Верю, возродится рыбацкая столица!

ВЕРЮ, ВОЗРОДИТСЯ РЫБАЦКАЯ СТОЛИЦА!

На протяжении долгой истории, начиная со времен античности, Пантикапей, что в переводе с древнеиранского языка означает «рыбный путь», судьба жителей города, расположенного на берегах Черного и Азовского морей, связана с морской стихией, с рыбным промыслом и судоходством. Здесь пролегал не только рыбный, но и Великий Шелковый путь.
 Богатое планктоном Азовское море было прекрасным нерестилищем для многих рыб, в том числе,  красной, моллюсков и других разновидностей марикультуры.  Вода в Керченском проливе в период миграции бурлила, кипела от обилия рыбных косяков. Об этом свидетельствуют старинные рукописи, манускрипты, изображения на каменных плитах лапидария, картины и рисунки  художников.
 С  древних веков Азовское и Черное моря кормили керчан, жителей рыбацких поселков и сел, а в советское время, особенно в 70-80-е годы прошлого столетия, вклад крымских рыбаков в продовольственный  фонд страны был весьма весомым. 

1. Сквозь призму событий 

В советский период под крылом Министерства рыбного хозяйства (ныне его функции сведены до департамента в структуре министерства сельского хозяйства) рыбная отрасль была на высоте. Мне посчастливилось застать этот период, ибо с ноября 1984 года стал работать в редакции «Керченского рабочего». А в  июле следующего  года впервые увидел, как  жители рыбацкой столицы торжественно и весело отмечают один из самых своих любимых праздников День рыбака с  театрализованным  представлением: встречей владыки морей и океанов царя Нептуна у пристани водной станции и кильватерным строем украшенных флагами сейнеров и траулеров в бирюзового цвета акватории залива  у  городской  набережной, заполненной  радостными  зрителями, а по сути, участниками этого сказочного действа.  
Здесь же на ярмарке шла бойкая торговля  морепродуктами, звучала музыка, в том числе гимн людей суровой профессии: «А в небе горит, горит звезда рыбака». Песнями, танцами, стихами и словами благодарности  их чествовали музыканты, артисты, поэты, чиновники. В центре внимания были виновники торжества, добывающие «живое серебро»  не только в Азовском и Черном морях, но и за тысячи миль от  родных берегов, в Атлантике  и Индийском океане.  
Повод  для праздника был более, чем убедительный, так как  ежегодно экипажи судов, таких промышленных объединений, как «Керчьрыбпром», «Югрыбпоиск», Крымрыбакколхозсоюз», в основном сосредоточенных в Керчи и прибрежных поселках, а также севастопольского объединения «Атлантика», добывали почти полмиллиона тонн рыбы и других морепродуктов. На рынке и в магазинах, в том числе в «Волне», был богатый ассортимент традиционных и экзотических рыб.  Сельдь, сардины, хек, минтай мойва, камбала, кальмары…не исчезали из витрин и прилавков.
 В те годы сотрудники  ЮгНИРО часто участвовали в рейсах, проводили научные исследования для освоения  новых районов промысла в мировом океане, пополняли  музей флоры  и фауны новыми экспонаты, а со страниц «Керченского рабочего» и «Рыбацкой вахты» знакомили читателей с  диковинными обитателями морских  глубин.
Увы,  после развала СССР,  и образования постсоветских республик, время расцвета рыбной отрасли кануло в Лету, а с ним поблекла былая слава рыбацкой столицы. Нет прежде мощного промыслового океанического флота, оснащенного траулерами  типа «атлантик», «тропик», рыбоприемными, вспомогательными судами и авиаразведкой.  Осталась в памяти тунцеловная база «Красный луч», траулеры «Ван Гог», «Ткварчели», «Звезда Азова» и другие, а их было около полусотни, не считая черноморские сейнеры СЧС. Многие керченские семьи были связаны с рыбной отраслью, а поступление налогов от нее в бюджет города составляло почти половины от общей суммы. Весомую прибыль приносили корабелы завода «Залив, судоремонтных и металлургических предприятий.
 Из-за отсутствия флота свернуты  научно-исследовательские работы в мировом океане, нарушена система подготовки кадров, преемственность знаний и опыта, утрачены прежние перспективные богатые районы промысла, ибо конкуренты не дремлют. 
Ныне район промысла ограничен  Азово-Черноморским бассейном, а уловы в сравнение с теми, что были в конце 80-х годов прошлого столетия, уменьшились в десять раз. Из-за высоких  цен на топливо и это в стране богатой углеводородами, а также других накладных расходов, та же хамса, барабулька, килька, тюлька, не говоря уже о керченской сельди, кефали, пиленгасе, стала  для покупателя золотой рыбкой. Я еще застал период, когда хамсу в магазинах и рынке продавали по 20 копеек за килограмм, нарасхват были бочонки для ее засолки. 
Избыточный улов предприимчивые члены экипажей сейнеров продавали прямо с борта ведрами.  В наиболее «урожайные» для морской нивы годы, хамсу и кильку грузовиками доставляли на  сельские фермы. Ее охотно употребляли не только  коровы, свиньи, но  и ушлые животноводы, скотники в качестве закуски под самогон и прочие крепкие напитки.  В царские времена, судя по старой литературе, килькой и тюлькой, из-за ее обилия, удобряли землю в садах и палисадниках  помещичьих усадеб.
В лихие 90-е годы для многих керчан, из-за развала страны, хронического кризиса, отсутствия работы с достойной зарплатой, оказавшихся в трудной ситуации, хамсовый бизнес стал спасением. Пассажиры помнят пропахшие рыбой пригородные поезда с челноками,  снабжавшими этим деликатесом жителей степных районов Крыма, а также соседней Херсонской и Николаевской областей.  Как и прежде,  в годы лихолетья людей выручали дары морей.
Для возрождения отрасли необходимо строительство современных траулеров, сейнеров и других промысловых судов, создание инфраструктуры по их обслуживанию и ремонту (восстановление сети судоремонтных заводов и предприятий пищевой рыбной продукции). Производственные мощности судостроительного завода «Залив», со стапелей которого в лучшие времена сходили танкеры, военные корабли, создавались нефтяные платформы, можно было бы задействовать для строительства траулеров и сейнеров. От аналогичных госзаказов не отказались бы судостроители Севастополя и Феодосии. Но это тема для отдельной публикации.

2. Путина — испытание на мастерство

Критерием мастерства, экзаменом для рыбаков является хамсовая путина. Это слово магически действует на керчан, согревает надеждой, что в меню появится долгожданная рыба.  За время  работы в  коллективе «Керченского рабочего», а  впоследствии «Крымских известий», довелось встречать со многими героями своих очерков, статей, репортажей,  с корабелами, металлургами, людьми разных профессий и, конечно, с рыбаками, ибо привлекала, овеянная романтикой и легендами суровая  и опасная профессия. 
С теплотой вспоминаю встречи и  беседы с настоящим морским волком, ветераном войны, журналистом Сергеем Башариным, который двадцать лет бороздил моря и океаны на траулерах ПО «Керчьрыбпром». Из-под его пера вышли книги рассказов «Морские были», «За тридевять земель», интересные и поучительные, не только для детей и подростков, но и взрослых читателей.  Охотно брал интервью у заместителя директора ЮгНИРО Ивана Серобабы, заместителя начальника ПО «Югрыбпоиск» Евгения Губанова, руководителя объединения «Крымрыбакколхозсоюз» Анатолия Попова, председателей рыбколхозов  Татьяны Даниленко, директора рыбкомбината Николая Шаталова.
С интересом слушал рассказы опытного капитана, руководителя Аджарской экспедиции Сергея Тавадзе и других бывалых рыбаков о суровой романтике профессии. Сохранились в памяти имена знатных рыбаков, героев соцтруда  капитана Вениамина Бутримова, трагически погибшего во время промысла, бригадира прибрежного лова знаменитой керченской сельди Василия Почтаря.
Во время осенней путины хамсы диспетчерским пунктов, организующим и координирующим работу экипажей траулеров, сейнеров, а также береговых служб,  был штаб, действующий в здании  ПО «Югрыбпоиск»  Неоднократно наблюдал за четкой работой специалистов. Благодаря четко налаженной связи с экипажами судов, они направляли их в районы скопления рыбы, получали оперативную информацию о ситуации на промысле, объемах уловов, своевременно оказывали техническую помощь. 
Широко применялась авиаразведка, что позволяло рационально использовать суда, время на промысле. Для нынешних рыбаков авиаразведка при высокой стоимости этой услуги непозволительная роскошь. Капитаны сейнеров в поиске рыбных мест, богатых уловов рассчитывают на свой опыт, интуицию и звезду удачи.
Рыбацкий труд сопряжен с суровыми условиями и риском, ибо морской стихией невозможно повелевать. На это способен лишь сказочный царь Нептун. Керчанам старших  поколений памятна трагедия СТРМ «Картли», столкнувшегося  с волной-убийцей в акватории Шотландии. По мотивам этого происшествия мною написана повесть «Злой рок».


4. Морская стихия — источник вдохновения  

Свободная стихия, воспетая  Александром Пушкиным, посетившим Керчь в августе 1820 года, продолжает оставаться источником творчества и вдохновения. Пожалуй, в городе нет человека, который  бы с равнодушием  созерцал великолепные рассветы и закаты, когда морская гладь окрашена лиловыми, розоватыми, алыми  или багровыми красками с переливами оттенков. Возникает желание запечатлеть увиденное словами, музыкой или кистью на холсте. Не случайно в городе много талантливых  людей. 
Пейзажи родной природы, романтика рыбацкой профессии достоверно и ярко  отображены  в статьях редактора городской газеты Николая Кармазиненко, в произведениях керченских писателей Василия Маковецкого, Наума Славина, Марка  Смородина, Николая Щербухи, Александра Бойченко, поэта Валерия Левенко, других литераторов и журналистов, Мне посчастливилось с ними общаться, сотрудничать и многому научиться, за что искренне благодарен.
Не удивительно, что закаленные морскими ветрами, норд-остами, многие керчане увлечены рыбалкой. После переезда из Джанкоя, меня тоже захватила эта страсть. У села Курортное и у паромной переправы ловил с берега и  лодки бычков, изредка на крючок попадались камбала глосса или сарган. Но более всего полюбилось укромное, живописное место Бочарка, что за Цементной слободкой в направлении мыса Ак-Бурун, где расположена крепость Керчь-форт Тотлебен. Рыбалка — азартное занятие, не столько ради улова, сколько спортивного интереса. 
Особенно оживленно на  диком, каменистом берегу Бочарки со старым гротом, было в летнюю пору. Одни, коротали время за удочкой, спиннингом, другие — добывали из ракушек мидии и рапана, третьи — норовили наловить  креветок. Поджарив добычу, нетерпеливые гурманы дегустировали ее прямо на берегу. Именно в этом месте я  «поселил» некоторых героев своих литературных произведений, в частности, остросюжетных повестей «Тайна старого грота», «Бархатный сезон», «Под знаком скорпиона» и других. Ныне в этой акватории сооружен мост через Керченский против, ландшафт преобразился, но старая Бочарка сохранилась в моих воспоминаниях и книгах.   Верю в то, что время системных кризисов, связанных с политической и экономической нестабильностью, стагнацией, социальным неравенством и коррупцией, канут в Лету и Керчь, как птица Феникс, возродится в полноценном статусе рыбацкой столицы Крыма.
В рамках  газетной статьи невозможно в полном объеме выразить всю гамму мыслей и чувств, воспоминаний, связанных с Керчью, ее морскими, прибрежными ландшафтами и пейзажами. Стремлюсь запечатлеть познанное и увиденное в своих литературно-художественных произведений, в 30 книгах прозы и стихов, размещенных  на сайтах ЛитРес, ЛитМир и магазинов электронных книг «Москва», «Читай-город»,, «Буквоед», «Лабиринт». 
Мне близки по духу и настроению стихи керченского поэта Валерия Левенко, в творчестве которого ярко отражена Керчь, в том числе суровый труд рыбаков. Присоединяюсь к его искреннему признанию в любви  древнему и молодому городу:

Обласканный природой и людьми,
Я вновь иду рыбацкою столицей.
Всем, не жалевшим для меня любви,
Мне хочется за все воздать сторицей…

 Владимир Жуков

x

Иллюстрация к: Верю, возродится рыбацкая столица!