Хрупкая жизнь

     Серафим Тряпкин разочаровался во всем, а начитавшись книжек понял, что существование на Земле лишь звено в длинной цепи эволюционных превращений. Значит, сама жизнь не есть уникальная и единственная возможность общения с вечностью, а является лишь страницей бесконечной книги познания мира. И решил Серафим перелистнуть надоевшую страницу, двинуть в другие края.
     Чтобы не заморачиваться, решил всё делать по-простому, а именно, недолго думая выпасть в окно на твёрдую землю. Для уверенности рассчитал прыгать вниз головой. Здесь и возникла трудность.
     Что если закружится, к примеру, эта самая голова от падения, что возможно без привычки, потеряется ось главного вектора, и ударишься не важной макушкой, а чем-нибудь несущественным. Тут страничка может надолго не перелистнуться, и написанное в ней будет совсем невесёлое.
     И придумал тогда Серафим тренировать уверенность падения, чтобы без вариантов, строго вниз головой.  Неделю прыгал со шкафа на кровать, всю её издырявил, а голова сделалась твёрдая и при ударе издавала подлый звук. Когда стало получаться автоматически, на живом рефлексе, без участия сомневающегося во всём подсознания, Серафим, не откладывая в долгий ящик, одел галстук и сиганул с подоконника.
     Все сделал правильно, летел красиво, строго по прямой. Если бы из него в эти времена наделать уровней для строительных работ, то приборы эти были бы наиточнейшие. Но от тренировок серафимова голова так привыкла к ушибам, что при падении ничуть не треснула, а лишь погнулась, как гнётся металлическое ведро с песком при ударе о мёрзлую землю.
     «Видно мало ей пятого этажа»,- подумал Серафим и стал искать другую архитектуру, где вверху повыше, а внизу потвёрже. С седьмого прыгнул - хоть бы что! С девятого ахнул – мимо!
     Только стал в азарт входить, а к нему милиционера приставили, чтобы ходил следом и в свисток свистел. Серафим к тому времени дошёл до двенадцатиэтажного общежития, и успел-таки сигануть с крыши, но только дерево сломал и скамейку разрушил. А милиционер уже тут как тут, квитанции на штрафы пишет.
     Поехал тогда Серафим в областной центр, где дома совсем высокие и асфальт необыкновенной прочности.  Но и там ничего путного не вышло, - и дома оказались не очень, и асфальт не совсем.
     «Бессмертный я, что ли?» - предположил уставший от суеты Тряпкин, и решил вернуться домой, остаться в этой жизни сколько получится. Только подумал, как ступил мимо тротуара, ловко ударился об острый камень незащищённой частью головы (виском), и мгновенно умер, без боли и мучений, смертью, о которой многие мечтают, но не все заслуживают.
     Хрупкая вещь - жизнь человеческая, даже у таких «суперчеловеков», как Серафим Тряпкин.

 Васько Фёдор Фёдорович

x

Иллюстрация к: Хрупкая жизнь