ПРОМО АВТОРА
Иван Соболев
 Иван Соболев

хотите заявить о себе?

АВТОРЫ ПРИГЛАШАЮТ

Нина - приглашает вас на свою авторскую страницу Нина: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Киселев_ А_А_ - приглашает вас на свою авторскую страницу Киселев_ А_А_: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Игорь Осень - приглашает вас на свою авторскую страницу Игорь Осень: «Здоровья! Счастья! Удачи! 8)»
Олесь Григ - приглашает вас на свою авторскую страницу Олесь Григ: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
kapral55 - приглашает вас на свою авторскую страницу kapral55: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»

МЕЦЕНАТЫ САЙТА

стрекалов александр сергеевич - меценат стрекалов александ...: «Я жертвую 50!»
Анна Шмалинская - меценат Анна Шмалинская: «Я жертвую 100!»
станислав далецкий - меценат станислав далецкий: «Я жертвую 30!»
Михаил Кедровский - меценат Михаил Кедровский: «Я жертвую 50!»
Амастори - меценат Амастори: «Я жертвую 120!»



ПОПУЛЯРНАЯ ПРОЗА
за 2019 год

Автор иконка Андрей Штин
Стоит почитать Реформа чистоты

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать День накануне развода

Автор иконка Эльдар Шарбатов
Стоит почитать Юродивый

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать Жены и дети царя Ивана Грозного

Автор иконка генрих кранц 
Стоит почитать В объятиях Золушки

ПОПУЛЯРНЫЕ СТИХИ
за 2019 год

Автор иконка Сергей Елецкий
Стоит почитать МЕДВЕЖЬЯ РУСЬ

Автор иконка  Натали
Стоит почитать Женщина любит сердцем

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать Уж столько просмотрено жизненных драм

Автор иконка Максим Говоров
Стоит почитать «Не жду тебя „

Автор иконка Виктор Любецкий
Стоит почитать Пусть день догорел — будет вечер?...

БЛОГ РЕДАКТОРА

ПоследнееОбращение президента 2 апреля 2020
ПоследнееПечать книги в типографии
ПоследнееСвинья прощай!
ПоследнееОшибки в защите комментирования
ПоследнееНовые жанры в прозе и еще поиск
ПоследнееСтихи к 8 марта для женщин - Поздравляем с праздником!
ПоследнееУхудшаем функционал сайта

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К ПРОЗЕ

Богаразов: "Книга - набор популистких дешёвых истин. А алгоритмы в книге - кусок о..." к произведению

Валерий РябыхВалерий Рябых: "Это уже третья переработанная мною глава после "I" и "V". У Александр..." к произведению Случай на станции Кречетовка. Глава II

sergejsergej: "Знакомая тема!.. У меня была общая тетрадь с фольклором. Я служил ..." к произведению Лавандовый напиток из военторга

Андрей ШтинАндрей Штин: "Хороший рассказ, коллега, единственное, не совсем понятно время и мест..." к произведению Катя

sergejsergej: "Михаил, тема интересная! Особо на фоне эпидемии... Можно сказать о..." к произведению В преддверии конца света

sergejsergej: "Лариса, большинство мыслей в точку! Успехов!" к произведению Мысли и домыслы... (474)

Еще комментарии...

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К СТИХАМ

sergejsergej: "Эльдар, спасибо за отзыв! Пытаюсь своё написат..." к рецензии на Лесть

sergejsergej: "Эльдар, спасибо за отзыв! Пытаюсь своё написат..." к рецензии на Лесть

sergejsergej: "Хорошо, но наркомания вред! Успехов автору." к стихотворению Рок-опера жалкой души

Сергей Елецкий: "А ты пиши,пиши,пиши!!! Этим мозоли не ..." к стихотворению "НЕ ПИШЕТСЯ"

ДМИТРИЙ ДУШКИНДМИТРИЙ ДУШКИН: "Вообще стихотворение написано не столько о времени..." к рецензии на ОСЕНЬ ЖИЗНИ

ДМИТРИЙ ДУШКИНДМИТРИЙ ДУШКИН: "Замечательное стихотворение по всем канонам поэзии..." к стихотворению ОСЕНЬ ЖИЗНИ

Еще комментарии...

Полезные ссылки

Что такое проза в интернете?

"Прошли те времена, когда бумажная книга была единственным вариантом для распространения своего творчества. Теперь любой автор, который хочет явить миру свою прозу может разместить её в интернете. Найти читателей и стать известным сегодня просто, как никогда. Для этого нужно лишь зарегистрироваться на любом из более менее известных литературных сайтов и выложить свой труд на суд людям. Миллионы потенциальных читателей не идут ни в какое сравнение с тиражами современных книг (2-5 тысяч экземпляров)".

Мы в соцсетях



Группа РУИЗДАТа вконтакте Группа РУИЗДАТа в Одноклассниках Группа РУИЗДАТа в твиттере Группа РУИЗДАТа в фейсбуке Ютуб канал Руиздата

Современная литература

"Автор хочет разместить свои стихи или прозу в интернете и получить читателей. Читатель хочет читать бесплатно и без регистрации книги современных авторов. Литературный сайт руиздат.ру предоставляет им эту возможность. Кроме этого, наш сайт позволяет читателям после регистрации: использовать закладки, книжную полку, следить за новостями избранных авторов и более комфортно писать комментарии".




Соната Бетховена


Юлия Шулепова-Кавальони Юлия Шулепова-Кавальони Жанр прозы:

Жанр прозы Проза для души
944 просмотров
0 рекомендуют
11 лайки
Возможно, вам будет удобней читать это произведение в виде для чтения. Нажмите сюда.
Судьба не злодейка, судьба – это крест, который человек должен пронести по жизни сам. Пронести стойко и достойно, не жалуясь, не кляня эту самую судьбу, и не стремясь переложить свой крест на плечи окружающих.

Первое сентября классный день!  В  отличие от  второго и всех прочих  дней сентября, октября … ну, и так далее, до самого июня. Кроме, конечно, выходных и праздничных. Он потому классный, что  никаких уроков. Зато новостей тьма.  Кто-то выбыл, кто-то прибыл, у кого-то  гости были, а кто-то сам куда-то ездил.  Встретиться еще прикольно* после каникул. Ну, и все такое.

Сегодня  узнали, что у нас новая классная. Собрались мы  все возле парадного, сходняка* ждем. Тут подваливает к нам бабецла*.

-Здравствуйте, - говорит, - ребята! Вы 10-й «Б»? Я ваша новая классная руководительница.

Мы, ваще, отпали в хлам*.

-А где, - спрашиваем, - наша Татьяна Владимировна?

-Она, - говорит, - уволилась.

-Как уволилась?

-По собственному желанию, - объясняет бабецла.

 Ясен пень*, что никакого собственного  не было. Наша Татьяна   не собиралась  никуда увольняться. Уж мы-то знаем. А эту мымру и в глаза никогда раньше в школе не видели. Ну, что, мы с нею объясняться должны? Оно нам надо? Сходняк отстояли и сразу же  всем классом дернули к Татьяне  домой. Дома у неё только Антошка оказался.

-Привет! -  говорим. – А где мама?

-Мама на работе, - отвечает. – Наверное, скоро придет.

-А где она работает, - спрашиваем.

-Не знаю, - вздыхает Антон. – Она рано уходит.

-А что же, ты один дома, когда мама на работе?

-Не, - говорит, - ко мне бабушка приходит. Но сегодня бабушка заболела. А маме работу нельзя бросать.

Сначала мы решили нашу классную подождать. Но потом девчонки стали  стонать, что, типа, из школы  втихаря  подорвали*, а там новая классная   чего-нибудь устроит: мало не покажется. Ну, мол, не стоит с самого начала в бутылку лезть. Тогда мы стали  Антону  объяснять, что придем позже, после школы. А он  принялся просить, чтобы не уходили, потому что ему поиграть не с кем.  Тут я и говорю:

-Надо кому-нибудь остаться с Антоном.  Нельзя пацана одного в доме оставлять, да и  какого  приходили, если не стали ждать. Пусть Татьяна Владимировна теперь не работает, а поздравить-то  надо. Все же наша учительница.

Все согласились. А потом сказали:

-Вот ты, Комар, и оставайся здесь. Передай от всех привет и скажи, что мы будем приходить в гости.

Антошка закричал «ура!» и повис у меня на шее.

Татьяна Владимировна пришла домой после обеда.  Она  обрадовалась, когда увидела меня в компании с Антоном.

-Ой, Дан, как здорово, что ты зашел! Я, честно говоря, места не находила себе, когда мама позвонила, что заболела. Но не могла бросить работу.

-По правде, мы  к вам всем классом подгребли, - сказал я. – Еще утром. Потом все вернулись в школу. Ну, а мне поручили за Антоном приглядеть.

-Да, мамочка! – подтвердил Антон. – Все, все твои пришли. Вот, смотри, сколько цветов принесли! Еще конфеты в коробке.  Я хотел попробовать, а Дан  зажилил. Сказал, что  эти конфеты принесли тебе. Но, ведь, и мне тоже?

-А ты что скулишь? – обиделся я на Антона. – Я же сгонял тебе за мороженым. Чего еще надо?

-Ладно, не ссорьтесь, - рассмеялась Татьяна Владимировна. – Сейчас вместе и будем эти конфеты пробовать.

Она принялась накрывать на стол.

-Вам все наши  привет передают, - сказал я. – Просили передать, что скоро в гости подвалят. Вы где работаете теперь?

*Словарь молодежного сленга см. в «Приложении»  - прим. авт.

-Пока в редакции издательства, - ответила Татьяна Владимировна.

-Корреспондентом?

Татьяна Владимировна  усмехнулась:

-Ишь, ты, куда загнул! Корректором. Да и то по знакомству.  Думаешь, в наше время легко таким, как я, найти  работу, соответствующую способностям и опыту?

-А новая классная сказала, что вы уволились по собственному желанию. Но мы же знаем, что это полная вата*. Вы же не могли просто так нас бросить.

-Нет, Данечка, уволилась я  по собственному желанию, но действительно не просто так. Да, ладно, не будем о грустном. Мойте руки и двигайте к столу. И рассказывай скорее, как ты  летом отдыхал? Я слышала, что ты куда-то ездил?

-Ездил, -  тяжело вздохнул я. – К бабушке на Урал.

-Что-то случилось? – Татьяна Владимировна  тронула меня за рукав.

-Отчего вы решили, что случилось? – попытался  отнекаться  я. – Ничего не случилось. Все тип-топ! Ну, нормально, то есть.

-Да ладно храбриться! Я же вижу, что у тебя проблемы какие-то. Но, если ты не  можешь сейчас  ими поделиться, то я готова тебя  выслушать позже. Может, и помогу чем-нибудь.

-Не, Татьяна Владимировна, сначала я сам должен разобраться.

-Договорились, - согласилась Татьяна Владимировна. – Только очень прошу тебя, мой дорогой, прежде чем ты захочешь что-нибудь  радикальное предпринять, зайди ко мне! Ну, так как, выполнишь мою просьбу?

-Но я же теперь  не ученик вам, - сказал  я.

-Разве это что-нибудь меняет в наших отношениях? – спросила Татьяна Владимировна.

-Нет, конечно, - ответил я и засобирался домой.

2

Батон мой, ну, батя, то есть, на Урал давно еще собирался. Там у него мать живет, моя бабушка. Да все у него как-то не получалось: то денег нет, то времени. А тут бабушка написала, что  у неё там проблем выше крыши. И вообще, полные кранты*. Ну, короче, чтоб приехал или сам, или со всеми. Батя ходил туча тучей.  Потом я сдал экзамены, батя взял отпуск, и мы двинули в славный город Чусовой.

Этот Чусовой – такой саскачетун*, мама дорогая! Еще и у черта на куличках. А батя всю жизнь трепался нам про свой прикольный Урал. Не-е, ну, горы, леса и всякие, там, грибы и ягоды – это, без трепа, довольно улетно*. А сам город – полный отстой. Но мне это все по барабану. Я же с бабаней знакомиться ездил. Ну, у неё все тип-топ оказалось. Просто она уже не знала, как зазвать к себе родного сыночка. Вот и написала про всякие там дела со здоровьем.

 Она, между прочим, клёвой  оказалась. На батю очень похожа. То есть, наоборот, батя на неё. Я с ней подружился. Она столько всего знает! Ну, просто ходячая энциклопедия. Сечет* и в технике, и в спорте. А еще рыбалку любит. Когда батя уезжал домой через неделю, мы с бабаней уговорили его, чтоб я остался у неё до конца каникул. Вот мы оттянулись на полную катушку!  На рыбалку чуть ли не каждый день ходили. И в лес, и в горы, и вдоль русла  реки Чусовой километров на десять чухали. Бабаня  с рюкзаком и в полном походном прикиде*, как танк, метелит. Еле успевал за нею. А у меня, между прочим, метр восемьдесят без кепки.  Ничего себе, старушка!

А какие байки заливает! Мама дорогая!

-Бабуля, - говорю  ей, - тебе книжки строчить  надо. Такие бестселлеры отмачивала бы! Ваш уральский Бажов отдыхал бы против тебя.

-Ну, что ты, внучок! - размахалась руками бабаня. – Про Бажова не след говорить. Бажов – это гора! А книжками лучше всего тебе заняться. У тебя талант. Я это в момент  заприметила, как послушала твои высказывания.  Особенно понравилось мне, как ты  про школу и про всякие школьные дела говоришь. Прямо, будто я у тебя там, среди твоих товарищей побывала. Только, что тяжело, так это много всяких слов у тебя непонятных. Вроде, и русские слова, а по-русски понять очень трудно.

-Это, бабуль, сленг такой молодежный. Сейчас все на нем общаются. Ну, чтобы понимать друг друга.

-Ну, если, чтобы понимать, это, конечно, важно. В жизни самое главное, чтобы друг дружку понимать. А, уж, на каком языке ты изъясняешься – ботаешь, вякаешь, гутаришь, базаришь, или балакаешь – это без разницы. Главное, чтобы не доходил до уровня ниже пояса.

Вот так  все лето я  с бабулей и провел. Потом решили мы с ней, что я каждый год  приезжать буду.

-Я очень люблю, когда внуки приезжают ко мне, - сказала бабуля. – С вами я молодею лет на тридцать.

-А что, у тебя еще есть внуки, кроме меня? – удивился я. Честно говоря, по своей наивности я полагал, что у неё, кроме меня и Ляльки, никого нет.

-А как же? –  заявила бабаня. – Еще внучка есть и внучатый племянник. А разве отец не говорил тебе?

-Нет, ничего не говорил.

-Ну, да! – заметила бабаня. – Он всегда отличался большой немногословностью. Бывало, за неделю от него слова не дождешься.

-Это правда, - согласился  я.

А в середине августа я отчалил домой. Бабаня, как полагается, проводила меня на вокзал. Насовала в дорогу жратвы всякой: на неделю, не меньше. Это, чтобы я  по дороге из поезда не выскакивал. Чудачка! Младенец я, что ли?

Поезд «Нижний Тагил – Москва» доставил  меня в пять утра  к Ярославскому вокзалу города Москвы. Ну, я слегка  потусовался на вокзале, узнал, что нужно грести на Казанский, чтоб дальше двигать. Думал, что придется ждать, когда откроется метро, что нужно будет еще по подземке крутиться. А оказалось, что Казанский вокзал рядом.  Площадь только стоит перейти. Я перешел, разузнал, где находится кассовый зал и  порулил за билетом  на поезд до Краснодара.

3

Я увидел её почти сразу же, как вошел в зал. Надо же,  там не меньше десятка всяких касс, а я дернул прямо к этой. Естественно, возле этой кассы тоже толпа  тусовалась.  Но тут стояла Она. И я не мог оторвать от неё глаз. Я был, как в  тумане. Я подгреб  поближе. Девушка, как мне показалось,  тоже заинтересовалась моей персоной.  Оглядевши меня с головы до ног, она  слегка дернула плечиком и улыбнулась:

-Ну, что уставился? Аршин проглотил, что ли? – насмешливо обратилась ко мне.

Нет, я проглотил язык. Представляю, каким дураком я выглядел в её глазах.

-Тебе куда ехать-то надо? – опять спросила она.

-Ну, это… домой. А, то есть, в Краснодар… Вот! – я даже вспотел от смущения.

Это развеселило её.

-Ладно! Давай, я возьму тебе! -  предложила она.

-Что?

-О, Господи! Да билет, конечно! -  пояснила она. – Я тоже, между прочим, в Краснодар  еду.

Я сунул ей в ладошку заготовленные заранее купюры и паспорт. И она, развернувшись, прильнула к окошку кассы.

-Вот, держи! – она  протянула мне мой билет вместе с паспортом через минуту-две. – Твое место на второй полке. Устроит?

-Вполне! – сказал я. – Я люблю на вторых полках ездить.

Девушка  рассмеялась:

-Ой, какой ты смешной, ей-богу!  Ты что, с дуба свалился?

-Нет, я с Урала.

Ну, тут уж она расхохоталась от всей души.

-О! Да ты весельчак! Ты мне понравился, - сказала она, подхвативши меня под руку. – Пошли куда-нибудь! Нам нужно  прокантоваться где-то до вечера.

-Почему? –  Вылупил на неё зенки.

-Супер! – воскликнула она. -  Ты, парень, или бубен*, или  лох*. Поезд наш будет отправляться в 22-40. Понятно?

-Ага! – кивнул я головой. – А где кантоваться будем?

-Ну, где-нибудь. У тебя барахло есть, кроме этой сумки?

-Не! Все свое ношу с собой,  - ответил я.

-Ну, тогда будем выгребать на свет божий, - сказала девушка. – Надо побродить по Белокаменной, посмотреть, как она тут поживает. Честно говоря, я давно уже не была в Москве.

-А я вовсе в Москве впервые, -  сказал я.

-Правда, что ли? – удивилась девушка. Она посмотрела на меня, как на туземца.

-А что тут такого? – обиделся я. -  Если я не москвич, то уже и не чел?

-Да, ладно, не обижайся, - примирительно тронула меня за плечо. – Давай знакомиться, что ли! – Она остановилась, повернулась ко мне лицом и протянула свою ладошку:

-Дана.

-Что?  - вылупил я   фары. – Что ты сказала?

-Я сказала, что меня зовут Дана.

-А ты не врешь? – не поверил я.

-Слушай, - рассердилась девушка, - мне уже начинают надоедать все эти твои  прибамбасы! Тебе, что, не нравится мое имя?

-Нет, нет! Что ты?  Очень даже нравится!  Понимаешь, дело в том, что меня тоже зовут Дан. Ну, Данил, если по паспорту. Но все окружающие зовут меня  просто Дан.

-Вот как? – пришла пора удивляться девушке. – Оч-ч-чень интересно получилось: ты Дан, а я Дана!  - она  постояла в глубокой задумчивости минуту-две. Потом опять слегка тронула мое плечо. – Ты, это… извини, бога ради, но мне тоже хочется спросить у тебя…

-Не вру ли, в свою очередь, я? –  не очень вежливо перебил я. – Я могу паспорт показать. Ты, между прочим, могла посмотреть еще у кассы.

-Да ладно, прости! – Дана потихоньку  двинулась вперед. – Странно все это как-то  получилось. Тебе не кажется?

-А чего тут странного? – пожал я плечами. – Ну, подумаешь, одинаковые имена. У нас в классе есть  Валька-девчонка, и еще Валька-пацан. Да, вообще, одинаковых мужских и женских имен тьма.  А полное у тебя имя как звучит?

-Богдана. Моя мама  родом из Болгарии. Там это имя очень популярно как  в мужском, так и в женском варианте.

-Так ты, выходит, иностранка? – спросил я.

-Нет, я русская. Мой отец был русский. Я родилась в России. Да и мама всю жизнь после института  прожила в России.

-А сейчас они где? – поинтересовался я.

-Родители, что ли? Ну, мама сейчас живет в Питере, я учусь в Краснодаре. Отец тоже где-то  в Краснодаре живет. Но я с ним не общаюсь.

-Бросил, что ли?

Дана оставила мой вопрос без ответа.

-Да, ладно, закроем тему! - сказал я, заметив, как она помрачнела. – У меня батон есть. А  что толку? У него в мозгах только  его  работа.  Первый раз в жизни  взял отпуск на месяц, поехал со мной на Урал к собственной матери, да всего неделю и выдержал. Это нормально, да?

Мы  с Даной бродили по Москве полдня. Сначала пешком  по округе от Комсомольской площади до Курского вокзала. Потом спустились в метро и проехали по кольцевой  к центру, ну, то есть, к  самой Красной площади и Кремлю.

Ну, про всякие свои впечатления базарить не буду. Что зря трепаться? Поезжайте в Москву и сами потолкайтесь по улицам и магазинам, полюбуйтесь на московские пробки и  ощутите комфорт общественного транспорта. Скажу вам одно: я лично, вообще, никогда в жизни не стал бы жить в Москве. Ни за какие коврижки! Я же не больной на голову, чтобы гробиться из-за понта.

В общем,  намотали мы свои педали в полный рост*. Добрались до какой-то кафешки. Сидим, пьем какое-то пойло вместо кофе. Тут мне Дана и предлагает:

-Слушай, Дан, давай смотаемся к моим друзьям в общагу!

-Это далеко? – спрашиваю.

-Ну, если на метро, то не очень.  Здесь в Менделеевском учатся мои подружки. Они звонили мне в Питер, что уже приехали в Москву. Значит, сейчас должны быть в общаге.

-А Менделеевское – это что?

-Технологический институт.  Общага находится возле станции «Сокол». Ну, так как?

-Что, как? Погнали  к твоим подружкам! – согласился я. – А это ничего, если ты со мной к ним нарисуешься?

-В смысле? – не поняла Дана.

-Ну, ты же не будешь им говорить, что  только сегодня встретила меня на вокзале.

-А  разве в этом есть какой-нибудь криминал? – удивилась Дана. – Ну, ты, ей-богу, какой-то австралопитек.

-Я не австралопитек, - сказал я. – Но прими к сведению, что мне еще нет шестнадцати. А ты, как я понял,  девушка  совершеннолетняя. Тебе сколько лет, кстати?

-Ты правильно заметил, -  жестко отпарировала Дана. – Осенью этого года мне исполнится 19 лет. И  с сентября я буду учиться на третьем курсе в «кульке».

-А «кулек» – это что? – перебил я.

-Университет  культуры. Так что я, действительно, вполне совершеннолетняя и вполне самостоятельная девушка. Но  это что-то меняет в том, что мы целых полдня вместе  ждем своего поезда? Между прочим,  хочу напомнить, что, вообще-то,  ты положил на меня глаз, а не я.

-Да, ладно, не обижайся! – сказал я. – Только не говори так. Я вовсе не положил глаз, а ты мне понравилась. По правде. И еще, мне показалось, что я где-то  когда-то тебя уже встречал. Ну, или хотя бы видел. Понимаешь, я узнал тебя.

-Серьезно? -  спросила Дана. – Знаешь, в первое мгновение и мне то же самое показалось. Ну,  когда ты  смотрел на меня. Потом был момент, когда я подумала, что ты  встряхнешь головой.  И ты, действительно, встряхнул головой, откидывая назад шевелюру. И мне это было знакомо.

-А в этом твоем «кульке» ты на кого учишься? – спросил я.

-На дирижера.

-Ну, ничего себе! – присвистнул я. – И что? Ты умеешь, это самое…  на чем-то  тренькать?

-Не тренькать, а играть, - заметила Дана. – Тренькает шпана в подворотнях.

-Да, ладно, не обижайся! – сказал я. –  Вообще-то, я очень уважаю всякую хорошую музыку.

-И что ты  называешь хорошей музыкой? – поинтересовалась Дана.

-Ну, всякую классику, разумеется. Только все время так получается, что слушаю что-то, а что это такое -  ни бельмеса.

- Да, уж, музыкальное образование у нас на высоте! -   заметила Дана.

-Слушай, а, может все-таки  наши дорожки где-то пересекались? – вернулся я опять к главной теме.  – Ну, мало ли!

-Конечно, мы могли встретиться в какой-нибудь компании! – обрадовалась Дана. – Ты же, ведь, тоже в Краснодаре живешь? Знаешь,  зимой у нас были практические занятия в школе.

-Ну, и что? – тут же остудил я Дану. – Я не живу в Краснодаре. И не жил никогда. Я живу в районном центре. А в Краснодаре был раза три. Да и то, когда наш класс  возили в театр и в цирк.  Но если ты, конечно, бывала в нашей станице, то тогда точно, я мог тебя как-нибудь увидеть.

-Нет, ни в каких станицах я не бывала! – сообщила  Дана и поднялась с места. – Ну, что, едем в общагу?

-Едем! – сказал я. И тоже оторвался от стула.

4

В комнате, где жили подружки Даны, был сабантуй. Мы это еще в коридоре поняли. Как  нам потом сказали, девчонки отмечали днюху* кого-то из них. Ну, они увидели Дану и мгновенно подлетели к ней с объятиями. Долго целовались, обнимались, верещали что-то на самых высоких регистрах. Вдруг заметили  мою персону.

-Данька! – заорала одна из них и вонзила  в меня буркалы. – Почему ты никогда не рассказывала нам, что у тебя есть такой клевый брат?

-Ой, какой хорошенький! Супер! – подскочила ко мне другая. -  Все, девчонки, я беру его себе! – провизжала она.  Потом повернула голову к Дане:

-Как его зовут?

-Дан, - пролепетала  Дана. – На её физии конкретно рисовалась жуть. Это   братание, по всему видно, ошарашило её не меньше, чем меня.

-Афигеть! – взревела эта чумовка* - Ты Данька, и он Данька? У вас предки совсем  с катушек съехали?

-Я Богдана, а он Данил, - неожиданно спокойно ответила Дана. – И насчет предков я просила бы  аккуратнее изъясняться.

-Ой, ну, прости, Дань! – повинилась девчонка. – Да проходите, в конце концов,  к столу! Чего у двери толпиться?

Мы с удовольствием прошли к столу и присоединились к  днюхе. Я слегка отхлебнул из предложенного мне стакана. И тут же поймал на себе укоризненный Данин взгляд. Конечно, она не сказала ничего. Но пить я не стал. Да и не хотелось вовсе.

Ну, мы поздравили  именинницу, плотно  причастились и отвалили из общаги часов в шесть, объявивши всем, что опаздываем на поезд. Подружки всей толпой проводили нас до метро.

-Дань,  ты позволишь на прощанье  чмокнуть твоего братишку? – попросила та самая, которая грозилась меня забрать.

-Отпад! – решительно запретила Дана. -   Это не твой объект. Не развращай мальчика!

-Ладно, согласна, -  мгновенно успокоилась девчонка. –  Ну, хотя бы сама по-братски можешь за меня поцеловать?

-Иди, проспись! – посоветовала Дана.

В переполненном вагоне метро  мы стояли, прижавшись довольно тесно. Пышные Данины локоны приятно щекотали мою щеку и грудь. Я чувствовал сногсшибательный запах этих волос,  ощущал обалденное тепло тела Даны и боялся  лишний раз вдохнуть. Господи! Как она была хороша! Я молил всех святых, чтобы этот расчудесный вагон никогда не доезжал до нашей станции. Но он пролетел весь путь в одно мгновение.

-Нам выходить, - сказала Дана. И толпа вытолкала нас из вагона и вынесла на перрон. Дана схватила меня за руку, как маленького, и потащила к выходу.

-Фу! – выдохнула она, когда мы выбрались из метро на улицу. – До чего же я  не могу терпеть эту давку в толпе!

-Я тоже, - пробормотал я.

-До поезда еще много времени? – спросила Дана.

Я взглянул на часы, сжимавшие мое  запястье:

-Вагон!  Вот, чего мне сейчас больше всего хочется, так это бросить кости на какой-нибудь диван.

-В поезде  выспишься, - заметила Дана. – Целые сутки пути. Как ты думаешь, почему они тебя мне в братья записали?

-А ты тоже об этом думаешь? – спросил я.

-Ну, конечно! Слушай, давай пройдем куда-нибудь, где поменьше народу, - вдруг предложила Дана.

Честно говоря, я и сам не прочь был бы куда-нибудь замылиться подальше от всей этой толпы. Но куда? Здесь, куда ни кинь глаз, всюду сплошные морды мельтешат. Я  вскинул на плечо  сумку и сказал полушутя:

-Можно, к примеру, пойти в комнату матери и ребенка.

-Ага, - согласилась Дана. – Если бы ты еще смахивал на ребенка, а я на  многодетную мать.

-Не! – отказался я. – В комнату матери и ребенка мы не пойдем.

-Тогда пойдем вон туда, к тому большому дому за мостом. Я еще утром приметила там довольно скромный дворик. И если в нем есть какие-нибудь лавочки, то мы  вполне  сможем  посидеть и спокойно поговорить.

Это была превосходная идея. Мы потопали в сторону виадука.

5

Дворик за домом, действительно, оказался небольшим, но уютным. И, главное, там было пусто. Ну, в сравнении с вокзальной толчеёй. Возле ближайшего подъезда дремали какие-то древние бабетки. Прямо посреди двора в крохотной песочнице копошились карапузы, а чуть поодаль на скамейке базарили между собой женщины. Наверное, мамаши этих карапузов. Чуть-чуть дальше, за песочницей,  каким-то манером затесались две обтрепанные березки. Это уже было похоже на экзотику. Только что целый день я буровился по Москве и всяких там зеленых насаждений на улицах не замечал. А тут во дворе сразу два дерева. Да еще лавочка между ними.

Ну, мы  с Даной на эту лавочку и  плюхнулись.

-Так что ты думаешь по поводу их уверенности в том, что ты  мой брат? -  тут же спросила меня  Богдана.

-А ты?

-Я первая спросила.

-Ну, мало ли!  Перепутали слегка. Почему и нет? Видишь ли, на твоего бой-френда я не качу. Это факт.  А раз я с тобой пришел,  значит, они и решили, что я могу быть  твоим братом. Реально?

-Не выйдет, - решительно возразила Дана.

-Почему? – спросил я.

-Потому что они не просто решили, а  уверенно заявили. У них не было ни тени сомнения в том, что  мы с тобой – брат и сестра. А ты знаешь, почему они в этом не сомневались?

-Почему? – вытаращил я на Дану  глаза.

Дана, ни слова не говоря, раскрыла свою сумочку и, пошарив немного в ней, вытащила  небольшое зеркальце.

-Теперь давай полюбуемся вместе, - предложила она и, вплотную приблизив свою голову к моей, так, что мы почти коснулись щеками, поставила перед нашими физиями свое зеркальце.

В зеркале отражались  почти одинаковые лица. Ну, просто один к одному! Только  одну морду  венчали  короткие белобрысые лохмы, а другое лицо обрамлялось  прекрасными  вьющимися прядями темно-каштановых  волос.

«Так вот почему я в одно мгновение обратил на неё внимание! - понял, наконец, я все. – Она моя копия! То есть, скорее всего,  я  сам её копия. И еще у нас одинаковые имена. И это не мистика. Это факт! Как же я сразу этого не заметил? Но почему? Почему это все так?»

Я  выхватил из рук Даны её зеркальце и пристально всмотрелся в свою морду. Потом также  внимательно уставился на лицо Даны. Она смотрела на меня,  не отводя взгляда ни на секунду. Несколько минут мы изучали друг друга в полном безмолвии.

-Это чудовищно! – почти шепотом выдавил, наконец, я. – Такого просто не может быть никогда!

-Это прекрасно! – так же шепотом ответила Дана. –  Потому что ты действительно мой брат.

-Какой?! – прошептал я.

-Настоящий.

-Ты что-то, наверное, знаешь?

-Да, - продолжала шептать Дана. Она еще теснее придвинулась ко мне. Я ощущал жар её дыхания, вдыхал аромат, исходящий от волос, чувствовал нежность её плеч и  ловил себя на том, что вот-вот свалюсь в обморок, потому что уже не в силах был обуздать свое скачущее сердце.

-Успокойся! – промолвила Дана, положив свою кисть на мое плечо. Потом отдернула руку и слегка  отодвинулась. – Успокойся, Дан, и послушай. Нет,  сначала все-таки ответь на пару вопросов. Ты сможешь мне ответить на мои вопросы?

-Да, - кивнул я головой.

-На Урале ты был у бабушки? – спросила Дана.

-Да, - ответил я.

-Она же говорила тебе, что у нее есть еще внучка?

-Да.

-Ну, и, наконец, если ты носишь фамилию отца, то твоя фамилия – Комаров?

-Ну да! – подтвердил я.

-Комаров Данил Николаевич. Не так ли?

На это я уже ничего не ответил. Я просто ошалело смотрел на Дану – и все.

-В общем-то, я тоже пока еще Комарова Богдана Николаевна, - продолжила, между тем, Дана.

-Почему пока? -  тупо  выдавил я.

-Ну, я еще не выходила замуж, - объяснила Дана. – Возможно, когда выйду, приму фамилию мужа. А пока я еще ношу фамилию своего отца. И твоего тоже.

-К-как, это моего?

-Очень просто, братишка! До того, как жениться на твоей матери, твой отец был женат первым браком на моей матери. Я его помню. Хотя мне было всего три годика, когда он бросил нас.

-Но, может, это все-таки был не он? – я хотел схватиться за любую соломинку, позволяющую опровергнуть жуткую для меня информацию. Но Дана была неумолима.

-Он потом сразу же уехал на Кубань. Моя мама ездила к нему позже. Но он уже  завел новую  жену. Да и ты родился. Потом о нем и о его семье, то есть, о вас, нам все рассказывала  бабушка. Та самая, у которой ты гостил. Когда я узнала о ней, я  сразу же поехала к ней.  Мы очень привязаны друг к другу. Правда, когда я стала учиться в «кульке», ездить на Урал стало сложнее. Во-первых, из-за бабла*. Мы никогда не жили богато. Во-вторых, к маме хоть на лето хочется приехать. Она же в Питере совсем одна осталась.

-Зачем же ты тогда в Краснодар-то рванула? – спросил я. – Мало, что ли, в Питере своих вузов?

-Зачем, зачем! Думала, что смогу как-нибудь с отцом наладить отношения.

-Ну, и наладила?

-Я позвонила ему.

-Ты позвонила, а он что? – спросил я.

-Что, что? Сказал, что я ошиблась адресом, и что никакой взрослой дочери у него нет.

-Ну, может, ты действительно ошиблась! – обрадовался я. – Бывают же всякие совпадения в жизни.

-Да никаких тут совпадений! – рассердилась Дана. – Он это. А ты не выгораживай его. Или ты, может, не рад, что мы нашли друг друга?

-Что ты! – воскликнул я. – Очень даже рад! Я просто не могу тебе сказать, как я рад. Но я хотел бы все-таки, чтобы ты оказалась не сестрой…, - тут я осекся и захлопнул свою варежку.

Дана улыбнулась. Впервые за время этого нашего тяжелого разговора:

-Ты хотел бы, чтобы мы  любовниками стали?

Я опустил глаза.

-Но теперь-то  ты понимаешь, что это невозможно? – нежно проворковала она. –  Но мы станем общаться на правах близких родственников. Не так ли?

Я кивнул головой. А потом не выдержал и разревелся, как мальчишка.

Дана опять придвинулась ко мне. Взяла мою голову руками и притянула к своей груди. И я услышал биение её сердца. И  от этой чарующей музыки мне стало невероятно сладко и приятно. Я обхватил Дану руками в охапку и принялся бестолково целовать  её  шею, щеки и глаза.

-Ну, хватит! -  наконец, приказала она и поднялась с места. – Нам не следует забываться. Или ты берешь себя в руки, или я немедленно отправляюсь на вокзал и меняю билет на другой поезд. И тогда это будет первая и последняя наша встреча.

Я боялся поднять на неё глаза.

-Не надо отправляться! – тихо попросил я. -  Прости! Я больше ничего такого никогда не буду.

-Вот и отлично! – обрадовалась она. – Но на вокзал нам все равно все-таки придется топать. Сколько там уже натикало?

-Восемь. Без пяти, – устало бросил я. Затем поднялся, бросил на плечо сумку, и мы  не спеша погребли на вокзал.

Потом мы сходили в камеру хранения и взяли там Данин чемодан, зашли в кафешку  и, слегка подкрепившись, прихватили еще  немного бутербродов с собой, заглянули в книжный магазинчик. Впрочем, ничего подходящего там не отыскали. Ну, в киоске «Роспечати» набрали кучу журналов с кроссвордами. Тут вскоре  уж и посадку нашу объявили.

6

Мы  с Даной  все говорили и говорили.  Всю дорогу. Естественно, с перерывами на сон и перекусы. В общем,  сначала я увалился спать. Как только  получил от проводницы постель, забрался на свою верхнюю полку и мгновенно задрых. Просто устал, наверное, от Москвы и впечатлений.

Проснулся, когда в окно вовсю наяривало солнце.  Открыл глаза, огляделся и тут же вспомнил про Дану.  Посмотрел вниз. Дана  еще спит. Свернулась калачиком, руки под подушкой. Я поймал себя на мысли, что и  сам я люблю так сворачиваться.  Лялька, между прочим, тоже.  Тут я стал размышлять об этой удивительной штуке, которая называется наследственностью. Это ж надо  такому быть, чтобы даже такая пустяковая вещь, как  привычка спать в той или иной позе, распространялась на весь род! Я еще раз глянул вниз. Ни гу-гу! Спит сном младенца.

Я соскочил с полки. Постоял немного. Полюбовался на спящую красавицу. Потом взял со стола газетку, оторвал от нее кусочек и принялся осторожно этим кусочком щекотать Данино ухо. Очень забавно было смотреть, как она смешно отмахивалась от бумаги, словно от назойливой мухи. Но не открывала глаз. Вдруг, в одно мгновение Дана  схватила в кулак мои пальцы, которые держали кусок газеты. Я даже не успел отреагировать.

-Попался, разбойник! –   радостно взвизгнула она.  Развернулась и уселась  на полке. – Ты чудовище, - объявила  Дана. - Сам не спишь, и мне не даешь.  В кои-то времена  собралась выспаться по-человечески. А ты   теперь за  свое  ужасное поведение  должен  откупиться.

-Каким образом? – с готовностью отозвался я.

-Отныне ты будешь моим рабом! И ты будешь теперь за мной ухаживать и  обязательно исполнять все мои капризы, -  приказала она.

Она еще не знала, конечно, что её рабом я стал уже в ту минуту, когда увидел её в зале билетных касс.

Этот день, который я провел  рядом с Даной в вагоне скорого поезда «Москва-Адлер», был самым счастливым днем в моей сознательной  жизни.  Я слушал Дану, сидя напротив нее за столиком, и воспринимал её удивительный тембр голоса, как музыку. Я смотрел на неё  и любовался прекрасными чертами. Я   ощущал нежность её кожи, когда брал в свои руки её точеные кисти. И я благодарил Господа за то, что он  так щедро одарил эту девушку всем прекрасным, что было у него в арсенале.

В Краснодар поезд приходил по расписанию без нескольких минут к двенадцати. Но мне надо было выходить на своей станции на целый час раньше. В общем, за окном еще не успело стемнеть, когда я справедливо сообразил, что очень даже скоро нашему с Даной  родственному  общению приходит  конец. О том, что будет потом, я как-то и не решался думать. Строить какие-то долгосрочные планы, вообще  не  в моей натуре. А в этой суматошной жизни, я считаю, никто не может быть на все сто процентов застрахован от каких-либо сюрпризов. Короче,  уже часам к восьми вечера я почувствовал жуткую тоску.  Надо же? Еще не расстались, а я уже тосковал. Заранее. Ну, просто волком выть хотелось. И я знал наверняка, что теперь не смогу  оставаться тем нормальным пацаном, каким был еще вчера, что  все мое нутро  до краев наполнится образом этой изумительной девочки, в одно мгновение ставшей мне безмерно родной и близкой.

Конечно же, Дана почувствовала мое состояние.

-Ну, что ты загрустил,  мой дорогой! Я же говорила тебе уже, что мы должны радоваться. Мы ведь нашли друг друга. И это чудесно! Теперь мы можем встречаться. Причем, абсолютно самостоятельно, без каких-либо санкций со стороны родителей. В конце концов, их отношения – это их жизнь. А наши взаимоотношения мы будем строить сами. Разве не так? – Она через стол протянула ко мне свои руки. Я принял их в свои ладони и слегка сжал пальцами.

-Но ведь и ты не чувствуешь  себя весело, хоть и говоришь о том, что мы должны радоваться, - мрачно заметил я.

-Все не так, как ты себе вообразил, - сказала Дана. – Я хотела бы, чтобы ты отнесся к нашей встрече, знакомству, да и в целом, к нашему общению гораздо проще. Пойми, братец, ты ничего не потерял. Наоборот, ты нашел, приобрел! Так отчего же этакая вселенская скорбь? Не понимаю.

-И не поймешь, - ответил я. – Потому что ты с самого начала восприняла меня как брата.

-Ну, это не совсем так, - возразила Дана. - До меня ж тоже не сразу дошло, кем доводится мне этот  интересный бестолковый истукан,  который ни с того, ни с сего принялся нахально сверлить меня  глазами.

-И все равно,  для тебя я  только брат, и не более.

-Разумеется! – согласилась Дана. – Я не имею права на то, что ты называешь «более». И не имею права позволить тебе рассчитывать на это самое «более». Ты меня понимаешь?

-А что ты чувствуешь, скажи мне? – спросил я.  И почувствовал, как  пальцы её рук, покоившиеся в моих ладонях, слегка дрогнули. Дана тут же попыталась высвободить свои руки. Но я не отпустил.

-Я хотела бы, чтобы ты не задавал мне таких вопросов, - наконец, промолвила она. Потом подумала и добавила:

-Не обижайся, братец, но я все-таки обязана тебе сказать, что мы с тобой находимся в разных весовых категориях. Не забывай!

-Да, уж, постараюсь на всю жизнь запомнить!

После десяти я принялся старательно изображать из себя делового человека:  складывал  в сумку свои пожитки, собирал постель,  собирал со стола всякий хлам, который, разумеется, снес в мусорный контейнер. Дана молча наблюдала. Наконец, я выдохся и сел.

-Ты приедешь ко мне в Краснодар? – придвинулась ко мне Дана.

-А ты ко мне?

-Приехала бы, конечно, если бы была уверена, что мой визит  доставит удовольствие твоим близким. Но я уверена в обратном.

-Да! Я как-то об этом не подумал, - согласился я. – Конечно, я приеду. А еще я постараюсь как-нибудь рассказать  маме обо всем. Знаешь, моя мать, вообще-то, суперская женщина. Она все поймет, как надо. Это я тебе точно говорю. А когда я познакомлю  вас, вы, точно,  очень даже подружитесь. Моя матушка, к твоему сведению, никогда не возражала против моих друзей. Она даже сказала мне как-то, что  мои друзья для неё хороши уже тем, что я их выбрал.

-Это здорово, что у тебя с мамой сложилось хорошее взаимопонимание, - сказала Дана. -  По большому счету, иначе и не может быть, потому что нет на свете человека роднее, чем мать.

Подошла проводница.

-Скоро будет  ваша  станция, - сообщила она. – Поезд стоит всего две минуты.

-Ну, что ж, - вздохнул я и поднялся с места. – Тогда будем прощаться.

-Я провожу тебя, - сказала Дана.

Мы прошли через полвагона в тамбур. Проводница  оставалась еще в своем купе. Мне хотелось выть, скулить, реветь. Ну, в общем, настроение было совсем хреновое. Сквозь  дверное стекло, словно сполохи,  полетели  в тамбур пучки станционных  огней.  Дана застенчиво придвинулась ко мне и тронула за руку:

-Ты же приедешь ко мне? – спросила.

Я  кивнул головой. Тогда она вдруг прильнула ко мне и обняла обеими руками мою шею.  И  в следующую секунду я почувствовал на своих губах её поцелуй. Он был  коротким  и легким, словно укол. Но и этого мгновения хватило, чтобы я в полной мере явственно ощутил и удивительную мягкость слегка влажных  губ, и невероятную нежность прикосновения, и сладкий вкус поцелуя.

-Прощай! – прошептала Дана, освобождаясь от объятий. – И будь счастлив!

Поезд стал тормозить. Проводница выползла из вагона и принялась колдовать  над дверью. Наконец, она распахнула её и освободила ступеньки. Я не  мог сдвинуться с места и оторвать  от Даны глаз.

-Давай, давай!  Выходи скорее! – поторопила проводница. – Сейчас трогаться будем.

-Дана, я люблю тебя! – выдохнул, наконец, я и рванул к двери.

 Соскочив со ступенек, я обернулся и увидел, как подскочила к ступенькам Дана.  Поезд  дернулся и медленно пополз. Я тоже  с ним вместе.

-Приезжай, Данил! – крикнула мне Дана. – Обязательно приезжай!

Размахивая руками, я припустил за стремительно убегающим вагоном.

-Дана, я люблю тебя! -  заорал я  вагону  вслед.

-Я тоже! – донеслось до меня  из  пустого мрачного пространства. И я остановился.

7

Я остановился. Как вкопанный. Фу, черт! Я же  не взял  её координатов! Ни адреса, ни телефона! Вообще, ничего. Но самый-то ужас, что и своего адреса ей не дал.  Господи, ну, почему я такой осел?

«Ага! Прощай разум! Завтра встретимся! - подумал я. – «Если Господь хочет кого-то наказать, то он  лишает разума». Кто  из великих это изрек? Не помню. Ну, и фиг с ним! Главное, что это сказано. Так что мораль сей басни такова, что не стоит сопливиться. В конце концов, она же сказала, что звонила отцу. Значит, его ориентиры она знает. А он должен знать её. Реально, должен. Вот у него и спрошу».

На этой трезвой мысли я успокоился и  не спеша потопал к зданию станции. В помещении станции несло прокисшей мочой, потом, перегаром и еще какой-то дрянью. Ну, так и есть: господа бомжи отдыхают! И какого беса им на свежем воздухе не спится? Лето же. Не жарко, не пыльно, свежо!  Вали кости на любую лавочку и отдыхай! Нет, их почему-то несет в душное помещение! Им тут удобно!  Я  сразу же вылетел из помещения. Впереди ночь, автобусов до утра не будет, на вокзале бомжи и прочие субъекты. Лучше всего, потихоньку шлепать домой  пешком.  Для растущего организма очень полезно совмещать пешие прогулки с воздушными ваннами. И я  неторопливо погреб по направлению к дому.

И утром уже стоял на пороге отчего дома. Меня встретил отец.

-Привет! – сказал он. – Как дорога?

-Нормально, - не очень приветливо ответил я. И стал переобуваться.

-А бабушка как?

-Тоже нормально. Ты извини, но я устал.  Знаешь, пять километров пёхом – это не слабо, -  пробурчал я и прошел в свою комнату.

Мама  и Лялька еще, разумеется, спали. Я не стал  их будить. К тому же, мне и самому не мешало бы  выспаться.  Ну, я  разложил диван, разделся и лег. И тут же уснул.

Мне приснилась Дана. Я с ней любовью во сне занимался. Ну, не совсем, в общем-то. Короче, сначала мне приснилось, что  мы с Даной стали обниматься. Как тогда во дворике,  я  принялся, будто, целовать её руки,  лицо,  шею. Зарылся носом в её волосы. И даже ощутил приятный запах её парфюма. Потом, будто, я  спустил бретельки её лифчика и оголил плечи и грудь. И тут оказалось, что  я ласкаю не Дану, а Ленку Чепикову из нашего класса.  Мы с ней трахались однажды. Весной. И я, между прочим, тут ни при чем. Это она сама предложила. Она, вообще, бегает за мной с шестого класса. Ну, вот, теперь во сне  я, как будто,  зажимаю Ленку, а  на самом деле это не Ленка, а Дана. То есть, это Ленка, но  ощущаю я вовсе не её, а Дану. Я чувствую, что мои желания переполняют меня, я уже не в силах сдерживать свою плоть. И вот я добрался рукой к ногам Ленки-Даны. И вдруг  эта моя любовница вырывается из моих объятий и кричит голосом Даны:

-Стой! Что ты делаешь? Мы не имеем права  заниматься сексом!

Но я уже не могу остановиться. Мой горячий скакун уже закусил удила и рвется в бой.

-Дана! – застонал я. – Умоляю, ради всех святых: дай мне себя!

-Нет! – кричит Дана, с силой  толкнувши меня прочь. – Это преступление!

-Я люблю тебя! – заорал я.

И проснулся.  И к своему ужасу обнаружил под собой  противную сырость. Батюшки-светы! Да ведь у меня и в труселях  сыро!  Это что? Я обмочился во сне? Этого еще не хватало! Обливаясь от страха холодным потом, я выскочил из-под одеяла и  наклонился над сотворенным мною мокрым пятном. Принюхался.  Но характерного запаха  не почувствовал. «Что-то на энурез не похоже», - мысленно  прикинул я. Потрогал рукой, опять принюхался, а потом рассмеялся и успокоился. «Вот  дурак безмозглый! – посмеялся я над собой. – Это же мой бедный пацан от большого  горя прослезился. У мужиков такое  бывает».

Я быстро содрал с постели белье, поменял труселя* и оделся. Потом выгреб из комнаты.  Наши настенные часы в гостиной показывали без десяти   час дня. Мама  на кухне караулила   в духовке пирожки и смотрела телевизор. Я поздоровался.

-А где Лялька? – спросил.

-У бабушки гостит.

Это у маминой мамы. Она живет под Краснодаром. Я хотел вернуться в свою комнату, но матушка остановила:

-Подожди, сейчас пирожки будут готовы! Твои любимые: с творогом.  Я еще  с вечера  тесто ставила. Специально к твоему приезду.

-Спасибо, ма! – Я сел на табуретку и стал ждать.

Мама наклонилась надо мной, обхвативши мою голову руками, и поцеловала меня в  затылок:

-Если бы ты знал, сынок, как я по тебе скучала! Ну, просто места не могла найти. Ты, ведь, первый раз от меня был так далеко и долго. Не представляю, что я буду делать, когда тебя в армию призовут?!

-Да ничего, - ответил я. – Ждать будешь, как все матери.

Она стояла возле меня и нежно теребила мои лохмы:

-Нет, я буду медленно и мучительно сходить с ума от разлуки с тобой.

Тут  мне пришла в голову идея, что мамины руки удивительно похожи на руки Даны. Такие же нежные, теплые, ласковые. Я порывисто схватил мамину кисть и поднес к своим губам.

-Мамочка, ты у меня супер! Ты самая лучшая мамочка на свете! –  сказал я, прижимая мамину кисть к своей щеке. На какое-то мгновение мне показалось, что я прижимаю Данину руку.

По-моему, моя матушка отпала в осадок от всей этой моей нежности. Впрочем, я не кривил душой в тот момент. Матушку я люблю. Не так, разумеется, как  Дану.

Утром следующего дня, когда выгреб из своей берлоги, я обнаружил, что нахожусь в доме один. Батон, естественно, ушел на работу, Лялька у бабушки, а матушка заступила на смену. Она работает медсестрой в реанимации. А у них суточная смена. То есть,  с девяти утра и до девяти следующего утра. Потом четыре дня дома. Не понимаю, как можно выдержать целые сутки на ногах? Я бы сдох уже давным-давно. А матушку такой режим устраивает. Привыкла, наверное.

Сначала я залез в комп, поиграл немного в стрелялку. Потом надоело. Я все время думал о Богдане. Она не отпускала меня ни на минуту. То лицо её, то руки, то фигурку видел я в своем воображении, то вспоминал её голос, то, вдруг, явственно ощущал губами мягкость и  сладкий вкус её губ. И все эти видения  буквально валили с ног. Я вспомнил вчерашний эротический сон, и меня бросило в жар от желания и тоски. «А что, если попробовать оттянуться с Ленкой? – придумал я. – Может, легче станет?» Я набрал номер Ленкиного телефона.

-Привет, - сказал я Ленке. – Ты чё делаешь?

-Ничё. А ты чё?

-И я ничё. Подваливай ко мне!

-Сейчас?

-Ну да.

-Зачем?

-Ну, так. Придумаем по ходу.

-А папиросы?*

-Не боись!  Дома  никого нет. Предки на работе, а  мелкая у бабушки.

-А что у тебя есть?

-Еще не смотрел. Да найдем что-нибудь. Давай, подгребай в темпе!

-Ладно, ща! Пачку только нарисую, блин.

Поджидая Ленку, я разложил  свой диван, потом на кухне заглянул в холодильник. Там все только жратва была, а пойла* никакого. У нас в доме насчет этого  сухо. «Беспонтовые* какие-то, - подумал я о родителях. – Хоть бы для гостей что-нибудь держали». Впрочем. я успокоился тем, что пригласил Ленку не для жрачки. Она и так афигеет*. Пошарил у себя в бардачке и нашел презервативы, которые припас еще весной после первого неудачного опыта с Ленкой. Тогда у меня ничего не вышло, потому что испугался, что она залетит. А при таких делах мужику надо на сто процентов быть уверенным.

Ленка быстро прискакала. Я  впустил её в дом и хотел сначала поцеловать. Ну, в качестве прелюдии к делу. Но у неё на морде было столько штукатурки, что я  в момент отмел всякое лизание. Вообще, она выглядела отвратно, как дешевая кукла китайского производства. В какой-то момент у меня мелькнула мысль, что не стоило было затевать все это мероприятие. «Ладно, посидим, потреплемся только – и все», - решил  я.

Провел Ленку в свою берлогу.

-Чё делать будем? – выставила она буркалы. – Во, блин! Я пива на всякий случай притаранила! – Она вытащила из сумки пиво в жестяной банке.

-Адидас*! – похвалил я и попер на кухню за пивными стаканами.

Притащил один, подал его Ленке и, откупорив банку, наполнил стакан.

-Пей сама, - предложил я, вспомнив почему-то московскую вечеринку в общаге. Тогда я реально усек, что Богдана  умудрилась  совсем не притронуться к  каким-либо напиткам. Да и мне не позволила.

-А ты? – спросила Ленка.

-Я завязал.

-Совсем, что ли?

-На все сто!

Ленка  культурно поставила стакан и банку на стол:

-Я тоже не буду.

Я прибавил очки   её профпригодности.

-Чем  летом занималась, - спросил я, чтобы как-то заполнить паузу.

-Тебя ждала, - ответила она. Подошла ко мне вплотную и пошарила рукой в районе ширинки. Меня передернуло.

-Слушай, - сказал я. – Я, правда, хочу тебя. Но очень прошу, сходи в ванную и смой, пожалуйста, всю эту штукатурку на морде! Меня воротит от неё. – Я вытащил из шкафа полотенце и выдал его Ленке.  Ленка понимающе кивнула и упорхнула в ванную.

Без косметики Ленка выглядела нормально. Я подошел к ней и наградил её довольно добротным поцелуем. Который, впрочем, не вызвал у меня  никакого трепета и волнения. С таким же успехом я мог  лобызать любую Лялькину куклу.  Но я должен был оправдать Ленкины надежды. Тем более, что она  уже умудрилась расстегнуть мою ширинку и  пролезть рукой к святому моему сокровищу.  Я с ним был в абсолютном противостоянии. Ну, то есть,  мое существо  решительно  отторгало чуждое мне тело, а этот гаденыш стоял на немедленном совокуплении с притягивающей его женской плотью. И он победил, подлец! Не отпуская из воображения картину вчерашнего сна, я повалил Ленку на диван, стягивая на ходу все то немногое, что едва прикрывало её фигуру. Но и в этот раз у меня ничего не вышло. Я оторвался от Ленки, поднялся и натянул штаны.

-Ну, ты чё, блин? – удивилась Ленка.

-Не знаю, - обреченно пробормотал я. – Прости, я не готов сегодня.

-Да, ладно, не  боись!  Я тебе помогу! – Ленка уселась на диване, опустив ноги на пол, и притянула меня к себе. Её лицо оказалось как раз на уровне ширинки. Она по-хозяйски опять  расстегнула её и полезла вовнутрь штанов.

-Нет! – закричал я и отскочил от Ленки, застегивая молнию.

-Ты чё?! – удивилась Ленка. – Минета, что ли, не видел?

-Нет! – опять крикнул я – Я вообще ничего не хочу!

-Ну, и дурак! – обиделась Ленка. Она лениво сползла с дивана и принялась медленно  одеваться. -  Чё тогда звал, козел недобитый! Вообще, придурок какой-то. Сам не можешь, а я должна отдуваться.

-Ну, прости, Ленка! Понимаешь, я очень сильно люблю одну девушку. Но она далеко.

-А я тут, блин, причем?

-Ты ни при чем. Просто я думал, что смогу забыть, - сказал я.

Ленка участливо посмотрела на меня:

-Далеко, это там, где ты был?

Я кивнул головой.

-Ну, тогда, конечно, дело швах*. Ладно, я пойду! Пока! – Она взяла свою сумку и направилась к двери.

8

Через два дня,  1 сентября, мы встретились с Ленкой  уже в школе. Она, как ни в чем не бывало, махнула мне рукой и подошла.

-Ну, что твоя девушка? – спросила. – Ты не звонил ей?

-У меня нет её номера.

-Тогда поищи  её адрес в адресном столе. Письмо напишешь, -  посоветовала Ленка.

Эта идея с письмом меня зацепила.  Я и обдумывал её, когда шел домой от Татьяны Владимировны. Действительно, почему бы, к примеру, не написать, или даже позвонить бабуле на Урал, не рассказать ей о нашей с Даной  встрече и не попросить у неё Данин телефон? Все ж ведь так просто.

Дома оказались все. Даже отец почему-то был дома, хотя, по всем параметрам, должен был находиться еще  на работе.

-Ну, и как там школа? – спросил он, когда я вошел в гостиную.  Батон сидел на диване и клацал кнопками телевизорного пульта.

-Стоит, - ответил я, проходя к себе.

С момента приезда я почти не виделся с отцом и не перекинулся с ним и парой слов, за исключением дежурных приветствий. После того, что я узнал об отце, я не хотел с ним разговаривать. Да и о чем я мог с ним говорить? О том, что он форменный предатель? Ведь, если он легко смог предать ту, первую свою семью, то что стоит ему предать точно так же и  нас, если встретит, к примеру, на своем жизненном пути какую-нибудь   дешевую  пилотку, устремленную на поиски большого бабла и веселой жизни за счет какого-нибудь козла с отвисшими ушами? Да, скорее всего, он уже где-нибудь вовсю трахается на стороне и пудрит нам с мамой  мозги своей неотложной работой. Насквозь вижу этого кобеля паскудного! Наградил же меня бог таким папашкой! Лучше б он исчез куда-нибудь! Мать только жалко. Она же не знает ничего. Ну и пусть не знает!

А может, все-таки знает? Стоп! Когда они регистрировались, наверняка, у него в паспорте должен был штамп о разводе. Ведь, если у Даны фамилия моего отца, то, значит, отец был зарегистрирован с её матерью. А когда отец регистрировался с моей матерью, то она должна была видеть этот штамп. Как же тогда  матушка могла позволить себе разбивать семью? Там же ребенок рос. К тому же совсем еще малолетний.

После ужина я дождался, когда батон отвалил в спальню и прошел к маме на кухню.

-Тебе помочь? – спросил я.

-Нет, спасибо! – ответила мама. – Тут, собственно, и делать-то нечего. Сейчас домою посуду и замочу назавтра фасоль – и все дела.

Я включил на кухне телевизор и  подсел к кухонному столу.

-Ма, расскажи, как вы с отцом познакомились?

Матушка вытаращила глаза:

-А зачем это тебе?

-Ну, ты даешь, блин! Зачем человеку нужно знать его родословную? Ну, наверное, чтобы лучше знать свои корни. Я же вам сын. А вы никогда ничего о себе не рассказывали. Вот я  интересуюсь. Реально, да?

-Ну, в общем, ты прав, - согласилась мама. – Но познакомились мы обычно. Без всякой романтики. Потому и не рассказывали.

-А все-таки? – настаивал я.

Мама усмехнулась ласково:

-Ну, что тебе рассказать? Я училась в  мединституте. Мы тогда с твоей бабушкой жили в Питере.  Как-то был у нас вечер. Ну, теперь это дискотекой называется.  А твой папа пришел с приятелями к нам на вечер. На вечере мы и познакомились. Потом он ухаживал за мной: цветы приносил, водил в кафе, ресторан. Он же тогда уже работал, неплохо зарабатывал. Ну, а месяца через два он сделал мне предложение. Вот и все.

-А до тебя у него была  женщина?

-Ну, конечно! То есть, … он был женат. Но к тому времени, как он познакомился со мной, он уже был в разводе. Это правда.

Мама помолчала немного. Я понял, что сначала она не хотела что-то говорить. Но потом все-таки решилась. Она  присела к столу напротив меня.

-Видишь ли, Даня, сначала, я, конечно, не знала, что он был женат. Но, когда мы пошли подавать заявление, он сказал мне об этом. У него была, там, такая неприятная история с этой женитьбой. Дело в том, что эта его бывшая жена оказалась иностранкой. Она приехала в Россию, чтобы взять вид на постоянное жительство.  И для этого требовался официальный брак с россиянином. Вот она и подцепила  твоего отца. Он был тогда молодой и неопытный, поверил в её любовь. А когда брак состоялся, она ушла от своего мужа и закрутила со своим соотечественником. Твой папа, можно сказать, и не жил с ней сразу же после регистрации. Он даже не знал, куда она запропастилась. Потому и не мог сразу же оформить развод.

-И развелся только перед тем, как встретить тебя?

-Ну да!

-Это  он тебе все так  нарисовал?

-Конечно.

-И ты ему поверила?

-А какие у меня были основания не доверять ему? И потом, имей в виду, что я его любила. И сейчас люблю. Кстати, его мать, твоя бабушка, все то же самое мне говорила.

-А ты много с нею общалась?

-С кем, с  его матерью?  Нет, конечно. Она же на Урале живет. А мы в Питере жили. Потом и вовсе приехали сюда. Сразу, как поженились, так и приехали. Я даже институт не успела окончить. Жалко! Всего один год оставался. Но, во-первых, ты уже должен был появиться, а, во-вторых, муж настаивал ехать. У него там работы не было. Пришлось все бросать. Теперь, вот, медсестрой работаю. А могла бы врачом, если бы доучилась.

9

«Вот козел  блудливый, а! – мысленно плевался я на своего предка, когда завалился на диван. – И такую красивую песню сочинил, чтобы всем запудрить мозги.  Комар носа не подточит!  Мало, что все свалил на бывшую жену, так еще и сбрехал, что не жил с ней. Ага, а трехлетний ребенок на всю жизнь папочку запомнил. О ребенке, кстати,  моей матушке этот кобель не сказал ни слова. Нет у него, видите ли,  дочери по имени Богдана! Потому-то он и не захотел с нею пообщаться. Ну, ничего, козел, я выведу тебя на чистую воду!»

Я ненавидел своего отца всеми фибрами своей души. Я презирал его и посылал на него все кары небесные. И  думал, как лучше всего достать его. Но только так, чтобы не  потревожить  ни матушку, ни Дану. Этот иуда  на любую подлость способен, если он так легко может предать самых близких людей.  И нас с Лялькой, безусловно, тоже.

Но ничего  конструктивного пока еще не приходило в голову. И я продолжал с батоном не контачить. На фиг он мне нужен, чтобы я  тратил на него свои душевные силы.  Да он же еще и кретин ко всем своим недостаткам. Ну, видишь, что чел не желает с тобой контачить, чего с базаром приставать? Так нет же, он, видите ли, отец! Имеет право! Он обязан  заботиться о моей нравственности до совершеннолетия! Он лучше заботился бы о своей нравственности.   Пристает, как банный лист. «Что, - говорит, - с тобой, сынок?» Я ему недвусмысленно так: «Иди, - говорю, - в туман!» Ну, он  граблями своими размахался,  хавало* раззявил: «Я твой отец! Ты обязан меня уважать!» Ага, сейчас! Разбежался! Уважения к себе захотел!  А ты его заработал?

В общем, не выдержал батон моего бойкота. Подваливает он как-то в мою комнату, садится на диван и говорит:

-Поговорим, Дан, по-мужски?

-Ну, валяй, говори, чё надо? – оторвался я от компа. –Только в темпе, а то мне уроки делать надо.

-А повежливее можно? Все-таки я родитель твой, -  скривил морду батон.

-Ты базарить пришел или мораль читать?

-Ну, ладно. Ты можешь мне сказать, отчего ты так резко переменился ко мне?

-А  до тебя еще не доехало?

-Да в чем, черт возьми, я  перед тобой провинился?

-Скажи, батяня, почему  ты отказался от своей дочери? – спросил  я.

-Да бог с тобой? Что ты такое мелешь?! – вскочил отец.

-Успокойся! Я не о Ляльке толкую, а о твоей старшей дочери. Которую ты предал дважды: первый раз, когда подло бросил в её младенчестве, а второй, когда  она хотела  встретиться со своим папочкой.

-Тебе про это бабка  прозвонила? – опять вскочил батон. – Да врет она все! Из ума выжила, небось.

-Фу, батяня,  ты выражаешься, как последний урка*. Не солидно для интеллигентного человека, - спокойно остудил его я. – Во-первых, нельзя так грубо говорить о родной матери, а, во-вторых,  бабуля тут ни при чем. Я сам познакомился с сестрой  и разговаривал с нею. Она же всю жизнь тосковала о тебе, мечтала хотя бы увидеть. А ты обошелся с нею исключительно по-скотски.

-Что ты от меня хочешь? – спросил батон.

-Лично я от тебя ничего не хочу! – твердо заявил я. – Я  скорблю о том, что мой отец – обыкновенный  подлец!

Батон  в ярости замахнулся.  Наверняка, собирался отвесить мне хорошую затрещину. Но я перехватил его руку  и резко завернул её за спину:

-Драться, папаша, со мной не советую.  Это нехорошо!

Батон бессильно  опустился на диван.

-Так, ладно. Что я, по твоему, должен делать? –  миролюбиво отозвался он.

-Для начала ты должен повиниться перед дочерью, - сказал я.

-Но как  теперь я должен все это повернуть?

-Ну, это твои проблемы.

Отец поднялся  и скрылся за дверью.

 

10

Чувства победы я, конечно, не испытал. Наоборот, на душе у меня было так хреново, будто я только что вывалялся в дерьме. Ну, и чего я добился? Ну, вывел на чистую воду отца. И кому от этого хорошо? Что, он побежит сейчас просить у Даны прощения? Не факт. Но даже, если он и сделает это, чтобы заткнуть мне рот, то все равно  всем от этого будет  глубоко параллельно. Она же ему по барабану. Зато матушке моей, наверняка, что-нибудь напоет. Навешает лапши, а та переживать начнет. А хуже всего, если он теперь вздумает чинить козни Богдане. Я должен поехать в Краснодар и разыскать её. Надо только  бабки достать на дорогу.

Я стал придумывать, каким образом  и где я мог бы достать хотя бы «петьку»*. А лучше всего – «штуку»* Такого барахла, чтобы загнать пацанам, у меня нет, и никогда не было. Да и что, по большому счету, в наше время можно загнать? Девайс*, трубу*,  наркоту  и пойло. Все! Остальное не в тему. Хотя, стоп! Я же мог бы, к примеру, стырить у матушки какие-нибудь «колеса»*.  У неё в шкафу точно есть какие-нибудь.  К ней же весь дом постоянно бегает, когда кто-то заболеет.  Палец порежет кто-нибудь и к матушке чешет: помогите, умираю! А она спешит. Как же, спасать от смерти надо. Клятву Гиппократа давала. Вот и держит дома аптеку. Если бы только знать, какие «колеса» сейчас в ходу?

Как я узнал в школе, все равно, какие. Лишь бы кайф от них был.  Потом я прикинул, кому можно было бы загнать. Кто у нас там с  «колесами» играется? В нашем классе пацаны, в основном, травку* покуривают. Девки тоже. Хотя, нет, Король «баян»* тянет. Это точно. Нет,  своим я решил не предлагать «колеса». Во-первых, чтобы не сдали* в случае чего. Во-вторых, своих качать* – западло*.

Когда матушка  ушла в очередной раз на смену, я забрался в её шкаф, где хранились медикаменты, и взял  парочку  брикетов барби*. В школе на перемене я подгреб к Веньке Королеву:

-Король, ты знаешь, кто из пацанов нуждается в «колесах»?

-А че, блин, у тебя есть колеса?

-Я не сказал тебе, что у меня есть «колеса», я спросил, кому они позарез нужны. Я мог бы поговорить с крутыми пацанами из фирмы. Они  помогут притаранить*.

-Что именно?

-Барби.

-Базара ноль* -  сказал  Король. - А тебе-то это зачем?

-Бабки нужны. Хочу заработать, - объяснил я.

-Слушай, а твои фирмачи могли бы притаранить антрацита*?

-Не знаю. Не спрашивал. И, вообще, я наркотой не промышляю, чтоб ты знал, - сказал я. – Просто один раз попросили пацаны, потому что бабло быстро нужно. Ну, так что насчет «барби»?

-Ладно, подгребай с «колесами»  в шесть к гаражам за школой. Я сейчас по трубе забью стрелку*.

Оба брикета  я загнал  по «петьке». Теперь можно было двигать в Краснодар.

11

Я приехал в Краснодар утренней электричкой. Нашел  «кулек». В само здание без студенческого не пропустили. Но я потусовался  в толпе, нашел парней, которые знают  Богдану,  и выяснил, что она живет в общаге. А общага находится прямо тут же, в ста метрах от  учебки. Потопал в общагу. Но там на вахте  столетняя  бабец   объявила, что  третий курс сейчас на занятиях. А занятия будут до двух, или даже до трех. Но и  тогда не факт, что все по домам разбегутся. Многие студенты остаются, чтобы заниматься с инструментом.

В общем, я решил до двух прошвырнуться по городу. К тому же, я подумал, что нужно купить Дане  какую-нибудь безделушку  в подарок.

Ничего путевого не нашел. Купил букет цветов  и коробку конфет. Пришел опять в общагу. Спрашиваю:

-Комарова Богдана дома?

-А кто ты такой? – вылупила  буркалы бабетка*. Как будто первый раз увидела. Я же с нею утром базарил.

-Да брат я её, - говорю. – Вот, и паспорт у меня.

Бабетка взяла паспорт, читает: «Комаров Данил Николаевич».

-Ну, вот, видите! – объясняю, - И она Комарова Богдана Николаевна.  Какие еще нужны доказательства? А я издалека приехал.

-Ладно, - говорит, - сейчас кто-нибудь пойдет на этаж, скажу, чтобы позвали.

Я сидел, как на иголках. Сердце мое тарабанило, как молотилка.

И вот, наконец, я увидел Её. Господи! Это было что-то!

-Даня! Ты? – воскликнула она, выпорхнув из-за поворота. Я бросился к ней и подхватил её на руки. Она обвила руками мою шею и принялась меня целовать:

-Данчик! Ты приехал!  Ну, какой же ты молодец! Я все время думала о тебе!

-Я тоже! Я не могу без тебя жить! – прошептал я Дане в ухо, расцеловывая его со всех сторон.

Наконец, мы оторвались друг от друга.

-Ну, пошли же, братишка, быстрее к нам! – потащила  меня Дана вперед, схвативши за руку. – Там девчонки выйдут в осадок!

-Э-эй! – крикнула вслед бабета. – Молодой человек! А паспорт-то оставьте на вахте!

Но мы уже  бежали  по лестнице.

Мы устроили своим появлением целый переполох в комнате, где жила Дана.

-Девочки! – крикнула Дана, распахнувши дверь. – Это мой брат! Его тоже зовут Дан!

-Прикол! – восхищенно покрутила головой одна из соседок Даны.

-Да вы с ним, как близнецы! – заметила другая.

-А что ты нам про брата ничего не рассказывала? – спросила третья.

Других лиц в комнате не было. Потому что, судя по количеству кроватей, в комнате проживало четыре человека. Ну, девчонки покрутились вокруг меня еще минут пять и упорхнули в неизвестном направлении. Мы с Даной остались в комнате одни.

 Мы сидели за столом напротив  и смотрели друг на друга.

-Что же мы будем с тобой делать? -  как-то очень грустно спросила меня Дана.

-Не знаю. Ну, может быть, сходим куда-нибудь?

-Да нет, я не об этом, Данчик! Я спрашиваю, как нам быть в сложившейся ситуации?

-В какой? – не сразу врубился я.

-В такой, что ты влюбился в меня  по-настоящему. Это же невооруженным глазом видно. Да и я не знаю, что теперь со мной творится. Мы  смотрим друг на друга как мужчина и женщина. Разве не так?

Я нежно  взял в руки её кисть и поднес к своим губам:

-Конечно, так, родная моя! Но ты не беспокойся: я не позволю  себе что-нибудь нехорошее  в отношениях с тобой. Мы будем с тобой просто как родственники и друзья. Только позволь мне приезжать к тебе!

-В любое время, Дан! Ты всегда будешь самым желанным моим гостем.

-А целовать тебя можно? –  спросил я.

-Как?

-По-настоящему.

Дана встала из-за стола, обошла его и приблизилась ко мне. Я тоже поднялся.  Минуту-две мы смотрели друг на друга, не отрывая взгляда. Потом Дана положила мне на плечи руки и потянулась губами к моим губам.

Я целовал Дану и чувствовал необыкновенную нежность к ней. Как ни странно, однако я совершенно не испытывал желания более близких каких-нибудь контактов с нею. Более того, я и вообразить  себе не мог  такого, чтобы  увидеть её обнаженное тело. Мне было достаточно того, что я сжимал  в объятиях это хрупкое, нежное и беззащитное создание, которое мне нужно было беречь и лелеять  так осторожно, чтобы случайно как-нибудь не раздавить и не испортить.

Наверное, она почувствовала это мое состояние.

-Ты удивительный человек! – прошептала она, когда мы разомкнулись от наших объятий. – И ты был бы самым непревзойденным любовником, если бы мы не были кровными  родственниками.

-Почему ты так  думаешь? – спросил я.

-Пото... Читать следующую страницу »

Страница: 1 2


12 ноября 2019

11 лайки
0 рекомендуют

Понравилось произведение? Расскажи друзьям!

Последние отзывы и рецензии на
«Соната Бетховена»

Нет отзывов и рецензий
Хотите стать первым?


Просмотр всех рецензий и отзывов (0) | Добавить свою рецензию

Добавить закладку | Просмотр закладок | Добавить на полку

Вернуться назад








© 2014-2019 Сайт, где можно почитать прозу 18+
Правила пользования сайтом :: Договор с сайтом
Рейтинг@Mail.ru Частный вебмастерЧастный вебмастер