Эхо жизни

        Тревога - неясная, далекая - охватила его.

      -С чего вдруг?.. Не может быть! Столько лет прошло! Померещилось…

      Но тревога не уходила.

      -Кому я понадобился? Ведь никого уже в живых не осталось! Никого!

  Не верилось! Ни на мгновения не верилось! Не сотворил он ничего вечного!

      Вспомнился тост друга на похоронах:

      «Пока помним - он с нами…»  Помним… Кому помнить-то?.. Эх… «Помним»…

      И жил  погано. И творил погано. Второпях всё, лишь бы, лишь бы… Лишь бы деньги были. Да читатели на полгода… Разовые все…  Хоть бы кто перечитал повторно! А хвалили- то как, что ты!.. Не вечное у тебя выходило… на потребу…  Гениальность - это когда тебя ПЕРЕЧИТЫВАТЬ  хочется, а не листы из твоей книги в сортире выдирать. А ты: слава, почет… Тлен всё это…

      -И всё же, кому я понадобился?

      Он, волнуясь, осторожно посмотрел.

      Девчушка лет пятнадцати сидела с ногами на диване и с упоением читала его первую,  написанную  в двадцать пять лет книгу. Единственную книгу, за которую ему никогда в жизни не было стыдно. Ни перед читателями. Ни перед собой. Ни перед Богом. Последующая мура смела ее из памяти всех, кто когда-то читал его «творчество».

      А эта… Пра-пра-пра-внучка. Нашла. Из всей макулатуры пращура именно ее вытащила. Господи! Стыдно-то как! Она же и следующее попробует читать, весь этот хлам!

      -Лети,- сказали ему ласково за спиной. - Лети. Не все ты плохо в жизни делал. Не всегда паскудничал. Видишь?- воздалось…

      Он замер на миг, не веря своему счастью. Затем осторожно расправил крылья, вспорхнул  и  невидимо  опустился на правое плечо своей  пра-пра-пра-внучки. 

 Потапов Владимир