ПРОМО АВТОРА
kapral55
 kapral55

хотите заявить о себе?

АВТОРЫ ПРИГЛАШАЮТ

Олесь Григ - приглашает вас на свою авторскую страницу Олесь Григ: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
kapral55 - приглашает вас на свою авторскую страницу kapral55: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
стрекалов александр сергеевич - приглашает вас на свою авторскую страницу стрекалов александр сергеевич: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Сергей Беспалов - приглашает вас на свою авторскую страницу Сергей Беспалов: «Привет всем! Приглашаю вас на мою авторскую страницу!»
Дмитрий Выркин - приглашает вас на свою авторскую страницу Дмитрий Выркин: «Вы любите читать прозу и стихи? Вы любите детективы, драмы, юнорески, рассказы для детей, исторические произведения?»

МЕЦЕНАТЫ САЙТА

станислав далецкий - меценат станислав далецкий: «Я жертвую 30!»
Михаил Кедровский - меценат Михаил Кедровский: «Я жертвую 50!»
Амастори - меценат Амастори: «Я жертвую 120!»
Вова Рельефный - меценат Вова Рельефный: «Я жертвую 50!»
Михаил Кедровский - меценат Михаил Кедровский: «Я жертвую 20!»



ПОПУЛЯРНАЯ ПРОЗА
за 2019 год

Автор иконка Андрей Штин
Стоит почитать История о непослушных выдрятах

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать Дворянский сын

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать Когда весной поет свирель

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать Возвращение из Петербурга в Москву

Автор иконка станислав далецкий
Стоит почитать Про Кота

ПОПУЛЯРНЫЕ СТИХИ
за 2019 год

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать Хрусткий ледок

Автор иконка Олесь Григ
Стоит почитать В город входит лето величаво

Автор иконка Анастасия Денисова
Стоит почитать Цени и создавай

Автор иконка Виктор Любецкий
Стоит почитать Вот и далёкое — близко...

Автор иконка Юлия Шулепова-Кава...
Стоит почитать И один в поле воин

БЛОГ РЕДАКТОРА

ПоследнееНовые жанры в прозе и еще поиск
ПоследнееСтихи к 8 марта для женщин - Поздравляем с праздником!
ПоследнееУхудшаем функционал сайта
ПоследнееРазвитие сайта в новом году
ПоследнееКручу верчу, обмануть хочу
ПоследнееСтихи про трагедию в Кемерово
ПоследнееСоскучились? :)

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К ПРОЗЕ

Игорь Храмов ТесёлкинИгорь Храмов Тесёлкин: "Я и не считаю, что достоин. Но Господь даёт - и я пишу." к рецензии на Апокалипсис онлайн Вопросы и ответы

Игорь Храмов ТесёлкинИгорь Храмов Тесёлкин: "Дискуссия и впрямь занимательная. По крайней мере она многое проясняет..." к рецензии на Апокалипсис онлайн Вопросы и ответы

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Но, если более обобщённо рассуждать о том, можно ли постигать духовные..." к рецензии на Апокалипсис онлайн Вопросы и ответы

Эльдар ШарбатовЭльдар Шарбатов: "Яркий пример конфликта, в основе которого лежит размытие границ несовм..." к рецензии на Апокалипсис онлайн Вопросы и ответы

Вова РельефныйВова Рельефный: "Потому что не понимаю, как такое возможно. Вы осознанно задаёте вопрос..." к рецензии на Апокалипсис онлайн Вопросы и ответы

Борис КостинскийБорис Костинский: "Среди мужчин лиц с гомосексуальной ориентацией - не более 5%. Так ..." к произведению Шотландские отцы-геи

Еще комментарии...

РЕЦЕНЗИИ И ОТЗЫВЫ К СТИХАМ

НаталиНатали: "Правильно написали, непонимание губит любовь." к стихотворению Непонятливый

НаталиНатали: "Стихи понравились, действительно самое прекрасное ..." к стихотворению А разум подчинился сердцу не спеша!!!

НаталиНатали: "Стихи отражают полосы жизни, одни события сменяют ..." к стихотворению Горизонт событий

Борис КостинскийБорис Костинский: "Трудно, но можно. ;-)" к рецензии на Монолог дохлой вороны

НаталиНатали: "И холодно плохо, и жарко плохо, нам не угодишь." к стихотворению Жара

Вова РельефныйВова Рельефный: "Как с умершей вороной можно поговорить:?" к стихотворению Монолог дохлой вороны

Еще комментарии...

Полезные ссылки

Что такое проза в интернете?

"Прошли те времена, когда бумажная книга была единственным вариантом для распространения своего творчества. Теперь любой автор, который хочет явить миру свою прозу может разместить её в интернете. Найти читателей и стать известным сегодня просто, как никогда. Для этого нужно лишь зарегистрироваться на любом из более менее известных литературных сайтов и выложить свой труд на суд людям. Миллионы потенциальных читателей не идут ни в какое сравнение с тиражами современных книг (2-5 тысяч экземпляров)".

Мы в соцсетях



Группа РУИЗДАТа вконтакте Группа РУИЗДАТа в Одноклассниках Группа РУИЗДАТа в твиттере Группа РУИЗДАТа в фейсбуке Ютуб канал Руиздата

Современная литература

"Автор хочет разместить свои стихи или прозу в интернете и получить читателей. Читатель хочет читать бесплатно и без регистрации книги современных авторов. Литературный сайт руиздат.ру предоставляет им эту возможность. Кроме этого, наш сайт позволяет читателям после регистрации: использовать закладки, книжную полку, следить за новостями избранных авторов и более комфортно писать комментарии".




Жертва Николая Рубцова


Владимир Хохлев Владимир Хохлев Жанр прозы:

24 апреля 2015 Жанр прозы Публицистика
2120 просмотров
0 рекомендуют
5 лайки
Возможно, вам будет удобней читать это произведение в виде для чтения. Нажмите сюда.
Жертва Николая РубцоваХристианство в поэзии Николая Рубцова. Расшифровка стихотворения "Я умру в крещенские морозы..." Поэт и советская власть.

Поэт – это творец! Человек, обладающий даром творить не только стихи, но и представления, которые возникают в воображении после их прочтения. Эти представления – в зависимости от их силы – могут определять ход мыслей и характер действий человека. Поэт творит не только при жизни, его стихи действуют на людей и после его физической смерти. Вспомним Державина:





В могиле буду я, но буду говорить...





Представим себе время, в котором начинал творить Николай Рубцов. Смерть Сталина и XX съезд Коммунистической партии, осудивший культ личности, потрясают советское общество. Впервые с момента своего зарождения коммунистическая идея начинает подвергаться сомнению. Ошибся сам «вождь народов»! Не является ли вся советская система большой ошибкой? Люди начинают задумываться, но высказываться вслух еще опасно – повсеместная борьба с инакомыслием по инерции еще идет. 





Выражением «поэт Божьей милостью» определяется творец, отмеченный Всевышним. Это человек, который не просто рифмует строчки, но своей поэзией способен донести до людей истинную, а не только внешнюю, красоту Земли и Неба. Николай Рубцов, благодаря чистоте своей души и внутреннему благородству, оказался таким человеком. Вот что пишут о поэте.





Друг детства Сергей Багров: «...в квартире, где жили Рубцовы, случился скандал. Хозяйка куда-то девала свои продуктовые карточки. Не признаваться же ей, что она потеряла их, будучи пьяной. Потому и свалила на первого, кто попался ей на глаза. И это, к несчастью, пало на Колю. Потрясенный таким беспощадно-бессовестным обвинением, мальчик тут же сбежал неизвестно куда. Возвратился через неделю, весь ободранный и голодный. Когда спросили его: “Где ты был?” Ответил: “В лесу!” – “А чем питался?” – “Дудками и корнями”».





Учительница Александра Меньшикова: «От многих других отличала мальчишку исключительная честность. Однажды в школьном коридоре разбил он стекло. Никто этого не видел – другой бы умолчал, а он сразу ко мне пришел. Рассказывает, а у самого слезы на глазах, испуганно смотрит на меня». 





Флотский друг и студент Литинститута Валентин Сафонов: «Даже в нашей бесшабашной литинститутской вольнице Коля никогда не входил в чужую комнату без стука. И тем отличался от многих других...», «...Если лекция случалась скучной, малоинтересной, Рубцов не ждал, когда зевота сломает скулы: поднимался и, презирая гнев маэстро, покидал аудиторию. Не терпел фальши, не мог смириться с ней. И если в студенческом кругу, где каждый из поэтов норовил поразить товарищей невиданной рифмой, неслыханной строчкой, кто-то начинал петь не своим голосом, читал откровенно бездарные вирши, вставал Рубцов и, простирая руку, показывал на дверь:


– Выдь немедля отсюда! Тебе нет места среди настоящих».





Сосед по общежитию Кировского горно-химического техникума Николай Шантаренков: «Я им всегда любовался. У него было врожденное благородство движений, красивые руки, пальцы...» Встречаясь в Москве, Рубцов скажет ему: «Я знаю, что я – аристократ духа».





Мы помним, что Бог не только милостив, но и строг. Если Он наделяет человека талантом, то обязательно спросит о его реализации. Николаю Рубцову удалось стать «поэтом Божьей строгостью» и четко исполнить доверенное ему дело – осуществить поэтическую проповедь христианского учения в атеистическом СССР. Благодаря ей очень многие советские граждане вернулись в христианство. А самые «волевые и неустрашимые» в конце ХХ века смогли опрокинуть «бездарный режим» и приступить к восстановлению православной веры. 


Кто-то удивленно скажет: откуда такой невероятный вывод? Рубцов ничего не проповедовал, он просто писал красивые, волнующие людей стихи. Нет, уважаемые скептики, именно красота рубцовского стиха, нацеленного на идеалы Святой Руси, волновала людей и заставляла искать то, что в свое время было потеряно. А потеряли многие – под давлением атеистической власти и ее атакующей пропаганды – ни много ни мало, веру в Бога. 





Но что же помогло поэту, с пеленок находившемуся в советской безбожно-агрессивной среде, обрести твердую христианскую веру в Воскресение после смерти и Вечную жизнь? Как с неба «правил» его Иисус Христос или его ангелы, мы по понятным причинам доподлинно знать не можем, а вот свидетельств земных соприкосновений христианского учения с душой Рубцова достаточно много. 


В самом раннем детстве (до пяти с половиной лет) помогло влияние матери и, возможно, старшей сестры Галины. Невзирая на попреки партийного мужа и отца семейства, мама – Александра Михайловна – пела в церковных хорах в родном селе и в Вологде, после смерти ее хоронили церковные люди, а Галя некоторое время жила в семье архиерея – мыла полы и работала в огороде.


Помогли храмы Вологодского края, помог Спасо-Прилуцкий монастырь, в котором похоронен поэт Константин Батюшков. Наверное, совсем не случайна воля Рубцова найти свое последнее успокоение в этом монастыре.


Помогло стремление отыскать настоящий смысл жизни и следовать ему в творчестве. Рубцов не боялся ставить перед собой сложнейшие вопросы: 





Как узнать, из чего я возник 


И для чего предназначен в мире?





Как выбрать путь, где нет обмана? 


Как выбрать путь, который тверд?





Мы знаем, что всякого ищущего истинный путь человека Бог хотя бы один раз в жизни ставит перед выбором, открывая ему Истину. И нет более сильного призыва, чем слова Иисуса Христа, называющего себя камнем, то есть твердым: «Я есть путь, истина и жизнь!»


Помогло Рубцову и чтение, которому он безгранично предавался с раннего детства. Больше всего он любил отечественную, пронизанную христианским учением, классическую литературу и христианскую историю нашей родины – Святой Руси. 





Но обрести веру и ее реализовать – две разные задачи. Тем более реализовать в тогдашнем СССР, когда кремлевские мечтатели все еще грезили мировой революцией. Во время становления поэта Советский Союз был огромной, отгороженной ракетами от всего верующего мира резервацией для искусственного выведения людей-атеистов без каких бы то ни было начатков нравственности. Призыв Коммунистической партии «Будь готов!» и звонкий пионерский ответ «Всегда готов!» со школьной скамьи насильно закладывались – буквально вживлялись – в память каждого, чтобы этот безликий «каждый» в нужный момент мог выполнить любой приказ. Все, что мешало коммунистической доктрине, особенно в идеологии, разрушалось «до основания». Не допускалось никакого самостоятельного поиска, никакой свободы мысли, тем более мысли о Боге. Найти в книжном магазине, в открытом доступе Библию или другую христианскую литературу было практически невозможно.





Но каким образом поэт все-таки выполнил поставленную Богом задачу? С помощью ассоциативного поэтического иносказания. С помощью метафор, употребления слов в переносном значении. Ассоциация – это связь между представлениями, в силу которой одно представление вызывает в сознании другое – тождественное, похожее. Говоря о любви к родной земле и ее истории, с помощью умелых ассоциаций можно вызвать интерес и любовь к идее, которую земля когда-то олицетворяла. 





Вот что пишет Ольга Гладышева о мощных ассоциативных способностях Николая Рубцова: «Он словно будит в душе что-то знакомое, что ты знал в детстве, а потом забыл, занесло жизнью, как песком… Ты, может быть, никогда не был в тех местах, о которых пишет Рубцов, но ты их знаешь, ты ими пронизан, пронзен в сердце – ведь ты русский!»





Но почему именно Святую Русь Рубцов ассоциирует с наибольшей силой? А не, к примеру, христианскую Грецию, коей увлекались многие поэты? Или Израиль – родину Христа? 





Ответить поможет юношеский диалог, запомнившийся Сергею Багрову: «...осенней порой 1950 года учащийся первого курса Тотемского лесного техникума Коля Рубцов стоял на крыльце деревянного дома и, глядя на ропщущий в шепоте чутких черемух Кореповский ров, на резвых козлят во дворе, на скамейку под окнами и белеющую дорогу, по которой тащился гнедой, везя на телеге бочку с возницей, взволнованно говорил: 


– Как много здесь русского! Как я люблю эту местность! Откуда все это? И для кого? Ты не знаешь? 


– Не знаю, – ответил я. 


– Значит, мне предстоит. 


– Что предстоит? 


Рубцов показал на двор, огород, улицу, ров и ропщущие деревья: 


– Узнать: почему все это так сильно действует на меня...» 





Не сам Рубцов выбирал то, что должен будет воспеть – Русь выбрала его, действовала на него, как магнит. Тянула к себе. Ведь именно на Святой Руси учение Христа сохранилось в своей первозданной чистоте и не обросло никакими человеческими дополнениями. Именно русские люди безоговорочно и безоглядно поверили в Вечную жизнь и выразили эту веру в архитектуре православных храмов и монастырей, в песнях, в монашеском подвижничестве, в мирном деревенском быте и в доблестных воинских подвигах. «Материал» для проповеди в буквальном смысле лежал под ногами. 





Людмила Дербина пишет: «Николай Рубцов нес в себе Россию, он душу свою изорвал за нее, печалился и плакал о ней, размышляя далеко не оптимистично о ее будущем». 





Какую Россию? Понятно, что не советскую, не дворянскую, не петровскую. Рубцов невероятным образом видел и любил былую, ныне спящую Святую Русь. Русь времен Андрея Рублева, Дионисия, Ферапонта… Русь монастырей, белоколонных храмов, лесных скитов, иноков, старцев, 


божьих людей – юродивых, молитв и чудес. Настоящую, корневую, исконную, православную Русь. Ее он и хотел разбудить – а может быть, и восставить – своими молитвами и стихами-проповедями.


Мы можем представить, каково было поэту, внутренним взором все время всматривающемуся в эту святую жизнь Руси, жить в невежественном, безнравственном СССР – стране без имени, среди человеческой тупости, пьянства, вранья власти и ее прихвостней, среди разрушенных и поруганных храмов и монастырей. И терпеть эту советскую реальность. 





Слышится возглас: а зачем вообще проповедь? Она нужна была в первые века новой эры, когда язычники еще ничего не знали о Христе. Но за две тысячи лет христианство достаточно широко распространилось по земле. И как учение, и как религиозная практика... Если человек сильно захочет, он самостоятельно – при любой господствующей идеологии – найдет способ познакомиться с Библией, с Евангелием. 


Отвечаем: в любые времена проповедь нужна именно для того, чтобы человек «захотел». 


Николаю Рубцову удалось восстановить в оглупляемом властью советском народе это желание. Своими тончайшими ассоциациями, намеками, недосказанностями расшевелить воображение людей, заставить их думать, искать и в конечном счете приходить к Истине. 


Чтобы понять, как он это делал, нужно не просто читать его стихи и прозу, но вчитываться, вдумываться в каждую строчку, в каждое слово и даже в каждую букву. У великих поэтов нет и лишней запятой. 





Именно таким образом внимательно вчитаемся в пророческое стихотворение 1970 года, которым многие составители рубцовских сборников любят завершать эти сборники: 





Я умру в крещенские морозы.


Я умру, когда трещат березы.


А весною ужас будет полный: 


На погост речные хлынут волны!


Из моей затопленной могилы


Гроб всплывет забытый и унылый,


Разобьется с треском,


и в потемки


Уплывут ужасные обломки.


Сам не знаю, что это такое…


Я не верю вечности покоя!





Ключ не в первой, многими уже многократно и с разными целями повторенной строчке, а в последней. В последнем слове. А точнее – в последней букве. Почему эта буква «я», а не «ю»? Ведь в нашем обиходе гораздо более употребительно словосочетание «покой вечности», чем «вечность покоя». 


Если бы Рубцов не верил покою (в значении слова – незыблемость, недвижимость, устойчивость, стабильность) вечности, было бы «Я не верю вечности покою!». В покой вечности он, как видно, верил. 


Не верил он в вечность (в значении слова – неумираемость, неистребляемость, постоянность, неизменяемость) покоя (в значении слова – неподвижность, нежизнь, смерть). Другими словами, не верил в постоянность смерти, в ее неизменяемость. Поэтому «Я не верю вечности покоя!» 


Если человек не верит в вечность неподвижности и смерти, во что же он верит? В вечность движения и жизни. Именно поэтому «гроб (как вместилище смерти) всплывет забытый и унылый, /Разобьется с треском, и в потемки/ уплывут ужасные (страшные и ненужные поэту) обломки». Зачем, почему уплывут? Чтобы не мешать поэту жить дальше. Когда уплывут? Весной, когда после зимней спячки воскресает к жизни природа и все живое в ней. 


Почему поэт честно признается, что «не знает, что это такое»? Потому что в момент написания стихотворения он еще живет на земле, в нашем мире, еще не перешел границу жизни и смерти и действительно не может в точности знать, что за ней. 


Мы знаем, что неверие в постоянность и неизменяемость смерти (неверие в вечность смерти) – суть христианской веры в Воскресение после смерти (вера в Вечность жизни). 


Кто еще сомневается в христианстве Николая Рубцова? 





Уместно вспомнить, что образ «всплывшего гроба» сохранился в памяти поэта с раннего детства. Вот что об этом рассказывает Сергей Багров: «До кладбища он не дошел. Остановился – весь выжидательность и тревога. Там как будто кричали – негромко, однако настойчиво. Мне показалось, что кто-то оттуда передавал ему свой привет – живому от неживых. Он возвратился и закурил. 


– Ужасное место! – невесело хохотнул. – Чего бы там делать? А вот, иду, будто кто приказал. 


Я показал ему обломки: 


– А это чего? 


– Гробы, – ответил Рубцов. – Их все время тут вымывает. Вода по весне – винтом! Иногда зальет весь погост. Помню, когда я был вот таким, – Рубцов показал ладонью где-то чуть выше уровня живота, – что здесь творилось! Лед и вода! И ливень! С громами! Кресты шатаются и трещат! Гробы, что тебе настоящие крокодилы! Всплывают! Мечутся тут и там! Много ушло по воде...»





Отметим очень важный момент – действие Рубцова, как бы вопреки своей воле: «...иду, будто кто приказал». Об этом же его строчка: «О чем писать – не наша воля...» И напомним, что к Богу человек приходит, конечно, самостоятельно, через отрицание навязываемых идеологических стереотипов господствующего мировоззрения, но – главное – не без помощи, а может быть и по приказу, самого Бога. 


Как говорит Иисус Христос: «Никто не может придти ко Мне, если не привлечет его Отец, пославший Меня; и я воскрешу его в последний день. У пророков написано: «и будут все научены Богом». Всякий, слышащий от Отца и научившийся приходит ко Мне» (Ин. VI, 44, 45). 


В другом месте: «Ибо не вы Меня избрали, а Я вас избрал и поставил вас, чтобы вы шли и приносили плод, и чтобы плод ваш пребывал…» (Ин. XV, 16).





Яркое свидетельство того, что Бог привлек к служению Николая Рубцова – стихотворение «Взглянул на кустик». Внимательно прочитаем его:





Взглянул на кустик – истину постиг. 


Он и цветет, и плодоносит пышно,


Его питает солнышко, и слышно,


Как в тишине поит его родник.





А рядом – глянь! – худые деревца.


Грустна под ними скудная лужайка,


И не звенит под ними балалайка,


И не стучат влюбленные сердца. 





Тянулись к солнцу – вот и обожглись!


Вот и взялась нечаянная мука.


Ну что ж, бывает... всякому наука,


Кто дерзко рвется в солнечную высь. 





Зато с куста нарву для милых уст


Малины крупной, молодой и сладкой,


И, обнимая девушку украдкой,


Ей расскажу про добрый этот куст...





О том, какой девушке, «обнимая ее украдкой», Рубцов «расскажет про добрый этот куст...» и зачем «расскажет», можно догадаться сразу. Вчитаемся в первые строфы стихотворения. 


Может показаться, что в них речь идет об обычном кусте малины в окружении обожженных деревьев. На самом деле в основе сюжета лежит библейское чудо «Неопалимой купины». По свидетельству Дербиной, одна из икон, стоявших на столе у Рубцова, была посвящена «Неопалимой купине». Не на нее ли глядя, писал поэт это стихотворение?





Вспомним текст Священного писания: «Моисей пас овец у Иофора, тестя своего, священника Модиамского. Однажды повел он стадо далеко в пустыню, и пришел к горе Божией Хориву. И явился ему Ангел Господень в пламени огня из среды тернового куста. И увидел он, что терновый куст горит огнем, но куст не сгорает. Моисей сказал: пойду и посмотрю на сие великое явление, отчего куст не сгорает. Господь увидел, что он идет смотреть, и воззвал к нему Бог из среды куста, и сказал: Моисей! Моисей! Он сказал: вот, я (Господи). И сказал Бог: не подходи сюда; сними обувь твою с ног твоих; ибо место, на котором ты стоишь, есть земля святая. И сказал (ему): Я Бог отца твоего, Бог Авраама, Бог Исаака и Бог Иакова. Моисей закрыл лице свое; потому что боялся воззреть на Бога. 


И сказал Господь (Моисею): Я увидел страдание народа Моего в Египте и услышал вопль его от приставников его; я знаю скорби его, и иду избавить его от руки Египтян и вывести его из земли сей (и ввести его) в землю хорошую и пространную, где течет молоко и мед, в землю Хананеев, Хеттеев, Аморреев, Ферезеев, (Гергесеев), Евеев, Иевусеев. И вот, уже вопль сынов Израилевых дошел до Меня, и Я вижу угнетение, каким угнетают их Египтяне. Итак, пойди: я пошлю тебя к фараону (царю Египетскому); и выведи из Египта народ Мой, сынов Израилевых. Моисей сказал Богу: кто я, чтобы мне идти к фараону (царю Египетскому) и вывести из Египта сынов Израилевых? И сказал (Бог): Я буду с тобою, и вот тебе знамение, что Я послал тебя: когда ты выведешь народ (Мой) из Египта, вы совершите служение Богу на этой горе» (Исх. 3. 1–12). «И они послушают голоса твоего...» (Исх. 3. 18). 





Постигнуть Истину Николай Рубцов мог единственным способом – узрев Бога. Открылась поэту Истина – как следует из стихотворения – во время взгляда на «кустик». Или на икону... Зачем открылась? Чтобы Рубцов повторил дело Моисея – и вывел русский народ из коммунистического рабства. Чтобы слушал народ его стихи и понимал, куда ему идти. Чтобы осознали наконец люди, что нельзя «дерзко рваться в солнечную высь», отвергая Бога – легко обжечься. Чтобы уразумели, что «питает солнышко» и «поит родник» только то живое, в котором Бог... 


Но как выводить заблудившийся народ, когда любое слово о Боге затаптывается в грязь твердолобыми коммунистами? 


Вернемся к Библии. «И сказал Моисей Господу: о, Господи! человек я не речистый, и таков был и вчера, и третьего дня, и когда Ты начал говорить с рабом Твоим: я тяжело говорю и косноязычен. Господь сказал (Моисею): кто дал уста человеку? кто делает немым, или глухим, или зрячим, или слепым? не Я ли Господь (Бог)? Итак, пойди: и Я буду при устах твоих, и научу тебя, что тебе говорить» (Исх. 4. 10–12). 





Именно Бог научил Николая Рубцова говорить не прямо, иносказательно, и, благодаря музыкальности стихотворной формы, очень проникающе. До такой степени проникающе, что через два десятка лет просвещенный рубцовскими словами – на самом деле, словами, продиктованными ему Богом, – русский народ вышел из-под коммунистического атеистического гнета, совершил перестройку и начал восстановление христианской православной веры во всей ее полноте, даже на государственном уровне. Понятно, что в этом святом деле Рубцов был не одинок, но мы знаем, что он оказался самым песенным поэтом предперестроечного времени. Около 150 стихотворений получили свое музыкальное воплощение. Многие неоднократно. К «Деревенским ночам», «Звезде полей», «Журавлям», «Зимней песне», «В минуты музыки печальной» обратились почти два десятка композиторов. К 90-м годам суммарные тиражи книг Рубцова, включая детские издания, перехлестнули цифру в пять с половиной миллионов экземпляров. Начиная с 1964 года стихи Николая Рубцова публиковались во всех центральных журналах, сборниках Дней поэзии, газетах «Вологодский комсомолец» и «Красный Север» и др. Он читал свои стихи по радио.


Это означает, что песни на его запоминающиеся стихи, да и сами стихи, негромко «мурлыкал» весь русский народ. Мурлыкал и выправлялся. Мурлыкал и тянулся к Источнику рубцовских рифм. И дотянулся! 


Похоже, после всех испытаний и наказаний, простил все же Господь богоотступничество Руси. Ведь не просто же так поэт выводил нас из египетско-коммунистической тьмы. Может быть, призванная Богом Россия, наконец-то, совершит свое главное дело… 





Главная задача христианина – его личное спасение, но о каком приносимом «плоде» говорит Иисус Христос? Конечно, о плоде все возрастающей веры. Но «вера без дел мертва» – по Закону человек, уверовавший в Бога и Воскресение, должен нести Свет Истины другим людям. Как это делать при советской власти? При атеистической цензуре? Когда вокруг снуют шпики КГБ и милицейские стукачи. Только потаенно, зашифрованно. 


О Боге и о Царстве Небесном, о Вере и Вечной жизни с помощью поэтических ассоциаций тихо рассказывать в своих стихах так, чтобы умственно недоразвитые противники ничего не поняли, а ищущие и внимательные люди догадались сразу. 





Вот оно – скрытое и явное христианство Николая Рубцова: 





…И храм старины, удивительный белоколонный,


Пропал, как виденье, меж этих померкших полей, –


Не жаль мне, не жаль мне растоптанной царской короны,


Но жаль мне, но жаль мне разрушенных белых церквей!..





О сельские виды! О дивное счастье родиться


В лугах, словно ангел, под куполом синих небес!


Боюсь я, боюсь я, как вольная сильная птица,


Разбить свои крылья и больше не видеть чудес!





Боюсь, что над нами не будет таинственной силы,


Что выплыв на лодке, повсюду достану шестом,


Что, все понимая, без грусти пойду до могилы…


Отчизна и воля – останься, мое божество!





Останьтесь, останьтесь, небесные синие своды!


Останься, как сказка, веселье воскресных ночей!


Пусть солнце на пашнях венчает обильные всходы


Старинной короной своих восходящих лучей!..





Христианство спокойное и неколебимое:





…И надо мной – бессмертных звезд Руси,


Спокойных звезд безбрежное мерцанье…





Христианство не только возвышенное, небоустремленное, но и воинственно-бытовое: 





Влетел ко мне какой-то бес.


Он был не в духе или пьян.


И в драку сразу же полез,


Повел себя как хулиган.





И я сказал: – А кто ты есть? 


Я не люблю таких гостей.


Ты лучше лапами не лезь:


Не соберешь потом костей!





Но бес от злости стал глупей


И стал бутылки бить в углу.


Я говорю ему: – Не бей!


Не бей бутылки на полу!





Он вдруг схватил мою гармонь.


Я вижу все. Я весь горю. 


Я говорю ему: – Не тронь!


Не тронь гармошку! – говорю…





Бродяжническое…





Как центростремительная сила


Жизнь меня по всей земле носила!..





…Так полюбил я древние дороги


И голубые


вечности глаза!..





...Я рад тому, что мы кочуем,


Я рад садам монастыря...





Призывающее вернуться к утраченному...





Эх, Русь, Россия!


Что звону мало?


Что загрустила?


Что задремала?





Давай пожелаем


Всем доброй ночи!


Давай погуляем!


Давай похохочем!





И праздник устроим,


И карты раскроем...





Отмечающее святость поэтического дара:





…Поэт, бывало, скажет слово


В любой компании чужой, –


Его уж любят, как святого, 


Кристально чистого душей…





Отвергающее небытие…





…Все я верю, воспрянувши духом


В грозовое свое бытие


И не верю настойчивым слухам,


Будто все перейдет в забытье…





…Это кажется мне невозможным.


Все мне кажется – нет забытья!


Все я верю, как мачтам надежным,


И делам, и мечтам бытия.





Обличающее нехристей и их дела...





...Но кто там 


снова 


звезды заслонил? 


Иль то из мифа страшного циклопы? 


Где толпами протопают они, 


Там топят жизнь 


кровавые потопы!





Ищущее, думающее…





…Взгляд блуждает по иконам…


Неужели Бога нет?





Воцерковленное, желающее – как издревле заведено – подавать милостыню у храма...





...Стоит жара, летают мухи, 


Под знойным небом чахнет сад. 


У церкви сонные старухи 


Толкутся, бредят, верещат. 





Смотрю угрюмо на калеку, 


Соображаю, как же так – 


Я дать не в силах человеку 


Ему положенный пятак?





Отождествляющее чистоту человеческой души с чистотой природы…





…Душа свои не помнит годы,


Так по-младенчески чиста,


Как говорящие уста


Нас окружающей природы…


Благодарное…





…Спасибо, скромный русский огонек,


За то, что ты в предчувствии тревожном


Горишь для тех, кто в поле бездорожном


От всех людей отчаянно далек,


За то, что с доброй верою дружа,


Среди тревог великих и разбоя


Горишь, горишь, как добрая душа,


Горишь во мгле – и нет тебе покоя…





Исследовательское, всматривающееся в историю родины…





…В деревне виднее природа и люди.


Конечно, за всех говорить не берусь!


Виднее над полем при звездном салюте,


На чем поднималась великая Русь…





Фатальное…





Напрасно


дуло пистолета


Враждебно целилось в него:


Лицо великого поэта


Не выражало ничего!


Уже давно, 


как божью милость,


Он молча верил 


В смертный рок…





Сокрушающееся об ушедшем и подспудно подвигающее людей его восстановить: 





Пасха под синим небом,


С колоколами и сладким хлебом,


С гульбой посреди двора,


Промчалась твоя пора!..





…О чем рыдают, о чем поют


Твои последние колокола? 


Тому, что было, не воздают


И не горюют, что ты была…





Объединяющее поэта со всеми проявлениями бытия…





Здесь каждый славен – 


мертвый и живой!


И оттого, в любви своей не каясь,


Душа, как лист, звенит, перекликаясь


Со всей звенящей солнечной листвой…





По-детски чистое и радостное…





…Слышишь, ветер шумит по сараю?


Слышишь, дочка смеется во сне?


Может, ангелы с нею играют


И под небо уносятся с ней…





Вслушивающееся в природу и окружающую действительность…





…Над колокольчиковым лугом


Собор звонит в колокола!





Звон заокольный и окольный,


У окон, около колонн, –


Я слышу звон и колокольный,


И колокольчиковый звон…





Мечтающее о небе...





...Ах! Я тоже на небо хочу! 


Я хочу на просторы Вселенной!





Исторически-объективное, памятливое и пророчески смотрящее вперед…





…Было все – покой и святость


Невеселых наших мест…





…Сколько было здесь чудес,


На земле святой и древней,


Помнит только темный лес!


Он сегодня что-то дремлет…





С моста идет дорога в гору.


А на горе – какая грусть! -


Лежат развалины собора,


Как будто спит былая Русь…





…О вид смиренный и родной!


Березы, избы по буграм


И, отраженный глубиной,


Как сон столетий, божий храм. 





О, Русь – великий звездочет!


Как звезд не свергнуть с высоты,


Так век неслышно протечет,


Не тронув этой красоты…





Преданно любящее родную – Святую и вечную – землю и объективно оценивающее нависшую над ней опасность…





…И эту грусть, и святость прежних лет


Я так любил во мгле родного края,


Что я хотел упасть и умереть


И обнимать ромашки умирая…





...И вечные, как Русь, священные деревья 


Темнеют вдоль дорог, 


листву роняя в грязь...





Россия, Русь – куда я не взгляну…


За все твои страдания и битвы 


Люблю твою, Россия, старину,


Твои леса, погосты и молитвы,


Люблю твои избушки и цветы,


И небеса, горящие от зноя,


И шепот ив у омутной воды,


Люблю навек, до вечного покоя…


Россия, Русь! Храни себя, храни!


Смотри, опять в леса твои и долы





Со всех сторон нагрянули они, 


Иных времен татары и монголы. 


Они несут на флагах черный крест,


Они крестами небо закрестили,


И не леса мне видятся окрест,


А лес крестов 


в окрестностях 


России…





Угадывающее светлые души…





…Не помнит он, что было прежде,


И не боится черных туч,


Идет себе в простой одежде


С душою светлою, как луч!..





Тоскующее по заблудившимся в дебрях атеизма друзьям...





...Когда душе моей земная веет святость, 


И полная река несет небесный свет, 


Мне грустно оттого, 


что знаю эту радость 


Лишь только я один. 


Друзей со мною нет...





Способное молчаливо пережить любые природные явления…





…И туча шла гора горой!


Кричал пастух, металось стадо,


И только церковь под грозой


Молчала набожно и свято…





…Спасая скот, спасали каждый дом


И глухо говорили: – Слава Богу!


Слабеет дождь…вот-вот…еще немного.


И все пойдет обычным чередом…





Самоотверженное и сливающееся с окружающим миром…





…И всей душой, которую не жаль


Всю потопить в таинственном и милом,


Овладевает светлая печаль,


Как лунный свет овладевает миром…





…И возвратиться в отчий дом,


Чтобы однажды в доме том


Перед дорогою большою


Сказать: – Я был в лесу листом!


Сказать: – Я был в лесу дождем!


Поверьте мне, я чист душою…





Тоскующее по Небесному царству любви и добра...





...Я иду по знакомой дороге. 


Мне дорога ложится под ноги. 


В сердце чувство проснулось такое, 


Будто в царство любви и покоя 


Я иду по знакомой дороге...





Предупреждающее о недремлющих врагах Истины...





Огромный мир 


По-прежнему не тих. 


Они грозят. 


Мы сдерживаем их...





Молитвенное…





…И я молюсь – о, русская земля! – 


Не на твои забытые иконы,


Молюсь на лик священного Кремля


И на его таинственные звоны…





Тревожное, стремящееся отвести от небытия и смерти...





...И так тревожно 


В час перед набегом 


Кромешной тьмы 


Без жизни и следа, 


Как будто солнце 


Красное над снегом, 


Огромное, 


Погасло навсегда...





Самосохраняющее…





…Я клянусь:


Душа моя чиста.





Пусть она


Останется чиста


До конца, 


До смертного креста!





Интуитивно-мистическое и восторженно открытое небу…





Привет, Россия – родина моя!


Как под твоей мне радостно листвою!


И пенья нет, но ясно слышу я


Незримых певчих пенье хоровое…





…И все ж прекрасен образ мира,


Когда в ночи равнинных мест


Вдруг вспыхнут все огни эфира,


И льется в душу свет небес…





Пристально изучающее Божий мир и восхищающееся им…





В потемневших лучах горизонта 


Я смотрел на окрестности те,


Где узрела душа Ферапонта


Что-то Божье в земной красоте.


И однажды возникло из грезы,


Из молящейся этой души,


Как трава, как вода, как березы,


Диво дивное в русской глуши!


И небесно-земной Дионисий,


Из соседних явившись земель,


Это дивное диво возвысил


До черты, небывалой досель…


Неподвижно стояли деревья,


И ромашки белели во мгле,


И казалась мне эта деревня


Чем-то самым святым на земле…





…Неспокойные тени умерших


Не встают, не подходят ко мне.


И, тоскуя все меньше и меньше,


Словно Бог, я хожу в тишине.





И откуда берется такое,


Что на ветках мерцает роса,


И над родиной, полной покоя,


Так светлы по ночам небеса!..





Понимающее, что страна идет к смерти, и верящее, что ошибку России можно исправить…





Сижу в гостях за ароматным чаем


С друзьями продолжая давний спор. 


Россия, Русь! Неужто одичаем,


Себе подпишем смертный приговор?..





Апокалипсическое...





...И вертится планета, и летит 


К своей неотвратимой катастрофе.





Но, в конце концов, утверждающее человеческое бессмертие... 





...И думаю я – смейтесь иль 


не смейтесь – 


Косьбой проворной на лугу согрет, 


Что той, которой мы боимся, – смерти, 


Как у цветов, у нас ведь тоже нет!





Особняком в христианской проповеди Рубцова стоит «Звезда полей». В таком варианте...





...Но только здесь, над родственным пределом, 


Она восходит ярче и полней, 


И счастлив я, пока на свете белом 


Еще горит звезда моих полей!





Очевидно, что речь идет о той самой путеводной звезде, которую увидали волхвы Нового завета...





«...пришли в Иерусалим волхвы с востока, и говорят: где родившийся Царь Иудейский? ибо мы видели звезду Его на востоке и пришли поклониться Ему» (Мф. II, 2). 





Не было ли раскрыто сакральному Рубцову именно то место «на востоке», где взошла путеводная звезда Спасителя, и где смогли увидеть ее люди земли? О чьем «родственном пределе» идет речь: поэта, звезды... или, может быть, самого Бога? 





В приведенных стихах нет прямых призывов к Богу (с ними коммунистическая власть Рубцова никогда бы не напечатала), христианское содержание поэт передает с помощью знаковых слов: Бог, святость, храм, церковь, певчие, иконы, чудо, молитва, диво, погосты, звоны, Русь, душа, бытие, колокола, ангел, бес и др. Но более сильной стихотворной проповеди христианства в Советском Союзе не было. Поэтому Рубцова боялась власть и во всем послушный ей Союз писателей СССР. Хотя умный, хитрый, никогда открыто не выступающий против власти и профессионально законспирировавший себя поэт успокаивал – как бы усыплял и одновременно предупреждал – своих противников. 





…Поэт нисколько не опасен.


Пока его не разозлят.





Некоторые рубцововеды не могут понять и принять христианства поэта из-за наличия в его стихах и высказываниях «верноподданнических» советских настроений и даже призывов. Почему в коммунистической действительности ему приходится врать, Рубцов объясняет стихами же: 





... Но лейтенант сказал: – Привет! 


Опять не слушаешь команд! 


Хотелось мне сказать в ответ: 


– Пошел ты ......., лейтенант! 





Но я сказал: – Ах, виноват, – 


И сразу, бросив карандаш, 


Я сделал вид, что очень рад 


Послушать умный инструктаж. 





Зачем соврал? Легко понять. 


Не зря в народе говорят: 


Коль будешь против ветра ....... 


В тебя же брызги угодят!





Признаваясь в своей лжи, Рубцов учит: 





Они поют, куют и пашут. 


Когда ж обижены за жизнь, 


они кричат, руками машут, 


как будто только родились! 


Чего хотят они, 


созданья, 


с клеймом в начале и в 


конце? 


...Ты научись на их страданья 


смотреть с улыбкой на лице. 


Ты, как дурак, не прыгай в 


пламя 


спасать младенцев и уют, 


и если надо будет знамя – 


возьми, 


какое подадут. 


В конце концов 


железным матом 


прокляв сожителей своих, 


ты нищим будь или 


богатым, 


но независимым от них!..





Отметим, что люди – по Рубцову – это не развившиеся благодаря труду потомки диких обезьян, как следует из Энгельса и Дарвина, а именно – «созданья». Созданья Бога! 





Как еще – кроме как с помощью поэзии – проповедует поэт? Во многих источниках фигурируют христианские иконы, бывшие дома у Николая Рубцова – их мог лицезреть всякий входящий. Это важно, потому что советская власть предпочитала изображения основоположников коммунистической доктрины и партийных начальников – членов Политбюро ЦК КПСС. 


Поэт не боится провокационно спрашивать у многих: есть ли Бог, есть ли загробная жизнь? (Л. Дербина, Н. Старичкова) и заставлять размышлять на эту тему. В письме Глебу Горбовскому из Никольского Рубцов откровенно признается: «Особенно раздражает меня самое грустное на свете – сочетание старинного невежества с современной безбожностью, давно уже распространившиеся здесь». 


В разговорах, поминая Богородицу, он часто произносит: «Матушка, Царица небесная». Виктор Астафьев, которому поэт так до конца и не открылся, пишет что Рубцов «приближался к Богу, реденько и потаенно ходил в церковь, застенчиво молился». Почему «реденько и потаенно», человеку, жившему в СССР, объяснять не нужно. Выйди Рубцов на площадь и заяви открыто: «Люди, обратитесь ко Христу!», или «Уверуйте в Вечную жизнь!», или «Смысл жизни в Воскресении после смерти!» – он тут же загремел бы в милицию или того хуже – в психушку. И не принес бы того «плода», которого ждал от него Бог. 





Нинель Старичкова приводит такой факт истового христианства Рубцова: «Этим же днем в огороде нашего дома, копаном и перекопанном, наверно, сто раз, я увидела металлический предмет. Что это? Беру в руки. Иконка! Зову Колю: “Смотри, что я нашла!” Он прямо выхватывает иконку из рук (я даже не успела рассмотреть, что там изображено) и кладет в карман. 


– Это мне. 


– Как это сюда попало? 


– Паломники, наверное, здесь проходили, – говорит Коля». 





Еще одно важное свидетельство: Рубцов читает Старичковой стихотворение «Выпал снег…»:





…Снег летит – гляди и слушай!


Так вот просто и хитро


Жизнь порой врачует душу…


Ну и ладно! И добро. 





После этих строк Коля приостанавливается и говорит мне: «Жизнь! Это не то. У меня здесь – Бог. Бог порой врачует душу. Но я заменил, так ведь не напечатают. Пусть будет – жизнь».





Подобное подтверждает и Сергей Бочаров: «В те годы бывало так, что за одним столом исполняли свои песни Юз Алешковский (при этом авторским аккомпанементом была не гитара, а такт, отбиваемый по столу ладонями) и Николай Рубцов, и надо сказать, что тексты песен Рубцова отличались от тех, что затем печатались в сборниках».





Господа рубцововеды, будущие издатели и редакторы поэта, не верьте советским публикациям его стихотворений, в них может оказаться не настоящий Рубцов. Настоящего ищите в автографах, в сохранившихся черновиках, в первоначальных машинописных вариантах текстов и даже в устных пересказах его стихов. 





2.


Вот как Рубцов выражал свое отношение к Советской власти, ее целям и установленным ею порядкам.





Природу любя больше, чем коммунизм…





Если б деревья и ветер,


который шумит в деревьях,


Если б цветы и месяц,


который светит цветам, – 


Все вдруг ушло из жизни, 


остались бы только люди,


Я и при коммунизме 


не согласился б жить!





Ужасаясь тому, как принимались решения, и лично перед собой ставя задачу изменения советской системы жизни... 





Сталин что-то по пьянке сказал – 


И раздался винтовочный залп! 


Сталин что-то с похмелья сказал – 


Гимны пел митингующий зал! 





Сталин умер. Его уже нет. 


Что же делать – себе говорю, – 


Чтоб над родиной жидкий рассвет 


Стал похож на большую зарю?





Болея душой о миллионах заключенных и стыдясь за советский строй и его символы...





...Лунною порой,


Омрачая мир, 


Шел понурый строй,


Рядом – конвоир...





...Я остался около деревьев 


И, конечно, понял в этот день, 


Что позорно шляться по деревне 


С краснозвездной шапкой 


набекрень.





С иронией и отчужденно…





Ах, что я делаю, зачем я мучаю


Больной и маленький свой организм?


Ах, по какому же такому случаю?


Ведь люди борются за коммунизм!





Скот размножается, пшеница мелется,


И все на правильном таком пути…


Так замети меня, метель-метелица,


Так замети меня, ох, замети!..





...И вот я сижу 


и зубрю дарвинизм,


и вот в результате зубрежки –


внимательно ем 


молодой организм


какой-то копченой рыбешки...





Отвергая пьяные традиции советских праздников и выявляя очевидную деградацию «новой породы» людей... 





«Пришла, прошлась по туалету 


Стара, болезненно-бледна. 


Нигде глазам отрады нету, 


Как будто здесь была война! 


Опять какая-то зараза 


Сходила мимо унитаза! 


Окурки, пробки, грязь... О, Боже, 


За что казнишь меня, за что же! 


В ребятах тоже 


нет веселья! 


Улыбки сонно ей даря, 


Еще качаются с похмелья, 


Отметив праздник Октября!


(Стихотворение называется 


«Уборщица рабочего общежития»).





С неприятием фальшивой показухи …





К мужику микрофон подносят.


Тянут слово из мужика.


Рассказать о работе просят –


В свете новых решений ЦеКа.





Мужику


непривычно трёкать,


Вздох срывается с языка.


Нежно взяли его за локоть:


Тянут 


слово


из мужика! 





С горькой и едкой насмешкой над бумаготворчеством и очковтирательством партийных лидеров, их волюнтаризмом и практикой приписок... 





Июньский пленум


Решил вопрос:


Овсом и сеном


Богат колхоз…





С готовностью вырваться из безобразной советской действительности...





...И однажды, прижатый к стене


Безобразьем, идущим по следу,


Одиноко я вскрикну во сне


И проснусь, и уйду, и уеду...





К советской власти поэт относился, как к силе, обуреваемой экономическими утопиями, не способной обеспечить достойную жизнь людям…





Стукнул по карману – не звенит.


Стукнул по другому – не слыхать.


В коммунизм – таинственный зенит –


Полетели мысли отдыхать…





Постоянно врущей, держащей в еженочном «милицейском» страхе и гноящей в тюрьмах свой народ…





Потонула во тьме отдаленная пристань.


По канаве промчался, эх, осенний поток!


По дороге неслись сумасшедшие листья,


И всю ночь раздавался милицейский свисток.





Я в ту ночь позабыл все хорошие вести,


Все призывы и звоны из Кремлевских ворот.


Я в ту ночь полюбил все тюремные песни,


Все запретные мысли, весь гонимый народ…





С несерьезным, «пустым» лидером – Л. И. Брежневым, портрет которого для отвода глаз висел в квартире Рубцова на видном месте... 





Какую слякоть сделал дождь,


Какая скверная погода,


А со стены смеется вождь


Всего советского народа.





С начальниками-словоблудами... 





... И дело в том – наверняка –


Что с треском нынче демагоги


Летят из Главков и ЦэКа!





Ведущей себя к неминуемому краху, из-за неспособности противостоять более сильной воле…





…Еще мужчины будущих времен –


Да будет воля их неустрашима! –


Разгонят мрак бездарного режима


Для всех живых и подлинных имен!





Вот что о взглядах поэта на «бездарный режим» и революцию, его породившую, сообщает Людмила Дербина: «Как-то Рубцов сказал: “Знаешь, Люда, я вот думаю и все чаще прихожу к мысли, что революция для русского народа – большое несчастье… Революция повлекла за собой гражданскую войну, а это страшная трагедия для русского народа. Когда-нибудь об этом заговорят. Сколько пролилось крови русской зазря! Убивали друг друга родные люди, брат брата. Жалко и тех, и тех. В Отечественную войну было ясно, враги – фашисты. В гражданскую погибал цвет нации, уничтожался своими собственными руками. Жалко эмигрантов. Вот у меня есть стихотворение «В старом парке». Так вот мне жалко того барина! Сколько их угасло на чужбине! От тоски по Родине тоже умирают! И потом дворянство – это целый пласт русской культуры. Мы его выкорчевали и пустили по ветру…”» 





Вспомним строки из упомянутого Рубцовым стихотворения, вызывающие щемящую ностальгию по разрушенному мироустройству. 





…Желтея грустно,


Старый особняк


Стоит в глуши 


Запущенного парка – 


Как дико здесь!


Нужна покрепче палка,


Чтоб уложить 


Крапиву кое-как…





Покрывшись пеплом,


Гаснет бирюза.


И там, во тьме 


Унылого строенья,


Забытого навек


Без сожаленья,


Горят кошачьи


Желтые глаза.





Не отыскать


Заросшие следы,


Ничей приход


Не оживит картины, 


Лишь манят, вспыхнув,


Ягоды малины 


Да редких вишен


Крупные плоды.





Здесь барин жил.


И, может быть, сейчас


Как старый лев,


Дряхлея на чужбине,


Об этой сладкой


Вспомнил он малине,


И долго слезы


Катятся из глаз…





Другая, характерная сценка из воспоминаний Дербиной: «Наконец, он совсем отвернулся в окно. Рядом с гостиницей строился новый огромный дом.


– Ну и что ты там увидел? – спросила я. 


– Социалистическое строительство, – ответил Рубцов и лукаво усмехнулся. Мы расхохотались». 





Об отношении Рубцова к Ленину говорит Старичкова:


«Взял однажды с книжной полки томик из собраний сочинений Ленина, подержал, как бы взвешивая на руках, тряхнул головой:


– Вот, один человек, а что натворил!»





Советский «бездарный режим» – несмотря на то, что сборники поэта печатались огромными тиражами – не упускал случая ответить Рубцову взаимной неприязнью. 





Вспоминает М. А. Котов: «Я был знаком с Николаем Рубцовым в 1968–1969 гг. Тогда я работал редактором Харовской районной газеты «Призыв». Познакомил нас Василий Иванович Белов, каждое лето, а часто и зимой приезжавший в свою деревенскую «вотчину», в Тимониху. Через него я получил подборку стихов Рубцова. Напечатал в газете. Зная трудное материальное положение поэта, постарался начислить побольше гонорара от общего газетного кошелька. Стихи были теплые, лирические, кристально звучные. При встрече в райкоме КПСС второй секретарь (по идеологии) выговорил мне:


– Зачем вы публикуете такие стихи?


– Отличные стихи, – ответил я, – яркие. Рубцов публикуется в журналах, выпустил книгу.


– Нет, вы вдумайтесь, вдумайтесь в смысл. 


Я понял, что не понравилось секретарю: разве доступна его пониманию чистая лирика, ему нужен красный ура-патриотизм...»





Вологодский журналист В. Аринин пишет: «Некоторое, правда, недолгое, время Николай Михайлович работал в штате «Вологодского комсомольца» литконсультантом. Но после одного скандала был уволен по негласному приказу из обкома партии».





Сергей Багров раскрывает один из способов борьбы «бездарного режима» с поэтом и рассказывает, как балансировал Рубцов на грани бунта и необходимости самосохранения ради продолжения своей проповеди: «Они [советские «друзья» – В. Х.] приходили к Рубцову почти каждый вечер с бутылкой водки или вина. Казалось, ими кто-то негласно руководил, давая вещую установку: споить поэта и этим добить у него здоровье, вышибить память из головы, дабы стал он, как многие из немногих, хорошо управляемым и послушным».


«Удержаться на поэтическом склоне, с какого видны божьи дали, было не просто. Для этого он должен был открывать для себя необычные связи: зла и добра, бесстрашия и испуга, бездны и выси, радости и печали. Мир переполнен контрастами. А между ними — губительный переход. Зная это, Рубцов испытывал напряжение, с каким проходил по нему. От края к краю, будто где-то внизу, под ногами находился провал, и он в любое мгновение мог сорваться. Он не срывался, пока в его сердце сияла поэзия, будто зажженная свечечка среди мрака, и он до конца видел путь». 





3.


Николай Рубцов как православный человек молится Христу, а как профессиональный поэт преклоняется перед Пушкиным и учится у него. Александр Сергеевич также не равнодушен к христианству. 





В его статье «Об обязанностях человека» мы читаем: «Есть книга, коей каждое слово истолковано, объяснено, проповедано во всех концах земли, применено ко всевозможным обстоятельствам жизни и происшествиям мира; из коей нельзя повторить ни единого выражения, которого не знали бы все наизусть, которое не было бы уже пословицею народов; она не заключает для нас уже ничего неизвестного; но книга сия называется Евангелием, – и такова ее вечно новая прелесть, что если мы, пресыщенные миром или удрученные унынием, случайно откроем ее, то уже не в силах противиться ее сладостному увлечению и погружаемся духом в ее божественное красноречие. 


И не всуе, собираясь сказать несколько слов о книге кроткого страдальца, дерзнули мы упомянуть о божественном Евангелии: мало было избранных (даже между первоначальными пастырями церкви), которые бы в своих творениях приближились кротостию духа, сладостию красноречия и младенческою простотою сердца к проповеди небесного учителя. 


В позднейшие времена неизвестный творец книги «О подражании Иисусу Христу», Фенелон и Сильвио Пеллико в высшей степени принадлежат к сим избранным, которых ангел господень приветствовал именем человеков благоволения».





Иисус Христос через Евангелие говорит верующим в него людям: «Я дал вам пример, чтобы и вы делали то же, что Я делал вам» (Ин. XIII,15). 


Как Николай Рубцов подражает Иисусу Христу? В некоторых случаях почти буквально. 





«Случилось так, что когда они были в пути, некто сказал Ему: Господи! я пойду за Тобою, куда бы Ты не пошел. Иисус сказал ему: лисицы имеют норы, птицы небесные – гнезда; а Сын Человеческий не имеет – где преклонить голову» (Лк. IX, 57–58).


Более четверти века прожив без собственного жилища (после смерти матери в 1941 году поэт оказался в детдоме, а квартиру в Вологде получил лишь в 1969 году) Рубцов напишет: 





Уж сколько лет слоняюсь по планете! 


И до сих пор пристанища мне нет…


Есть в мире этом страшные приметы,


Но нет такой печальнее примет!..





и еще:





Куда пойти бездомному поэту,


Когда заря опустит алый щит?





Борис Чулков свидетельствует: «Бедный Коля! Ни кола ни двора, ни вещей, ни рубах у него всю жизнь не было! И быть, понятно, не могло».





Всем известен земной путь Иисуса Христа – рождение в Вифлееме, бегство в Египет, затем Назарет… после крещения в Иордане он все время в дороге: пустыня, Капернаум, Галилея, Капернаум, «страна Гергесинская», Капернаум, пустыня, «земля Геннисаретская», «страны Тирские и Сидонские», море Галилейское, «пределы Магдалинские», «страны Кессарии Филипповой», Галилея, Капернаум, «пределы иудейские», Иерихон, Виффагия, Иерусалим, Вифания, Гефсимания, Голгофа. 


Рубцовский путь по земле не менее витиеват: рождение в с. Емецк Архангельской области, затем Вологда, с. Никольское Тотемского района, Рига, Тотьма, Архангельск, Кировск, Ташкент, Приютино под Ленинградом, Североморск, Ленинград, Москва, Никола, Архангельск, Вологда, Барнаул, Москва, Хабаровск, Волго-Балтийский канал, Вологда, Константиново, Тимониха, Вологда. И это еще не все пункты пребывания. 





Как наставляет Христос своих Апостолов перед служением? «Не берите с собою, ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои, ни сумы на дорогу, ни двух одежд, ни обуви, ни посоха… В какой бы город или селение ни вошли вы, наведывайтесь, кто в нем достоин, и там оставайтесь, пока не выйдете» (Мф. X, 9–11).


Всем известен чемоданчик Рубцова, в котором ни одежд, ни обуви, ни еды, ни тем более золота. В нем всегда томик любимого Тютчева, рукописи, письма. И на ночлег он, как правило, остается у своих – достойных этого – друзей. 





Иисус Христос говорит диаволу: «Написано, что не хлебом одним будет жить человек, но всяким словом Божиим» (Лк. IV, 4). 


Эти слова Бога в отношении хлеба и вообще «пищи для чрева» Рубцов исполняет почти в точности. 





Как вспоминает Нинель Старичкова: «Коля не столько ел, сколько наблюдал за едой…Или уже привык так есть, “клевать” как птичка?..» В гостях он ест «как ребенок…по детски быстро-быстро черпая ложкой», потому что дома никогда нет никакой еды. Зато «вино часто заменяло ему пищу, согревало, прибавляло сил и смелости». 





Николай Рубцов не стесняется принимать «заработанную не своим трудом» пищу. Потому что Евангелие гласит: «В доме же том оставайтесь, ешьте и пейте, что у них есть: ибо трудящийся достоин награды за труды свои» (Лк. X, 7). 


Кроме этого он помнит слова Христа: «у Меня есть пища, которой вы не знаете» (Ин. IV, 32), но которая насыщает лучше хлеба. И такие: «Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нем. Как послал Меня живый Отец, и Я живу Отцем, так и ядущий Меня будет жить Мною» (Ин. VI, 56, 57). 





Иисус Христос говорит фарисеям и законникам: «Пришел Сын Человеческий: ест и пьет; и говорите: «вот человек, который любит есть и пить вино, друг мытарям и грешникам». И оправдана премудрость всеми чадами ее» (Лк. VII, 34, 35). 


Апостол Павел наставляет Тимофея: «Впредь пей не одну воду, но употребляй немного вина, ради желудка твоего и частых твоих недугов» (1 Тим. V, 23). 


По свидетельству многих всем спиртным напиткам Рубцов предпочитает красное вино. 





По слову Иисуса Христа: «Любящий душу свою погубит ее; а ненавидящий душу свою в мире сем сохранит ее в жизнь вечную» (Ин. XII, 25). Николаю Рубцову свою чистую душу «не жаль всю потопить в таинственном и милом...». Понятно, что милым для него был свет и всякое действие Неба. 





Точно так же, как угнетает Иисуса Христа то, что «народ сей ослепил глаза свои и окаменил сердце свое, да не видят глазами и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их» (Ин. XII, 40), поэта раздражает «самое грустное на свете – сочетание старинного ... Читать следующую страницу »

Страница: 1 2 3


Владимир Хохлев Владимир Хохлев

24 апреля 2015

Похоже, что произведение было «кирпичом», наш скрипт принудительно расставил абзацы.

5 лайки
0 рекомендуют

Понравилось произведение? Расскажи друзьям!

Последние отзывы и рецензии на
«Жертва Николая Рубцова»

Иконка автора Серж ХанСерж Хан пишет рецензию 30 июня 10:08
Забавная писанина. По принципам "чем меньше факты подходят для моей концепции - тем хуже для фактов", а также "чем больше налито воды - тем легче поглощается".
Перейти к рецензии (0)Написать свой отзыв к рецензии

Просмотр всех рецензий и отзывов (1) | Добавить свою рецензию

Добавить закладку | Просмотр закладок | Добавить на полку

Вернуться назад






© 2014-2019 Сайт, где можно почитать прозу 18+
Правила пользования сайтом :: Договор с сайтом
Рейтинг@Mail.ru Частный вебмастерЧастный вебмастер