ПРОМО АВТОРА
Игорь Осень
 Игорь Осень

хотите заявить о себе?

АВТОРЫ ПРИГЛАШАЮТ

Олесь Григ - приглашает вас на свою авторскую страницу Олесь Григ: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
kapral55 - приглашает вас на свою авторскую страницу kapral55: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
стрекалов александр сергеевич - приглашает вас на свою авторскую страницу стрекалов александр сергеевич: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Сергей Беспалов - приглашает вас на свою авторскую страницу Сергей Беспалов: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Дмитрий Выркин - приглашает вас на свою авторскую страницу Дмитрий Выркин: «Вы любите читать прозу и стихи? Вы любите детективы, драмы, юнорески, рассказы для детей, исторические произведения?»

МЕЦЕНАТЫ САЙТА

станислав далецкий - меценат станислав далецкий: «Я жертвую 20!»
Амастори - меценат Амастори: «Я жертвую 20!»
Амастори - меценат Амастори: «Я жертвую 100!»
станислав далецкий - меценат станислав далецкий: «Я жертвую 10!»
Михаил Кедровский - меценат Михаил Кедровский: «Я жертвую 10!»



ПОПУЛЯРНАЯ ПРОЗА
за 2018 год

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Папина сказка

Автор иконка Galaolga
Стоит почитать Семечко - сказка

Автор иконка Андрей Штин
Стоит почитать Кошки Вайнер

Автор иконка Василий Шеин
Стоит почитать Живые маски. "Машкерад при императрице&#...

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать Начало жизни

ПОПУЛЯРНЫЕ СТИХИ
за 2018 год

Автор иконка Василий Зелёнкин
Стоит почитать Господи, как хочется любви!

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Пригласил Бычок в свой дом

Автор иконка Анастасия Денисова
Стоит почитать ВТОРАЯ НОЧЬ...

Автор иконка Sall Славикоf
Стоит почитать БЕЗОТВЕТНАЯ ЛЮБОВЬ

Автор иконка Сутулов Эдуард
Стоит почитать СТЕРЖЕНЬ

БЛОГ РЕДАКТОРА

ПоследнееРазвитие сайта в новом году
ПоследнееКручу верчу, обмануть хочу
ПоследнееСтихи про трагедию в Кемерово
ПоследнееСоскучились? :)
ПоследнееИтоги конкурса фантастического рассказа
ПоследнееПоздравляем с Днем защитников Отечества!
ПоследнееАнализ литературного текста

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К ПРОЗЕ

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Отличное сравнение про улыбку " к произведению Мысли и домыслы... (12)

Editor7Editor7: "Уважаемый Вадим, Ваша конкурсная книжка готова!! Куда высылать..." к произведению Боюсь, что и ты обретешь лицо

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Похоже на практикум по основам гигиены ..." к произведению Колобок 2.0

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Обидно, когда за порядком доверяют следить тем кадрам, которым это до ..." к произведению Три правдивые истории

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Познавательная история - интересные вещи легко читаются. Каждый раз уд..." к произведению Поцелуй со смертью

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Люди стремятся к счастью, не зная, чем оно для них является) Это - изв..." к произведению В погоне за счастьем

Еще комментарии...

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К СТИХАМ

Александр ЕфремовАлександр Ефремов: "Спасибо!" к рецензии на в р е м я

Александр ЕфремовАлександр Ефремов: "Благодарю Вас за отзыв!" к рецензии на Ц Е Л И Т Е Л Ь

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Богатые образы, сильное произведение. Когда лириче..." к стихотворению в р е м я

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Высокий, тонкий образ... Чистый свет проясняет про..." к стихотворению Ц Е Л И Т Е Л Ь

Владимир ГорбачёвВладимир Горбачёв: "Политика никак не может без обмана И в этом суть е..." к рецензии на Субъективизм

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Актуальная проблема в наши дни: вещать по ярлыкам,..." к стихотворению Субъективизм

Еще комментарии...

ПОЛЕЗНОЕ

СОВРЕМЕННАЯ ПРОЗА

"Прошли те времена, когда бумажная книга была единственным вариантом для распространения своего творчества. Теперь любой автор, который хочет явить миру свою прозу может разместить её в интернете. Найти читателей и стать известным сегодня просто, как никогда. Для этого нужно лишь зарегистрироваться на любом из более менее известных литературных сайтов и выложить свой труд на суд людям. Миллионы потенциальных читателей не идут ни в какое сравнение с тиражами современных книг (2-5 тысяч экземпляров)".

Читать подробнее »

Мы в соцсетях



Группа РУИЗДАТа вконтакте Группа РУИЗДАТа в Одноклассниках Группа РУИЗДАТа в твиттере Группа РУИЗДАТа в фейсбуке Ютуб канал Руиздата

О ЛИТЕРАТУРНОМ САЙТЕ РУИЗДАТ

"Автор хочет разместить свои стихи или прозу в интернете и получить читателей. Читатель хочет читать бесплатно и без регистрации книги современных авторов. Литературный сайт руиздат.ру предоставляет им эту возможность. Кроме этого, наш сайт позволяет читателям после регистрации: использовать закладки, книжную полку, следить за новостями избранных авторов и более комфортно писать комментарии".

Читать подробнее »


Полонез Огинского

Драма

52 просмотров
0 рекомендуют
9 лайки
Возможно, вам будет удобней читать это произведение в виде для чтения. Нажмите сюда.
Из сборника "Так мы жили"

          - Степанова! Эй, Степанова! Ты где там?
        Галка Степанова выгребает из товарняка совковой лопатой остатки гравия, который еще вчера привезли к платформе, а только сегодня выгрузили, чтобы ссыпать его под полотно на насыпь.
         - Да где ты, черт тебя задери, Степанова! – задрав голову, кричит бригадир  с придорожного кювета.
         -  Ну? Чё разорался-то? – спокойно вопрошает Степанова, появившись  в проеме.
         - В контору тебя вызывают, вот что.
         - Чё я там забыла?
         - Вызывают, значит, шлепай и не вякай попусту. Брат там к тебе приехал.
         - Какой еще такой брат? 
         - А я знаю? Приехал, значит, и приехал.
         - Володька, стало быть, объявился! – сказала Степанова и, воткнув в кучу гравия лопату, спрыгнула на платформу. Потом сняла рукавицы и засунула их за пояс.
         «Вот еще Володьки тут не хватало!» – сердито подумала и пробурчала недовольно:
         - Значит, отыскался, брательник! Самое время для визитов.
         Однако пошла, на ходу подмазывая помадой запекшиеся губы.
         Своего брата Володьку Галка Степанова не видела с тех пор, как добрые люди разлучили их после смерти матери, разославши по разным детским домам. Её отправили  в Челябинскую область, а его оставили тут, в Горнозаводске. Галке было уже  десять, а ему всего четыре годика. Только и помнит Галка, как ревел Володька, когда толстомордая  женщина, похожая на мужика, волокла её к воротам, за которыми стоял зеленый грузовик. Володька вырывался из рук директрисы местного детдома и орал что есть силы:
        - Няни Гани хосю-у!
Ревел и кричал, но вопли  его не доходили до чиновничьих  ушей.
         Галка сильно тосковала по маленькому братишке, несколько раз писала на адрес горнозаводского детдома. Ответов, понятное дело, не получала. Уже отучившись в ПТУ и получивши свою первую зарплату, Галка приехала в Горнозаводск, чтобы забрать брата из детдома. Ей сказали, что брата в детдоме уже давно нет: усыновили какие-то хорошие люди. Кто эти люди, что они собой представляют, Галке, конечно же, не сказали: тайна усыновления. Поплакала Галка, потужила, да и устроилась работать  здесь же, в Горнозаводске. Побегала по разным конторам в поисках работы. Да кому она была нужна, соплюшка-пэтэушница?  Местная инспектриса из детской комнаты милиции пожалела девчонку. «Поезжай, - говорит, - в Чусовой. Там, - говорит, - прямо на станции узнай, где набирают рабочих в СМП. Это строительно-монтажный поезд, который занимается строительством железных дорог. Только просись на тот участок, который Горнозаводский район обслуживает».
Галка так и сделала. То есть, поехала в Чусовой, нашла там контору  этого самого строительно-монтажного поезда, стала устраиваться на работу разнорабочей.  А кем еще? Пэтэушная специальность у нее – маляр-штукатур. А в СМП такие кадры не требуются. Устроилась, пошла к начальнику поезда подписывать направление. Тот посмотрел на Галку и говорит:
          - А чего ты, Степанова, к нам сюда из Челябинска приехала?
          - Брат у меня тут где-то живет. Хочу его найти. За один день не найдешь. Буду работать, может, что и разузнаю о нем.
          - Это ты правильно мыслишь, - сказал начальник. – Только зачем же тебе в разнорабочие подряжаться? На трассе работа очень тяжелая. Мужики еле справляются, а ты, вон, какая пичужка. А у тебя специальность. Между прочим, очень даже приличная. Отправлю-ка я тебя пока на станцию. Там  и для маляров работа найдется.
          И выписал направление в бригаду отделочников на станцию Чусовская в качестве маляра-штукатура с соответствующим сдельным   окладом.
          Ну, вот поселили Степанову в железнодорожном общежитии, то есть, в специальном купейном вагоне, приспособленном под общежитие. Хорошо устроилась Галка Степанова. 
          В малярной бригаде помимо Степановой еще трое работали: Роза, татарка, чуть старше Галки, тетка Нюра – баба неопределенных лет, и Василич, бригадир и запойный пьяница. 
          Роза была из местных татар. Говорила она всегда мало и держалась на людях тихо и скромно.  Впрочем, и работала тоже более даже, чем скромно. Уставала быстро. 
          Тетка Нюра хорошо работала, быстро и качественно. Однако и трещала она без умолку тоже весьма качественно. За смену, бывало, перемелет косточки всем, кого повстречает за день, и кого просто так вспомнит.
          Василич вообще никак не работал.  К концу рабочего дня появлялся на объекте изрядно  «под мухой» и, весело потирая руки, подскакивал к своим работницам и норовил каждую хлопнуть по заду.
          Роза испуганно шарахалась от него, тетка Нюра игриво хихикала. Галка Степанова возмущенно таращила глаза:
          - Руки уберите!
          - А то что? – обыкновенно спрашивал Василич.
          - А то могу и по морде дать! – обещала Галка.
          В день первой зарплаты Галка, как и полагается, накрыла для бригады поляну: бутылку водки, палку колбасы и бычки в томате.  Все чин-чинарем.  Василич и тетка Нюра очень одобрили сей жест доброй воли. Они же, в основном, всю поляну и оприходовали.
          - Ну, теперь ты у нас прописана, как полагается, - довольно объявил Василич и полез целоваться. Галка влепила ему оплеуху.
          Вот после этой оплеухи и пошли у неё проблемы.
          Сначала бригадир скостил ей заработанные квадратные метры. И в итоге за месяц Галка получила даже  меньше Розы. Потом поползли по общежитскому вагону слухи, будто Степанова крутит перед Василичем глазки и домогается его расположения. Галка сразу же докумекала, откуда ветер подул. Но не стала выяснять отношений. Просто проигнорировала – и всё. Только тетка Нюра  на этом не угомонилась. Принялась она чехвостить и позорить Галку где ни попадя. В вагоне, само собой, на объектах. Где народу поболе соберется, ну,  она давай материть на всю округу:
          - Эта шлюха подзаборная детдомовская мало бригадиру проходу не дает, так она и к мужикам в депо шляется. Гляди, занесет в вагон какую заразу! – Ну и все в том же духе.
          Однажды не выдержала Галка да и брякнула прилюдно в сердцах:
          - Подкараулю, сволочь, задушу, как собаку!
          А недели через две тетку Нюру действительно нашли задушенной под пешеходным мостом через  железнодорожные пути. Понятное дело, сразу же Степанову и загребли. Галка ни слухом, ни духом про это дело, а её и слушать не стали. Мол, все слышали, как грозилась. Свидетелей тьма.
          В предвариловке Галка жаловалась товаркам:
          -Лучше бы я её взаправду задушила. Хоть знала бы, за что сижу.
Потом адвокат уговорил её признаться в убийстве в состоянии аффекта. Дескать, не знала, что творила, была в состоянии невменяемости. Если так признаться, то дадут только пять лет. А если  не признаваться ни в чем, то все равно засудят за убийство. А за то, что не раскаялась, дадут все пятнадцать.
          Ну, Степанова так и сделала, как посоветовал адвокат. Ей действительно присудили всего пять лет колонии общего режима. Полгода из них она проторчала в предвариловке, потом ей  скостили год  за примерное поведение. И вышла на свободу Степанова бывалым и прошаренным человеком во всех отношениях. Вернулась, естественно, в родные места. На работу её, мастера маляра-штукатура, по причине судимости никуда не брали. Поэтому она опять отправилась в СМП. Там на работу принимали всех.
            Когда Степанова последний год чалилась на зоне, неожиданно получила  из Ижевского горисполкома письмо, в котором значилось, что интересующий её гражданин Степанов Владимир Иванович в настоящее время  живет в городе Глазове Удмуртской АССР под фамилией Дубровский и учится в специальной спортивной  школе Всесоюзного общества ДОСААФ. Еще был указан адрес этой школы.
            Получила тогда Степанова это письмо и расплакалась. Где они раньше-то были, эти люди, которые письмо прислали? Запрос-то ведь отправлен когда еще был? До суда. Когда мечтала она хоть краем глаза взглянуть на родного человечка. А теперь к чему все это? Брательник-то, видать, толковым человеком стал, если в таком заведении учится. Может быть, знаменитым спортсменом станет. А она кто?..
И вот он все-таки объявился, значит. Его, что, не просветили насчет нее? Или он явился лишний раз её припозорить: дескать, я – вон кто, а ты род родительский позоришь. Даже фамилию, видите ли, сменил. Может, наоборот, пожалеть вздумал? Опеку над ней взять, уму-разуму поучить? Да пошел он!.. 
            Она увидела Володьку  сразу, как только вошла в кабинет к начальнику объекта. И он тоже увидел её. Вскочил со стула и шагнул в её сторону.
            - Ну, чё, привет, брательник! – с порога брякнула она, напустив на себя приблатненно- развязный  тон.
            - Зд..  здравствуй..  те! – обескураженно промямлил он и растерянно посмотрел на начальника.
            - Ну, ты, Степанова, давай, кончай этот цирк! – прикрикнул на неё начальник.  – Человек чёрти откуда к ней приехал, а она дурочку из себя  корчит.
            -  Нет, нет! Не надо на неё! – замахал руками брат. – Я вовсе… я понимаю…
            - Ну, вы, вот что, тут поговорите про меж собой, а я прогуляюсь на объект, - махнул рукой начальник и вышел из кабинета.
            Степанова прошла вглубь кабинета и уселась на стул напротив Володьки. И он присел на тот же стул, на котором сидел прежде, дожидаясь её.
«Как он удивительно на мать похож, - подумала Галка. – И чего это он в военной форме? Служил, что ли? Ну да, как раз и года ему подошли, что отслужить должен».
Галка отвела от него взгляд в сторону и увидела в углу возле двери чемодан какой-то странной формы.
            - Эт, чё, твой? – спросила она, кивнув головой в сторону чемодана.
            - Ну да! – сказал он. – Я же сразу с поезда сюда прямо.
            - А почему он такой какой-то?
            - Так это же  футляр для баяна. Там баян в нем.
            - И ты умеешь играть на нем?
            - Не, еще не умею. Только учусь.
            - Зачем?
            - Нравится.
            - А чё, у тебя фамилия будто другая? – неожиданно спросила  Галка.
            - Ага! – кивнул Володька головой. – В том-то вся и загвоздка. Меня же из детдома почти сразу взяли в семью. Фамилию свою дали. А я маленький был: нашу фамилию забыл. Или не помнил. В общем, всю жизнь Дубровским и прожил. Это уже после школы мне мою настоящую фамилию объявили, когда в армию призывали.
            - А родители твои где? Ну, которые тебя усыновили?
Володька махнул рукой:
            -  А нет никаких родителей. Поигрались мной до школы, а потом опять в детдом возвратили. Только уже в другой. Они же меня сразу в Удмуртию увезли.
            - И ты все это время тоже был в детдоме?! – воскликнула Галка.
            - Ну, не все время.  Я в школе лыжным спортом увлекся. Потом меня в спортивный интернат отправили. Да, ладно, что мы все обо мне да обо мне. Расскажи, лучше о себе. Я же о тебе ничего не знаю…
            - Нечего мне рассказывать! – резко перебила его Галка. – И вообще, зря ты сюда приехал.
            - Почему?
            - Потому! Не нужна тебе такая сестра.
            - Какая такая?
            - На зоне я, братишка, отмантулила четыре года, пока ты на воле чемпионил. Так что, валяй ты назад, откуда приехал!
            - Назад не получится.
            - Это еще почему?
            - Во-первых, службу проходил я аж на Дальнем Востоке. Это очень далеко. А в Ижевск, откуда я призывался, я еще из части написал, что поеду к сестре на Урал.
            - Ну, и что?
            - Ну, и всё. Тут я решил остаться. Здесь, как-никак, моя родина.
            - А работать где собираешься?
            - Как где?  В СМП, конечно.  Заявление я уже написал.
           Определили Владимира в ту же бригаду укладчиков полотна, в которой работала Степанова. Поскольку Галка наотрез отказалась приютить родного брата в своем вагончике, то его  определили к мужикам  в барак, который официально именуется общежитием. И днем, и ночью житье в этом бараке, прямо надо сказать, нескучное: пьянки, гулянки и драки. Но Володьке-то что? Он в драки не влезает и в скандалах не участвует. Он вообще по натуре  человек неприхотливый, уживчивый и скромный. С работы приедет, каши себе с тушенкой наварит и садится скорей  на баяне пиликать. Мужикам это скоро не понравилось.
            - Эй, ты, музыкант! Сыграй нам на своей гармошке что-нибудь путевое! – говорят ему соседи по комнате. 
            - А что, по-вашему, путевое?
            - Ну, чтоб душа развернулась, а потом обратно свернулась.
            - Да такое, пожалуй, еще не смогу.
            - Какого же черта ты инструмент мучаешь?
            - Дак ведь все поначалу так учатся.
            - Ну и шел бы учиться куда-нибудь подальше, а то мозги уже все наизнанку вывернулись от твоей музыки.
           А тут еще из других комнат возмущения летят:
            - Мужики! Заткните, ядрена-мать, этого свистуна! Спасу нет от его музыки! 
            Ну, и все в таком духе.
            Решили  мужики отвлечь Володьку от музыки.
            - Давай, паря, бросай свою пиликалку и садись с нами за стол: выпьем с устатку!
            - Не, парни, я не пью! – ответствует Володька.
            - Как это, не пьешь?! Совсем, что ли?
            - Совсем не пью.
            - А ты чё, больной где-нибудь?
            - Да нет, здоровый.
            И в доказательство своего отменного здоровья Володька берёт кочергу и в один прием сворачивает её в узел.
            Почесали парни затылки и решили воздержаться пока от физического воздействия на этого человека.
            Потом стали мужики толковать с Галкой Степановой.
            - Слушай, Степанова, ты или забери своего брата к себе, или сделай из него человека. А то он какой-то ненормальный весь из себя. Не мужик, не баба, а так – черт знает что. Прямо невозможно с ним  в одних стенах проживать.
            - Вам нужно, вы и разговаривайте!  А я ему не указ.
Но с братом все-таки затеяла беседу. На работе во время обеда подсела к нему на лавку и говорит:
            - Парни на тебя крысятся.
            - За что?
            - За то, что живешь ты не так, как надо.
            - А как надо?
            - Как все: по-человечески.
            - Ага, я понял! У вас по-человечески жить – значит, жрать водку, бить морды, валяться бесчувственным чурбаном под забором, щупать девок и общаться друг с другом исключительно матом? Так ведь это не жизнь человеческая, а скотское существование. Я так не умею.
            - Слушай, Володь, ехал бы ты куда-нибудь! Чего ты вообще сюда притащился?  Если ты считаешь, что здесь  живут скоты, то поезжай туда, где живут люди.
            - А ты?
            - Что я?
            - Я не могу тебя оставить одну.
            - Во-первых, я тут не одна, а, во-вторых, о себе думай, благодетель хренов! – рассердилась Галка. Больше она не затевала с братом душещипательных разговоров.
            Володька, однако, не стал в бараке  пиликать на баяне. Стал уходить в лес. Забредет куда-нибудь подальше от поселка, сядет на пень, или поваленное дерево и давай наяривать от всей души.
            За неделю до ноябрьских праздников позвал начальник Володьку к себе в кабинет. Похвалил за хорошую работу, за примерное поведение, расспросил, где Володька служил, чем занимался до армии, как собирается строить свою жизнь дальше. Володька рассказал, что до армии работал в Ижевске при горкоме комсомола младшим тренером команды лыжников. Точнее, не работал, а числился. А на самом деле постоянно бывал на соревнованиях:  то городских, то республиканских, то всесоюзных. Объездил полстраны. Бывал даже на соревнованиях в Болгарии и ГДР. Потом призвали в армию. Служил на пограничной заставе близ озера Хасан на Дальнем Востоке. Когда получил приказ об увольнении в запас, то в Приморском крайкоме комсомола попросил комсомольскую путевку, чтобы приехать сюда на строительство железной дороги. Вот, собственно, и вся биография.
            - А что ж ты назад в Ижевск-то не вернулся? Такая спортивная карьера могла ведь открыться, - удивленно воскликнул начальник.
            - Так ведь здесь сеструха моя, - сказал Володька. – Я все время мечтал тогда, в детдоме, а потом в интернате, да и в армии тоже, что  отыщу её непременно, и мы будем жить вместе. Ну, где-нибудь рядом друг возле друга. Заведем семьи свои, будем помогать друг дружке по-родственному. Ребятишки наши будут дружить между собой, бегать в одну школу. А так что хорошего? Я всю жизнь один был, и она одна. Плохо все это. Когда я маленький был, она нянчилась со мной, как мамка. Мамку я плохо помню, совсем почти никак. А сеструху очень хорошо.
            - Да-а! – вздохнул начальник. – Родная душа для человека – это все. Только ты же сам видишь, что у Галины характер – совсем не подарок.
            - Это у неё оттого, что пережила она в жизни много. Но мне любой характер люб. Родню не выбирают.
            - Слушай, Дубровский, - вдруг переменил тон  начальник, - у нас к ноябрьским праздникам ребята самодеятельность готовят. Я слышал, ты на баяне играешь. Может, выступишь  с каким-нибудь номером?
            -  Да какое там играю?! Так, пиликаю понемногу. Хотя, впрочем, ладно, если нужно, то я,  пожалуй, сыграю одну вещь.
            Володька унес свой баян в клубный вагон и стал теперь там репетировать на законных основаниях.
            Через пару дней в вагон забрела Галка с подругой. Володька сидел спиной к дверям, играл и не слышал, как девушки зашли. А они как зашли, так и остолбенели от удивления. Такая чудная музыка разливалась по вагону.  Щемящие душу звуки обволакивали тревожной и в то же время  мягкой нежностью. Никогда в жизни прежде Галке так сильно  не хотелось одновременно плакать и любить. Широко распахнутыми глазами смотрела она на брата, сидящего к ней спиной,  и видела его совсем маленьким. Он был удивительно спокойным и послушным ребенком во младенчестве. Мать, бывало, вечно где-то пропадала, а с малышом оставалась Галка. Накормит она через соску мальчонка жидкой манной кашей, посадит в кроватку: он и сидит, кулачок в рот засунет и чмокает, как медвежонок. Сопит и чмокает от удовольствия.
             … А теперь, вон, что вытворяет на этом своем баяне. Всю душу выворачивает. Вдруг остановился и оглянулся. Увидел сестру и смутился.
            - Что это такое ты играл сейчас? – тихо спросила Галка, подойдя к брату поближе.
            - «Полонез»  Огинского.
            - А почему он такой грустный?
            - Потому что Огинский написал его, когда прощался с родиной. С Польшей.
            - Почему прощался?
            - Потому что ему небезопасно было оставаться в Польше. Он был революционером.
            - А-а, понятно! – сказала Галка, - покачавши головой. – Хорошая музыка!
            - Тебе понравилась?
            - Очень! Ты её на концерте играть будешь?
            - В общем-то, да!

            После концерта  Галка  упросила Володьку пойти с ней на вечеринку. Собрались в бригадирском  вагончике. Почти все пришли из бригады. Много, в общем, было народу. И выпивки много было, и закуски. Чего там говорить, каждый принес по бутылке на рыло. Все много пили, говорили, пели, тосты провозглашали в честь праздника, советской власти, хорошей зарплаты и всего остального. Понятное дело, обсуждали состоявшийся концерт, который всем понравился.
            Галка на радостях от успехов родного брата слегка перебрала по части спиртного. Впрочем, у неё подобный перебор по всяким другим поводам случался и прежде. Ну и принялась она по пьяни  придираться и приставать ко всем. В основном, к мужикам, конечно. А тем что? Посмеяться да поиздеваться над бабой – великое дело! Тем более, когда пьяная. Завтра она все равно ничего помнить не будет. Стали парни подначивать Галку да лапать во всякие места.
            А  Володька трезвый был. То есть, абсолютно ни одной капли в рот не взял. Он же совсем не пьющий. И ему очень даже не понравилось, что  к его сестре какие-то пьяные рожи  цепляются. Встал он из-за стола  да и, не сказавши ни слова, одного из самых наглых слегка приподнял за шкирку и выкинул вон из вагончика. Потом и следующего таким же порядком вытряхнул.
            Вот тут все и началось! Мужиков было человек восемь или десять. Теперь уж никто ничего толком не вспомнит, сколько всех было-то. Главное, что все навалились на одного. Драка переметнулась за порог вагончика. И тут дерущегося народа стало прибывать. Володька поначалу еще ухитрялся раскидывать всю эту кучу. Но в ход пошли и поленья, и кочерга, и невесть откуда взявшийся топор…
           - Убили!!! – взвился сквозь крик и возню отчаянный вопль. Толпа развалилась, и все увидели на земле Володьку. Он лежал ничком, распластав руки. Из головы сочилась кровь. Галка вмиг протрезвела и завыла, бросившись к брату. Кто-то побежал за начальником. 
           - Ети его мать! – взбеленился начальник, обнаружив красочную картину. – Звери, а не люди! Один порядочный человек объявился, и того угробили!
Тут же приказал нести Володьку к мотовозу. Колька-машинист оказался пьяный вдупель, поэтому начальник сам повез  Володьку   в  железнодорожную больницу. Галка тоже поехала с ним.

           …Могучий Володькин организм отчаянно цеплялся за жизнь, хотя, как оказалось впоследствии, каждая из ран, нанесенных топором и поленом, практически была несовместимой с жизнью. Но врачи делали все, что могли. Целая бригада врачей.  
           Галка сидела в приемной. Её не пускали к Володьке.  А начальник мотался туда-сюда  между больницей, станцией и  отделением милиции. Потом он спустился в приемную из операционной, схватил Галку за рукав и скомандовал:
           - Все! Поехали!
           - Куда?! – вылупила Галка глаза.
           - В поселок, куда же еще? Ему уже теперь ничем не поможешь!

           Она плелась по поселку, ревела и кляла всю свою прошлую и настоящую жизнь. Вдруг, проходя мимо клубного вагона, она услышала ту самую, Володькину, музыку! «Полонез» Огинского!
           - Володька!!! – закричала она, встрепенувшись, и рванула к вагону. – Володька, братуха!!
           Влетела и замерла…  на столе возле окна  крутился  на патефоне   черный диск пластинки…


Юлия Шулепова-Кавальони Юлия Шулепова-Кавальони

6 декабря 2018

9 лайки
0 рекомендуют

Понравилось произведение? Расскажи друзьям!

Последние отзывы и рецензии на
«Полонез Огинского»

Нет отзывов и рецензий
Хотите стать первым?


Просмотр всех рецензий и отзывов (0) | Добавить свою рецензию

Добавить закладку | Просмотр закладок | Добавить на полку

Вернуться назад






© 2014-2018 Сайт, где можно почитать прозу 18+
Правила пользования сайтом :: Договор с сайтом
Рейтинг@Mail.ru Частный вебмастерПоддержка, ведение и развитие сайта - вебмастер persweb.ru