Генетика Родины

     -Дин, ну, что ж они сделали-то, а? Зачем? Зачем? Разве ж можно так - все обрезать?..

     Голос Семена звучал тоскливо, глухо и монотонно.

     Сам он сидел за столом и медленно, но уверенно напивался.

     Жена собирала грязную посуду после ухода друзей.

     -Тебе курицу оставить? И салат?..- спросила мужа. Тот кивнул. – Ой, смотри, тяжко завтра будет…

     -Ничего,- на удивление трезво ответил он, снова поднял рюмку. – Не каждый день лучшие друзья уезжают.

     Жена пожала плечами, начала счищать с тарелок в мусорное ведро.

     Футбольный комментатор что-то увлеченно частил с экрана.

     Зашел кот Василий, потерся, выгнув хвост, о ноги и запрыгнул на диван к Семену: досыпать.

     -Я, когда первые, в восьмидесятых, уезжать стали, все, кажется, понять мог… Столько лет в клетке жили - и нА тебе, свобода!..

     -Все так жили,- сказала жена, но он ее не услышал.

     -Но старики-то, старики!.. Они же добровольцами на фронт шли! Они же ЭТУ родину защищали! А теперь, оказалось - не та родина… Или вообще не родина… Как вот так, а?.. Объясни мне!..-  Он бездумно пялился в телевизор и говорил, будто  в никуда, в пустоту. –Ну, немцам тогда границу открыли- это  понятно, пленных тьма- тьмущая была, прижиться корнями не успели… Но эти-то, Зурочки-то?! Хвастали: прадед в газетах 19-го века засветился, а сами смотались… И ведь ни слова на  идиш не знают!

     -Там на иврите говорят…

     -Пусть на иврите!.. Но ведь они и его ни бельмеса не знают!  Особенно Руслан!.. Еврей, тоже мне… Ортодокс… Его, где не поскреби, одних татар увидишь… Да русских, может… Да хохлов… Ему-то что делать в этой земле обетованной?.. У Евки-то, я понимаю, ни русского, ни татарского замеса нет, это у них строго  до Адама прослежено, но этот-то лопух куда в их муравейник?.. Хотя… трое детей… Да и родители ее уже там…

     -Помоги мне.- Жена принялась мыть посуду.

     Семен сбросил кота с колен, допил из рюмки, подошел.

     -Куда, вот, они поперлись? И зачем?..- Он тщательно протирал чистым полотенцем тарелки и аккуратно составлял их на полку. – Зачем?!

     -За деньгами, Сёма,- устало ответила жена, локтем убрала прядку со лба.

     -Какие, к черту, деньги?!- возмутился тот. – Руслан у тебя замом работал, а получал раза в два больше со своими публикациями! Да Евка дизайнером не хило зарабатывала! «За деньгами»… Скажешь тоже… Условия лучше, это я понимаю… Быт… Возможностей больше…

     -За деньгами!- упрямо повторила жена.

     Семен в сердцах  бросил полотенце на стол.

     -Вот заладила! От безысходности, может, укатили! От таких вот, как ты!

     -От безысходности в восьмидесятых катили,- та продолжала мыть посуду. - И катили евреи. А сейчас жиды бегут… За деньгами… Все им мало…

     -Да с чего ты...

     -Подожди! Тихо! У тебя телефон где-то звенит! Сашка, может?..- прервала она его, оглянулась тревожно. – Да не стой ты! Ищи телефон!

     -«Ищи, ищи»… Спорит еще со мной!  Нужны там ребятам башли, надо же… Здесь, можно подумать, мало зарабатывали…- бурчал Семен, держа курс на телефонный звонок. Мобильник отыскался почему-то в прихожей, в кармане куртки. – Да! Да, сына, слышу тебя!- Вернулся на кухню. Жена  вопросительно, с затаенной надеждой и болью, посмотрела на него. – Нет, улетели уже ребята! Ну, наверное, отключили уже, в самолетах нельзя… Нет, нормально все… Ага… Ага… А ты когда… Ага, понял… Мать, вон, тебя целует… Ага… Ну, удачи…

     Отключился.

     -Сашка?

     -Сашка, Сашка,- успокоил он ее. – Да выключи ты воду, не доорёшься до тебя! Разговаривать нормально невозможно!

     -Как он там? Скоро приедет?

      -Нормально он там!-  Муж уселся на диван, вновь налил себе водки. - Через две недели прикатит: роту из Перми на смену присылают. Вот тоже, профессию выбрал!.. «Родину защищать»… Защитничек. А здесь сиди весь на нервах, гадай: пронесет  - не пронесет…

     -Помолчи,- жена устало присела рядом.

     -А что, я не прав? До генерала-то еще дослужиться надо, чтоб по «точкам» не посылали. Такой же упертый, как ты… Ну, в кого вы такие у меня? Все не по-людски! Ребята, вон, съехали, а ты все «жиды, жиды»!..

     Она подняла на него черные, оливковые глаза. Улыбнулась уголком рта, притянула ладошкой его лохматую курчавую с залысинами  голову к себе и поцеловала в затылок. Он замер, и головы от ее плеча не отнял. Лишь рука с полной рюмкой несуразно оттопырилась в сторону.

     -А у нашей семьи, Сёма, наверное, сбой в генной системе… Как у Екатерины Второй…  Здесь мы будем жить, Сём… Здесь… На родине,- тихо и ласково сказала  ему жена, Дина Абрамовна Роземблюм, урожденная  Фельгенгауэр.

 Потапов Владимир