, максимально быстро пересекая открытые пространства. Достигнув плановой точки, он стал вытаскивать из рюкзака свой криминальный реквизит и осторожно класть на асфальт. По дороге промчались две полицейские машины с мигалками. Для начало пятого утра странно, то пока в действиях криминала не было, а с дороги его было не видно. Он выдохнул и начал сборку.
   Спустя ровно семнадцать минут всё было готово, он распрямился и начал снимать перчатки. Их предстояло выкинуть вместе с упаковкой и кусками изоленты в мусорный бак где-нибудь по дороге. В ближайшем они могли стать ненужным свидетельством.
К машине он подошел не оглядываясь. Двигатель работал и они тронулись раньше, чем он успел закрыть дверь. Водитель был счастлив и возбужден:
- Получилось?
- Да...
- Как здорово...прикрутить цветы к подоконнику на  такой высоте - это поступок. Спасибо вам.
   Вот ведь. Романтик попался. С очень развитой фантазией к тому же. Весь сценарий сам придумал и остался счастлив. Здорово. Почему-то сожаления, что ввел хорошего парня в заблуждение уже не было. Наверное потому, что парень за рулем псевдоджипа сейчас был не внутри его истории, а раскручивал в голове свою.
   Домчались просто на крыльях. Водитель болтал без умолку, а пассажир смотрел в окно и волновался. Очень волновался. Последний звук, который он запомнит из той ночи, был хлопок автомобильной дверцы.
   Всё сделанное той ночью на пороге рассвета было раскрыто спустя всего несколько часов. Жертв не было. Просто перед подъездом вполне себе элитарного дома в элитарном квартале были написаны огромными буквами очень простое слова: Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ...ОЧЕНЬ...
Шрифтовое решение, три использованных любимых ею цвета и фирменное многоточие, не оставляли шанса на анонимность. Да и зачем она, когда о чувстве хочется кричать.
   Он сладко спал до десяти и так и не узнал, что водитель такси по дороге домой купил огромный букет цветов своей жене. И повода иного чем любовь и желание дарить ее у него не было.

 Олег Жданов